Саван (СИ)

— Да. Трактирщик обещал помочь. Завтра утром. — Альберт ничего не ответил, лишь отвернулся к окну.
Я сам не заметил, как провалился в глубокий сон. Тяжелые веки закрылись, приятная прохлада в комнате располагала к отдыху.
  
Глава 17
 
Саша
Сперва мой сон потревожило кукареканье с улицы. Я поглубже зарылся в мягкое одеяло, кто бы что ни говорил, а спать в мягкой кровати — это роскошь, которую никто ни ценит. Сознание пробудилось, но вставать я не спешил, слушая звуки окружения и наслаждаясь свежим сквозняком из открытого окна. Вторым этапом был стук в дверь, девчонка-разносчица громко сказала, что можно спускаться к завтраку.
Койки зашевелились.
— Вано опять штробил во сне, — недовольно пробурчал оторвавший голову от подушки Андрей. — Просто жесть, как будто ремонт рядом делали.
— Да уж, в комфортных условиях Вано и правда дал храпака. — Альберт бодро поднялся, он уже почти не хромал. — А Ник так вообще храпит, как будто тискается на сеновале с доярками. Со стонами и придыханием. Тебя сны эротические не мучают?
Комнату огласил дружный гогот.
— Пошли вы. — Ник стянул одеяло и потянулся. — Ну почему же мучают… Скорее даже наоборот.
— Ладно, надо спускаться. Интересно, где тут удобства у хозяина. Хочется умыться, — протянул Саша, он уже натягивал свои изодранные грязные штаны.
— Во дворе стоит кадка с водой, не знаю, как вы, а я сперва к ней, — принялся одеваться Альберт.
Прежде чем уходить, мы оставили Вано в комнате, присмотреть за сундуком, оставлять такое количество денег без присмотра мы считали опрометчивым.
Двор встретил нас широким подворьем с колодцем посередине, дальше стоял сарай со скотиной, похоже, у Илосса было собственное хозяйство прямо в черте города. Справа находилась конюшня, откуда доносилось похрапывание лошадей. Окруженное высоким деревянным забором внутреннее пространство харчевни было довольно уютным. Мы видели других постояльцев, выходящих из комнаты, они запирали ее на висячий замок. Непорядок, а где наш? Нужно будет попросить у хозяина.
Умывшись в кадке с холодной водой, мы взбодрились и отправили Вано освежиться за нами. Крыши домов виднелись с трех сторон, харчевня располагалась в удобном месте, стоящие рядом сооружения прикрывали двор от излишнего солнцепека. Славное место.
Зал харчевни оказался не слишком заполнен, похоже, людей, оставшихся на ночь, здесь было не особо много. Компания из трех человек, что вчера сидела за стойкой, два парня и две женщины, простенько одетые, завтракали в углу, да группа из шести рабочих, их я определил по инструментам, притороченным к поясам, деревянным молоткам и мешкам на поясах с какими-то железками. Похоже, они чинили крышу где-то поблизости или делали еще какую-то работу в округе.
Бдительный Андрей выпросил у хозяина висячий замок и сбегал наверх закрыть нашу комнату.
Завтрак нам подала не Белава, другая девушка. Тоже ничего, на мой вкус, но слишком уж крепко сложенная. Когда она удалялась, оставив горшки с кашей и пару глиняных кувшинов с морсом, Вано бесстыже проводил взглядом ее крепкий зад, мелькающий из-под длинной юбки. Да уж, Вано предпочитал калибр побольше.
Андрей обмолвился, что вчера перед сном он договорился с Илоссом насчет покупки одежды. Наши голоса одобрительно поддержали инициативу Андрея, ходить в тряпье было чревато. К тому же, деньги имелись. Было принято общее решение выделить средства на одежду из общака. Мы неспешно болтали и завтракали, когда в проход вошли трое мужиков, вереницей тащившие огромные сундуки. Проводив их взглядами, неопределенного возраста парни остановились около стойки, девчонка-разносчица скрылась в подсобном помещении, зовя хозяина. Появился Илосс и о чем-то поговорил с мужиками. Одеты они были, конечно, модно: высокие, выкрашенные в черный цвет сапоги из дубленой кожи, куртки с клепками на плечах, рубахи с вырезом. Местные пижоны. Прически тоже были не крестьянские. Повязанные интересным способом пояса довершали картину.
 
Указав на нас пальцем, хозяин подошел первым. Он заговорил, обращаясь к Андрею.
— Пришли торгаши с вещами, как заказывали. — Андрей отодвинул тарелку и встал из-за стола, переговариваясь о месте просмотра товара.
Мы быстро доели завтрак и отправились наверх, смотреть, что притащила эта троица. Сундуки были добротные, втрое больше того, что тащил Вано.
Поставив их к стене, парни начали вытаскивать содержимое. Кожаные штаны, рубахи, мягкие сапоги и ремни, а также мошны под золото, которые заменяли кошельки. Здешние штаны, судя по тому, что я мог заметить, карманами не обладали. Мы скинули с себя старую одежду и начали мерить все, что они могли нам предложить. Одежда оказалась на удивление удобной. Рубахи, правда, были великоваты, широкие, ворот с вырезом, длинные рукава. Сапог было много, нескольких размеров и фасонов. Благо размер ноги у нас всех был примерно одинаковый, под сапоги, размер которых регулировался ремнями, вполне подходили. Куртки показались мне довольно тяжелыми и плотными, на манер байкерских кожанок. Только вместо молний — какие-то завязки. Нашлись и добротные походные перчатки из приятной кожи. В целом, мы скупили почти все, оставив сапоги, которые были совсем уж малы или велики. Рубахи выбрали примерно одного размера, мы взяли несколько на второй комплект, пять ремней, еще прикупили местный аналог трусов, нечто напоминающее парашюты с завязками по бокам. Носками тут выступало некое подобие чулка, высоких гольфов или унт, одевавшееся на босу ногу. Взяли на всех.
Одеть смогли каждого. Комплект здешнего шмотья смотрелся на нас органично. Я выбрал высокие сапоги почти до колена, белую рубаху, плотные серые штаны в тон такого же цвета куртки, длинный ремень с узором из каких-то завитушек, мошну с рисунками рун на ней, как объяснили продавцы, те притягивали богатство, ну и комплект исподнего.
Парни приоделись примерно так же. Разница только в фасоне и цветах. Андрей отдал предпочтение темно-зеленому, Ник и Вано выбрали однотонные черные одеяния. Цветами и материалами здешняя одежда не радовала. Выбор был в основном между кожей и плотной тканью. Альберт взял вместо куртки жилетку, и сапоги у него были попроще.
Дальше началось самое интересное. Торгаши начали бурно считать все, что мы у них взяли. Они говорили между собой быстро, проглатывая слова, считая на пальцах, сколько всего мы оставили. Закончив обсчет, их главный выдал сумму в триста семнадцать золотых. Я поперхнулся от озвученной цифры. Ник и Андрей в один голос возмутились. Завязался спор, ругань была до хрипоты, Андрей вменял им, что одежда не может стоить так дорого, и пытался досконально выяснить, что именно сколько стоит. Торговцы путались, один говорил, что это все первоклассная кожа прямиком с равнин Строувера. Второй ему поддакивал и демонстративно сжимал кожу в руках, показывая, какая она прочная. А сапоги, мол, только поглядите, какая у них подошва, для них забили специально выведенных овец, спрессовали в несколько слоев, чтобы славные господа вроде нас могли насладиться ими.
Мы с парнями критиковали товар то так, то эдак. Лично я не умел так нагло торговаться, как Ник и Андрей. Они тыкали под нос торговцам все потертости и порванные нитки, все царапины и трещины. Те деланно обижались, демонстративно захлопывая сундуки. Торговались минут двадцать. Мне показалось, что пришлые парни ловят от этого кайф, похоже, им нравилось, что Ник и Андрей так просто не сдавались. В итоге сошлись на цене в сто восемьдесят золотых за все. Торгаши согласились, но с условием, что в следующий раз мы будем закупаться именно у них. Они подробно рассказали, где находится их лавка и как к ней пройти.
Торговцы утащили сундуки вниз, мы отсчитали им положенную сумму и отнесли вниз. Пожав напоследок друг другу руки, мы разошлись, но меня не покидало чувство, что нас снова обсчитали.
После ухода купцов к нам поднялась Белава и сказала, что пришел цирюльник, которого вчера звал Андрей. Он вышел и минут десять шушукался с девушкой, а вернувшись, выглядел довольным, как слон.