Саван (СИ)

— Колбаса нормально пахнет и йогурт. — Андрей принюхивался, приняв от Сашки продукты. Медленно кивнул. — Странно все это. Мы все бородатые. Я бреюсь почти каждый день. А щетина такая, как будто неделя прошла.
— Пойдемте соберем капсулы с поляны, заодно проверим, что это такое. — Вано указал в сторону, откуда пришел, мне тоже было интересно, что такое вываливалось из корабля. Собрав обозримые вещи вокруг катамарана, мы двинулись за Вано.
На поляне, усеянной поломанными деревьями и разбросанными капсулами, было не сложно отыскать последние. Длинная, вмещающая в себя пару футбольных полей, она примыкала к скале, растворяясь в горной породе, словно волна о песок. С большой осторожностью Альберт поднял одну из капсул. Развороченный, наполовину оплавленный контейнер по размеру напоминал добротный термос. Внутри были остатки черной жижи, в которой мы были с ног до головы, наши волосы слиплись, а зеленая походная одежда стала больше напоминать траурную из-за преобладания черного цвета.
— Что это за дрянь? Может, гудрон? — предположил Сашка.
— Она совсем ничем не пахнет. Слушай, может, на контейнере есть какие-нибудь надписи? — Вано озирался по сторонам в поисках целой капсулы, а заприметив похожую на такую, поднял и начал рассматривать.
— Нет ничего, только гладкий отполированный металл. Ни надписи, ни заводских клейм. Надо отмыться от нее. Я думаю, что пользы от того, что мы все в ней измазаны, мало. — Вано понес целую капсулу к катамарану. — Соберем целые, вдруг пригодятся.
— Тайные технологии. Интересно, сколько нам жить осталось? — решил разрядить обстановку я.
— Будем жить долго. Давай соберем, что можем, и найдем речку. Или хоть что-то. — Сашка подхватил следующую капсулу и пошел вслед за Вано.
Прочесав поляну, я нашел еще две целые капсулы и, пока шел к катамарану, думал о том, как определить место, где мы находимся, найти воду, да и в целом сориентироваться на местности. В голову приходила мысль взобраться на дерево неподалеку от лагеря. А в пещерах часто бывала вода, ее тоже нужно бы исследовать. Альберт, шедший за мной, опередил меня, сразу было видно, что он опытный походник.
— Надо понять, где мы и что вокруг нас есть, я попробую залезть на дерево. — Альберт осматривался в поисках подходящей смотровой вышки.
Когда первый шок пошел на убыль, я начал немного по-другому смотреть на всю эту ситуацию. Я не верил в бога и прочие чудеса, это точно, но зато верил в людей и удачу. А еще в судьбу. Быть может, мне давался шанс жить, а не просто существовать?
Альберт
Ребята явно недопонимали ситуацию, липкий дух неопределенности коснулся каждого, но никто не заметил того, что заметил я. Тревожный знак. Я совсем не слышал птиц. Для леса — явление аномальное. Не было привычного перезвона пернатых, незнакомые деревья стояли без гнезд, привычного мха у корней, а также плодов. По крайней мере, те, что я успел рассмотреть; температура была градусов двадцать пять. Точно не майская и точно не средней полосы России. Что хуже всего, никто не понимал, как мало у нас еды. Пара пачек риса, пачка макарон, гречка. Два армейских сухпайка, немного овощей, тушенки банок шесть. Немного куриного шашлыка. На пять едоков это количество можно было растянуть в лучшем случае на восемь дней. Скверно. Выбирая дерево, я надеялся увидеть сверху дорогу, водоем, следы цивилизации, любые признаки того, что мы могли двинуться в направлении помощи. Луны смотрели на меня издевательски, необычный небесный пейзаж выбивал из колеи, в голову лезли дурные мысли о том, кто покормит оставленного на даче пса, что скажут на работе, когда я не выйду на смену, нас вообще начнут искать? Странным казалось еще то, что нигде не было видно обломков самого корабля. Он вообще разрушился? Лично я не видел, только вспышку и то, что взорвалось вне зоны моего взгляда. Так. В сторону лишние мысли, сейчас, главная задача — найти подходящее дерево. Было сложно определиться с кандидатом, слишком большие деревья плохо подходили для того, чтобы взобраться наверх. Полутораметровые стволы тяжело обхватить и начать подъем, так еще и ближайшие ветки находились метрах в двух — двух с половиной от земли. У меня появилась идея взять веревку, накинуть ее на нижние ветки и подтянуться, дальше дело за малым. Парни подсадят меня, задача становилась все осуществимее.
 
Подходящее высокое дерево с пушистой кроной и мощными ветками я выбрал не случайно, вокруг него не было его высоких собратьев, и лес в этом месте был пореже. К тому же оно находилось чуть выше прочих из-за нахождения на подъеме, прежде чем я определился с кандидатом, пришлось зайти метров на четыреста в чащу. Парни подсадили меня, я закинул взятую веревку на ближайшую ко мне ветку и начал карабкаться.
— Альберт, может, подстрахуешься?! — крикнул Ник. Остальные парни разбрелись вокруг и смотрели вверх, задрав головы.
— Нет. Выше ветки идут довольно плотно, стойте здесь, я быстро!
Определить высоту дерева было сложновато. Но похоже, что метров тридцать, что повыше, чем наши сосны, березы или тополя. Подтягиваясь, как на турнике, я жался к стволу, выбирая самые надежные ветки. Интересно, что дерево было не хвойное, листья его напоминали трезубец, с расходящимися вправо и влево лепестками, некая помесь клена и безымянных деревьев России. Тут и там из его мощной коры выступали капельки смолы, которая пахла точь-в-точь, как у елей. Я измазал в ней руки, липкая и тягучая смола была янтарно-желтого цвета. Пройдя примерно половину, я посмотрел вниз, парни, находящиеся там, изрядно поуменьшились, снизу раздавался нестройный хор голосов, они что-то обсуждали, разобрать уже было сложно. Поднявшись еще метра на четыре, ветки становились все тоньше, впрочем, как и ствол. Я не боялся высоты, но вниз старался не смотреть. Руки и плечи от напряжения дрожали, скоро я не смогу подняться выше из-за все истончающегося ствола, он уже немного накренился под моим весом. Макушки рядом стоящих деревьев уже сравнялись со мной, голубое небо и облака можно было рассмотреть без проблем. Еще несколько метров, мне нужно подняться выше уровня крон.
Я остановился тогда, когда ветка с предательским хрустом надломилась под моим весом, сердце замерло на секунду. Я осторожно перенес вес ноги на другую, более надежную ветку и очень аккуратно начал разворачиваться от ствола, чтобы иметь лучший обзор.
То, что я увидел, заставило меня беспокоиться еще сильнее. Со всех сторон, куда хватало глаз, было лазурное, голубое море. На все триста шестьдесят градусов. Я не смог рассмотреть ни дорог, ни жилищ, ни других признаков разумной жизни. Другое море, уже зеленое, состояло из сотен крон деревьев, перемежалось несколькими скалами или сопками со скалами на вершинах, я видел ближайшую, судя по всему, в ней и была пещера. На мое счастье, она была самая высокая. И в несколько раз выше дерева, на котором я сидел. Вторая точка назначения стала ясна. Мне нужно взобраться на ту скалу. Идея набросать карту возникла сама собой, судя по высоте скалы, весь остров — а в том, что мы находились на острове, у меня не возникало никаких сомнений, — будет просматриваться как на ладони. Мне предстоял спуск.
Интересно, кто придумал, что спускаться легче, чем подниматься? Если это высказывание и было справедливо, то уж точно на деревья оно не распространялось. Томительные секунды поиска ногой ветвей внизу и сосание под ложечкой в моменты, когда этой ветки под ногой не оказывалось, ужасно выматывали. К моменту, когда я услышал, как парни внизу спрашивают меня, что я увидел, я весь вспотел и устал. Последние метры дались легко, спуститься по веревке и стянуть ее с ветки было последним шагом.
— Ну что там!? — гиперактивный Ник подскочил ко мне первым. — Что ты увидел?
— У кого-нибудь есть бумага и карандаш? — Я не спешил рассказывать ребятам, что увидел. Нужно сделать это после того, как я набросаю карту. — Я видел лес и скалы. Попробую взобраться на скалу, откуда пришел Вано, и рассмотреть получше. Она намного выше деревьев.