Шанс для рода Шустовых. Том 5 (СИ)

Тем временем Разрушитель, видимо, проникшись отцовскими чувствами, продолжал:
— Представь себе разницу между вот такими высказываниями: «НЕ ХОЧУ, чтобы близким причинили боль и ХОЧУ защитить близких». В первом случае, ты НЕ хочешь, но твоя Сила все равно предоставит тебе инструмент для реализации столь неудачно выраженного желания. Во втором же случае инструмент может быть таким, что тебе даже не придется им сознательно пользоваться. Все может само получиться так, как надо. Так что, правильные формулировки — это залог успеха в нашем деле.
Я кивнул. Конечно, разницу я уловил. Что-то подобное мне еще мать, а точнее женщина, что меня воспитала, и которую я всю жизнь считал матерью, говорила.
Я задумался о своих родителях из старого мира, которые мне не были биологическими родственниками, но которые воспитали меня и навсегда останутся для меня родителями.
Нет, не стоит думать, что я не был рад помощи дозорной. Я чувствовал, как она относится ко мне, едва я получил ее силу. Да и сейчас я подозревал, что внутри меня она продолжает каки-то образом жить. Мне казалось, что я слышу ее мысли, ощущаю её чувства. Это сложно передать словами.
Сейчас же, по отношению к Разрушителю, я тоже питал какие-то эмоции и чувства. Часть из которых была положительной, часть отрицательной. Сложно сказать, чего было во мне больше. Этот разговор с одной стороны меня подбешивал, а с другой, я понимал, что он нужен. И нужен он не только мне или только отцу. Нет. Он требовался нам обоим. И в первую очередь для того, чтобы понять, что между нами что-то есть. Гены, память, кровь, Сила. Все это или что-то другое, но оно было. Никуда от этого не деться. И поэтому я стоял и слушал, о чем мне говорил Разрушитель.
Да, я мог сколько угодно твердить себе, что это процесс обучения, что такой опыт будет мне полезен в будущем, но что-то еще, кроме этого, заставляло меня стоять и слушать.
— Попробуй, — предложил мне отец.
Кажется, я все-таки немного отвлекся, потому что совершенно не представлял, о чем он говорит.
— Попробуй пожелать правильно, — приняв мое молчание за раздумья, сказал Разрушитель. — Не торопись, формулируй правильно.
— Я ХОЧУ, — слово «хочу» я выделил голосом, так, чтобы и сомнений не осталось, — хочу, чтобы все монстры на этом поле рассыпались в прах.
Осмотревшись, я увидел, как Шанс схватил одну из пробегающих мимо тварей и перекусил пополам. Еще несколько тварей металось между Вистоком и Литоком, огребая и у того, и у другого.
— Не сработало? Опять не правильно пожелал? — спросил я Разрушителя, поняв, что монстры все еще живы.
— Пожелал, в целом, правильно, хоть и очень расплывчато. На начальных этапах конкретика формулировки тоже очень важна. Но в данном случае дело немного в другом. Во-первых, кого ты считаешь монстрами? Во-вторых, для создания такого инструмента потребуется огромный выброс Силы. А ты еще не умеешь как следует фокусировать свою энергию. Так что, когда-нибудь, подобное пожелание из твоих уст может исполниться, но не прямо сейчас. Попробуй что-то более конкретное. От частного к общему. Так проще. И вовсе не обязательно произносить свои формулировки вслух. Я легко поймы по сигнатуре энергии, что ты пожелал.
Вот тут я понял, что совсем далек от этих вещей. Я как музыкант-самоучка. Не знаю нот, но могу сыграть мелодию.
Разрушитель глянул в сторону места, где духи дрались с остатками монстров, щелкнул пальцами и десятка два тварей просто исчезли. Отец довольно ухмыльнулся, заметив какое недоумение на лицах духов вызвал его поступок. Все же, он не забыл той битвы трехсотлетней давности.
Я посмотрел на своих друзей, скучающих под куполом, и подумал: «как надоел мне этот бой». Вдохнул, выдохнул и щелкнул пальцами, подражая Разрушителю.
  
Глава 18
 
Сначала мне показалось, что вновь ничего не произошло. Монстры как бежали по полю, так и продолжили бежать по своим делам. А потом…
Я не сразу понял, что случилось. Одна из тварей на ходу запнулась и кубарем покатилась прямо в пасть Шансу. Тот схватил ее и попытался перекусить, как делал много раз до этого, но вместо двух окровавленных кусков туши из пасти змея посыпалась какая- то труха. Шанс удивленно взглянул вниз, чихнул и замер в полном недоумении. От монстра ничего не осталось. Змей висел над землей и легонько покачивался. Было похоже, что он едва держится. А такое странное исчезновение противника совсем выбило его из колеи.
 
Обернувшись, я заметил, что многие твари уже попадали с ног и бьются в агонии. При ударах о землю от их шкур отваливались какие-то струпья и осыпались на примятую бурую траву.
Мне показалось, что сами монстры не понимали, что с ними происходит.
Сначала все было медленно, словно что-то оказывало сопротивление, но с каждой секундой процесс ускорялся и ускорялся. Через какое-то время на ногах осталось совсем мало тварей, но и они стали разваливаться прямо на ходу. Превращались в серые хлопья пепла, словно их сожгли в печи крематория, а затем развеяли над полем.
— Впечатляет, — покачал головой Разрушитель. — Ты быстро учишься. Запомни суть и построения фразы пожелания. Если это дало такой результат, то в будущем похожие формулировки, с большой долей вероятности, могут оказать подобный же эффект. Так рождаются заклинания. Считай, ты стоишь у самых истоков. Ты тот, кто их создает. В этом одно из отличий тебя от простых адептов духов. Те лишь пользуются придуманными до них формулировками, хоть зачастую, и не понимают, как они это делают.
— Ого, — это было все, что я смог произнести на такую длинную тираду.
В целом, суть была мне понятна. Наверное, если бы я знал такие тонкости раньше, то смог бы добиться гораздо большего. Но сейчас это было не важно. Теперь я понимал, хотя бы примерно, как действует моя магия.
Я всегда был таким человеком, для которого понимание сути важно. От знания физики я отталкивался при изучении айкидо. Кинетика, импульс, вектор направленности — все это было не пустым звуком для меня. Это помогало не просто осваивать приемы, а видеть и понимать, что и как я должен делать. Знание и понимание психологии поединка позволяло мне лучше предугадывать дальнейшие действия противника. И так далее. Понимание сути важно!
Теперь дело дошло до магических основ использования энергии. И оказалось, что и они подчинены определенной логике. Это было замечательно. Я ощутил какую-то легкость и ясность от этого понимания.
Но был еще один момент. После каждого распавшегося в труху монстра оставалось крохотное количество энергии. Не знаю, что это было. Но походило на то, как при развоплощении Сиврока от него остался сгусток серого тумана. Может быть, и здесь было что-то подобное? Я прикрыл глаза и увидел, как над полем витают бледно желтые точки, словно светлячки с подсевшей батарейкой в ночи. Свечение было тусклым и крохотным. Но я четко видел эти точки. И не просто видел, я мог подчинить их себе, собрать воедино и поглотить точно так же, как я забрал силу Сиврока.
Я пожелал, и крошечные облачка света поплыли ко мне. Стали втягиваться в мое тело, будто я всасывал их пылесосом. Я стоял с закрытыми глазами в позе дерева, ощущая окружающее пространство единым живым организмом. И сейчас я мог взаимодействовать с ним. Что-то забирал окружающий меня мир, что-то доставалось мне. Я буквально чувствовал все физические и химические процессы, происходящие вокруг меня.
Наконец сгустки света закончились. Я поглотил их все. Одновременно с этим я почувствовал себя отдохнувшим и вновь полным сил. Это было отлично. Я даже спать не хотел. Состояние было такое, будто я только что проснулся. Причем проспал всю ночь.
Я открыл глаза и увидел, как Разрушитель смотрит на меня и улыбается. Я знал, что он все видел. И эта улыбка говорила мне о том, что он гордиться мной. Улыбнувшись в ответ, я почувствовал себя уверенней и спокойней.
К куполу я подошел один. Разрушитель остался стоять там, где мы с ним разговаривали, позволив мне самому разбираться с последствиями битвы. Не знаю, чем он там занимался, но конвульсии земли прекратились. Разломы, конечно, не затянулись, но новые шрамы на поле перестали появляться. Мне показалось, что Разрушитель вновь впал в некое подобие медитативного транса. Быть может, именно так он контролировал свое влияние на мир. Не полностью нивелировал разрушительное воздействие, а всего лишь ослаблял или оттягивал насколько мог.