Изгой. Том 2 (СИ)
Я только криво усмехнулся. Да, теперь мою душу невозможно было назвать светлой даже с большой натяжкой. Так что, князь Николай, похоже, действительно оставил сей бренный мир.
– Разумеется, эти комплекты давно вышли из моды, но мы сделаем довольно большую скидку на них. Вас это устроит? – Вернулся к теме своего обогащения продавец.
– Насколько большую? – я едва сдержал усмешку. Ведь эта одежда, пролежавшая на складе несколько лет, могла пойти только во второсортные магазины, и никак не продаваться в этом месте. Полгода – максимальный срок, который должны были вылежать вещи, а дальше в утиль. Ну, по крайней мере, так гласила реклама этого самого магазина.
– Пятьдесят процентов, – скривился продавец.
– Семьдесят, и окружение князя не узнает откуда вы взяли вещи, когда вам был дан четкий приказ одеть меня подобающе.
– А вы умеете торговаться, – тот вскинулся, но всем своим видом дал понять, что согласен с поставленными условиями. Видимо, не очень торговаться-то я и умею, надо было большую скидку просить.
Принесенные комплекты прекрасно мне подошли. Я снова криво усмехнулся, разглядывая себя в зеркале: то, что пятнадцатилетнему Николаю было мало, прекрасно сидело на девятнадцатилетнем Ёси. Я не знал своего биологического возраста, мне о нем рассказала Фудзико, как оказалось, лиса такие вещи прекрасно чувствовала. Но, с другой стороны, физические параметры моего теперешнего тела походили на те, что были у княжича, просто Николай, который лучше кушал и целенаправленно занимался с лучшими тренерами, выглядел более массивно, а привычка ходить, сидеть даже на толчке с высоко задранной головой делали его визуально выше. Эта «малая» одежда вполне могла быть слегка изменена, стоило лишь немного распустить пару швов и сшить заново, чтобы она села как надо, но не мог же Великий князь носить перешитую шматку, не правда ли? И плевать, что о таком нюансе никто никогда не узнал бы. Резко отвернувшись от зеркала, я посмотрел на нашего сопровождающего.
– Что теперь?
– А теперь мы поедем в загородную резиденцию князя Петра, где вам предстоит погостить некоторое время, – Андрей говорил, как обычно, чрезвычайно вежливо. Но само построение фразы весьма недвусмысленно намекнула на то, что какое-то время мы побудим пленниками, правда в весьма комфортной тюрьме, пока император и его брат будут решать, что со мной делать дальше. – Только сначала вам следует расплатиться, если вы сами взяли на себя финансовую ответственность.
Отдав примерено половину денег с банковского счета, мы вышли из магазина и сели в все тот же лимузин. Всю дорогу, пока нас перевозили в поместье, я молчал и жадно пялился в окно, старательно вспоминая все, мимо чего мы проезжали. Девчонки молчали и выглядели слегка пришибленными, даже всегда позитивная лиса, которая, вопреки моим мыслям вовсе не искала себе спутника жизни, а просто не показывала носа, потому что, по ее словам, не могла переносить запахов стольких мужчин, которые буквально преследовали ее, стоило покинуть каюту. Теперь же и Фудзико, и Марико помалкивали, даже не пытаясь заговорить. Да что там, после того, как Марико успокоилась, в магазине создалось ощущения, что девушки мало отличаются от манекенов, без возражений надевая все, на что указывал продавец.
Но мне сейчас было не до душевных переживаний девушек, я старательно пытался вызвать в себе чувства к этому городу, знакомому мне с детства, который я когда-то хорошо знал и любил. По мере продвижения по улицам меня накрывало ощущение, что и на город мне тоже наплевать. Я – Изгой, мне нет места ни в Японии, ни в России, наконец, пришел я к совершенно неутешительному выводу. И этот вывод ставил под большое сомнение мое первоначальное решение остаться здесь жить.
Когда мы выехали за город, я закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья. Наверное, даже задремал, но сразу же пришел в себя, стоило машине остановиться.
Входить в дом, который я до последнего считал родным, в качестве гостя было странно и даже в какой-то мере неуютно. Никто из великокняжеской семьи не удосужился нас поприветствовать. Ну, тоже правильно, кто мы такие, чтобы ради нас напрягаться? Хорошо, что в дом впустили и комнаты выделили в гостевом крыле, а не где-нибудь под забором. Молчаливый дворецкий показал мне мою комнату и пошел дальше по коридору, чтобы разместить девчонок, и это тоже верно, княгиня Рокова не потерпит разврата в своем доме.
Пожав плечами, я принялся обустраиваться на новом месте, раскладывая свои немногочисленные вещи в шкафу. Только мечи решительно вытащил из сумки и положил на стол.
– Ух ты, они настоящие? – я резко развернулся. Что со мной, как я не услышал ее приближения? Софья же, стоящая в дверном проеме, с нескрываемым любопытством, смотрела на лежащие на столе мечи.
– Конечно, – я склонил голову в традиционном поклоне. Почему-то думая постоянно о матери, я совсем забыл о сестре, и теперь понятия не имел, как с ней себя вести. – Неужели у госпожи промелькнула хоть одна мысль о том, что мечи могут быть не настоящими?
– Вы хорошо говорите по-русски, – Сонька улыбнулась и вошла в комнату. Я же растерянно стоял возле шкафа, судорожно соображая, что же делать. В последнее время я не смотрел даже новостных лент и понятия не имел, какого сейчас положение княжны Роковой.
– Я стараюсь, – коротко ответив, я сделал шаг к столу и успел перехватить ее руку, прежде, чем она прикоснулась к ножнам вакидзаси. – Не стоит этого делать. Это не простые мечи, даже самураи опасаются лишний раз дотрагиваться до них.
– Почему? – сестра стояла совсем близко и внимательно смотрела на меня и не спешила высвобождать руку из моего захвата.
– Их ковали специально для одного клана, у которого весьма специфический дар, – проговорил я тихо, чувствуя повисшее в комнате напряжение. – Другим категорически не рекомендуется даже прикасаться к ним.
– Как интересно, – вместо того, чтобы отодвинуться, Софья словно провоцируя экзотического гостя, качнулась вперед. – Но женщины же владеют мечами?
– Редко и только коротким, – сдавленно проговорил я, чувствуя, насколько это неправильно то, что сейчас происходит. Она же моя сестра!
Ты сам похоронил Николеньку, язвительно прокомментировал возникшее напряжение химитсу. А девочка-то очень даже ничего, в самом соку. Хочешь испытать все прелести морального инцеста? Всего лишь морального, потому что физически – ты уже точно не Роков. Как только мысли подобного рода промелькнули в голове, я резко отпустил руку Софьи и отшатнулся. Она удивленно приподняла брови, видимо, пытаясь понять, что это со мной такое произошло.
– Вы шли сюда с какой-то целью, госпожа, или просто ради удовлетворения любопытства? – я постарался перевести разговор на более нейтральную тему.
– Да, мама велела передать, что через полчаса ужин, и она настаивает на вашем присутствии. Ваши спутницы вполне могут отдохнуть, а вот вам не удастся сослаться на усталость после утомительной дороги, – она вскинула голову и направилась к двери. Я тихонько выдохнул с нескрываемым облегчением. – Да, пользуясь случаем, я прошу обучить меня владению хотя бы коротким японским мечом в то время, пока вы будете здесь гостить, если вас не затруднит, – и она, лукаво улыбаясь, вышла, оставив меня в некоей прострации. Да что это с ней? Неужели она серьезно со мной заигрывает? Потерев лоб, я решил, что буду решать проблемы по мере их поступления, сейчас же мне необходимо сосредоточиться на ужине с княгиней, и, боюсь, это будет самым тяжелым испытанием из всех, которые я уже пережил.
Глава 18
– А что князь Петр к нам не присоединится? – я нервно огляделся по сторонам. На небольшом столе стояло всего два набора приборов.
Когда один из слуг развернул меня в направлении малой столовой, именно тогда что-то меня неприятно кольнуло, потому что княгиня предпочитала почти в любых обстоятельствах принимать пищу «как положено». Исключение составляли ситуации, когда намечалось что-то приватное. Похоже, вот прямо сейчас, это самое приватное и должно было состояться. Мои спутницы с тоской глядели мне вслед, потому как их направили в главный зал на ужин, где наверняка с них тонкой стружкой снимет кожу и мясо до костей моя сестренка и теперь, как уже было понятно, что и отец. То, что это великая честь ужинать за одним столом вместе с главой семейства, в доме которого ты гость, им мало поможет, даже морально. А помнится, Сонька говорила мне, что они у себя в комнате будут ужинать. Теперь понятно, почему все переиграли.