Лорд блуждающих земель 2 (СИ)

— Это ещё не всё, — ответил я, тоже не без улыбки. — От тебя я получаю субсидии на развитие моих земель и отсрочку на уплату налогов. На десять лет.
— На семь! — перебил меня монарх, и вот тут я уже понял, что окончательно победил.
Если человек начинает торговаться, значит, примерился к условиям, и они его устроили, но хочется получить большую выгоду.
— На десять, — проговорил я твёрдо, насколько это было возможно. — И это моё последнее слово. Также мне нужна некоторая часть армии на случай агрессии других соседей. Можешь дать мне полковника Малышева, у меня есть к нему несколько вопросов.
— Вообще-то, он хороший вояка, — ответил на это император, но в его голосе тоже слышалась улыбка. — Так что я ещё подумаю. Это все твои условия?
— Думаю, что к моменту заключения договора, я составлю подробный список всех условий, — ответил я, понимая, что сейчас сразу и в лоб их озвучивать просто не имеет никакого смысла. — А из глобальных условий только одно — мои потомки получают мой титул, и мои земли всегда остаются за ними на правах автономии. Российская сторона в плюсе от расширения и будующих налогов.
— Идёт, — сказал на это император тем тоном, которым отдаются самые судьбоносные приказы. — Считай, что мы заключили с тобой договор. Когда мы сможем обсудить детали?
— Когда тебе будет удобно, — ответил я, ещё раз прикидывая, что данный договор — самый лучший способ обезопасить мои земли в полной мере и привести их к скорейшему развитию. — Я ради этого с тобой и говорю.
— Договор мы можем подписать хоть сейчас, — ответил на это монарх.
— В таком случае попроси вывести тебе на экран изображение стены в районе ворот. Наверняка вы там камер наставили, — тут я уже не выдержал и хохотнул.
— Это ещё зачем? — удивился Лев Романов. — Опять представление?
— Скорее, жест доброй воли, — ответил я.
Через голема я увидел момент, когда император включил нужное изображение. Камер они понаставили действительно много. Что ж, эффектней будет.
И тогда я сжал ладони в кулаки и поднял их на уровень груди, повернул тыльной стороной к земле, а затем распрямил пальцы, словно выпускал что-то вверх, на волю.
Стена была очень послушным големом, поэтому в этот момент взорвалась фонтанами камней и скрепляющего раствора. Но исключительно вверх и немного в сторону моей территории, чтобы никого не задеть.
— Ого! — только и смог сказать на это император.
А тысячи людей безмолвно наблюдали за происходящим. Они чувствовали, что начинается новая эра, но ещё не в полной мере могли осознать, что именно история творится на их глазах.
— Прикажи своим людям, чтобы меня пропустили! — сказал я, напоминая императору, что я всё ещё тут и никуда не делся. — Я иду заключать договор.
— Хорошо, — полушёпотом, потому что до сих пор не пришёл в себя, ответил тот. — Сейчас распоряжусь.
Но до того момента, как отправиться в империю, я позвонил Богатырёву.
— Алексей! — сказал я, не скрывая своей радости. — Передай всем, чтобы собрались на площади.
Люди собрались очень быстро. Я только поднялся на помост и подготовил подобающую речь.
— Мы победили! — сказал я, считая, что это самое главное, но люди до сих пор ещё не понимали, о чём я, поэтому пришлось добавить: — Мы отстояли свои земли, и теперь они наши! Сегодня и во веки веков!
Тут до народа наконец-то, дошло, что я имею в виду, и они закричали «ура!» и «победа!» так громко, что у меня заложило уши. Все улыбались, и на многих глазах, неважно, мужчин, или женщин, виднелись слёзы.
Мы победили. Действительно, победили. Теперь не нужно будет прятаться не только от монстров, но и от людей.
Путь до столицы оказался неблизким. Конечно, я мог поднять платформу из-под земли, и отправиться в путь на ней, но решил не пугать жителей империи. И так ко мне было повышенное внимание со всех сторон.
Я ехал на своём внедорожнике с Тиграном за рулём. На этот раз я никого из своих людей брать не стал. Скалли ввиду её размера тоже необходимо было оставить дома. Она не хотела оставаться, рвалась в машину, но я ей наказал оставаться на городской стене и караулить. Если кто-то придёт обидеть моих людей, она должна будет вступиться за них.
  
Она вроде бы поняла. Но на одной из остановок я полез в багажник за припасами и наткнулся на подозрительно знакомую шёрстку.
— И как ты сюда вообще поместилась? — спросил я, разгребая вещи. — Небось ещё и выкинула половину припасов!
Моей питомице было очень стыдно, но ничего она с собой поделать не могла. Не получалось у неё жить без меня, и я это прекрасно понимал и тоже скучал по ней. Причём, если я знал, что она где-то рядом, то даже не задумывался об этом. Но стоило мне отъехать, как я сразу же почувствовал, что мне очень не хватает Скалли.
В отличие от других уроков, она смогла выжить, потому что питалась маной напрямую от меня. Ей теперь не нужна была связь с мегамонстром, ранее двигающим Блуждающие земли.
— Иди уже, залезай на заднее сидение, — смягчился я, оглаживая её торчащие дыбом тёмные волоски. — Только людям на глаза не попадайся! Мы же не хотим спровоцировать войну, правда?
Меня сопровождали три военных внедорожника, в одном из которых ехал Малышев. Я несколько раз пытался заговорить с ним, но он каждый раз отделывался односложными ответами, явно не расположенный к общению. Ладно, полковник, я тебе ещё устрою сюрприз!
На третий день меня уже принимал император во дворце. Всё, как положено: торжественно, с помпой, сотнями аристократов в окружении и тому подобное. Я смотрел на всю эту пышность и понимал, что мне куда дороже люди, оставшиеся в общине. Они мне стали гораздо ближе.
Тем временем Лев Романов занял торжественный каменный помост, с которого оглашались самые важные решения императора.
— Дорогие подданные, — обратился он к собравшейся знати. — Сегодня я хочу объявить вам о некоторых изменениях в жизни Российской империи, которые в далёкой перспективе принесут огромные плюсы. Но начнём с малого. Первым из сегодняшних указов я аннулирую приказ об изгнании своего младшего сына Ильи Львовича… — тут он замялся, затем обернулся ко мне и хитро улыбнулся. — Романова. Вторым указом возвращаю ему свою фамилию!
Тут народ сорвался на овации. Уж не знаю, почему. Вряд ли они настолько сильно меня любили. С другой стороны, наши трансляции из движущегося города вполне могли найти своих фанатов среди аристократов.
Император поднял руку, призывая всех к тишине. И та наступила мгновенно. Всё-таки у Льва Романова была ещё хватка.
— Но пока только фамилию! — подчеркнул он, снова глядя на меня, и при этом по-особому кивнув, мол, на большее не претендуй.
— Мне и этого достаточно, — ответил я ему в повисшей тишине. — Ты сам увидишь, что не ошибся.
— Далее, — проговорил монарх, кивнув мне, показывая, что понял всё. — Забытые земли отныне будут зваться Внешним княжеством, где будет управлять мой младший сын — князь Илья Львович Романов. Внешнее княжество с этого дня находится под полной защитой Российской империи, а его жители имеют все те же права и обязанности, что и все мы. Кроме, одного-единственного пункта. На ближайшие семь, — я кашлянул, и император быстро поправился, — десять лет, Внешнее княжество освобождается от уплаты налогов в казну для того, чтобы получить толчок в развитии.
Тут уже народ сорвался на такие овации, что я невольно вспомнил свою общину и затосковал. Да, моё место там, а не в этом напыщенном дворце. Свой я сделаю совсем в другом стиле.
Итогом выступления императора стали ещё несколько приказов. Мне в помощь направлялась техника для очистки близлежащих земель. Картографы для составления подробных карт. Армия для охраны границ и много-много кого ещё.
А вот изгоев ко мне больше не пустят. Найдут им другое применение. Кстати, суд над одним из таких совсем скоро должен был состояться, но я решил не оставаться на это мероприятие. Мне не хотелось задерживаться в столице. Я спешил домой.