Саван (СИ)

Гнев раздвинул трупы от себя и начал прижимать их с наружной стороны корабля. Судно качнулось. Когда все трупы исчезли за бортом, корабль тряхнуло, он начал движение. Гнев поднимал в воздух мой корабль, облепив его мертвыми солдатами Длани, и двигал в сторону берега. Безумец! Пока он отвлечен, это был шанс прикончить его, так почему же я не могу?! Я слышал, как он притягивает все новых и новых солдат, их предсмертные крики впивались в мою голову, сливаясь в ужасающий комок страха. Если амулет Сирши ослабнет, если его сила перестанет защищать меня, то я буду раздавлен точно так же, как кусок мяса. Эта мысль привела меня в чувство. Бежать. Бежать! Это слово билось в моих висках. Я рванулся к борту и прыгнул за него, выпуская меч, отмель приняла меня ударом в грудь. Приблизившиеся корабли спасительно накладывали защитную ауру на оставшихся в живых воинов.
Перед падением я заметил, как оставшиеся три корабля погрузили на себя выживших бойцов, один из них ярко горел, они отчаливали с отмели. Похоже, маг смог добрался до него. Надеюсь, пожар потушат.
Высунув голову из воды, я слышал, как бьют толстые канаты скорпионов. Помощь пришла. Маги с их носов начали обстреливать войска Ксарка. Они дрогнули и поспешили отойти к лесу, пехота отступала вслед за конницей, оставляя за собой многочисленные трупы сынов Длани и Ксарка.
Я проводил взглядом поднятого ужасающим образом Красного Змея, мой корабль… Это был не человек, там, на палубе. Вспомнил его взгляд, и меня пронзил холод, преодолевая сопротивление воды, я двинулся навстречу кораблям Безымянного перста. Воины через борт подали мне веревку, а затем принялись собирать остатки войск с берега. Я был спасен. Упав на палубу, я расплескал вокруг себя лужу воды. Нужно отходить обратно в Длань, этот поход слишком дорого нам обошелся…
Смердящий Кью
Гирд добавил меня во время налета в отряд ловчих. Пока команда Змеев развлекалась в селе, я вынужден был с Леком и Рябым торчать в лесу неподалеку и держать в зоне видимости отряд копейщиков. Чтобы никто из крестьян не убежал, другие ловчие скрылись от наших глаз, следя за прочими участками.
Мои напарники взяли с собой тугие составные луки, никто не хотел бегать слишком много, ловить убегающих сподручнее, когда у тех в ноге будет присутствовать стрела. У меня закралась мысль, что нас неспроста поставили в одну группу. Лек и Рябой коллективно недолюбливали меня, они стелились под брата капитана, пока тот был жив, а я, можно сказать, лишил их связей с ним.
Я был начеку. Главное, что нам удалось высадиться на материк, во время абордажа кораблей Идоедона я заполучил себе неплохую кольчугу и пару отличных метательных ножей. Они были великолепно заточены, с идеальным балансом. Достойное пополнение моего снаряжения.
Лежать в траве и ждать было занятием не самым веселым, куда больше интересного сейчас в деревне. Я слышал крики и видел первые загорающиеся дома. Не самое богатое село, но взять было что. С другой же стороны, из отряда ловчих проще всего свалить. Я примерно представлял, где находится Икрафис, задача добраться туда была из разряда невероятного. Улизнуть от своих, а затем петлять как мышь в поле от отрядов Ксаркийцев. Жрачки у меня с собой не было, как и неприметной одежды. Думаю, что по пути точно встречу крестьянские деревушки и смогу разжиться там всем необходимым, не привлекая внимания. Это было лучше, чем торчать в проклятом Жогасе.
Я повернул голову на Рябого — худощавого типа с быстрой реакцией, одного из лучших лучников на Змеях. Сейчас он кусал губы и смотрел на горящую деревню, как волк на убегающую добычу. Немудрено, он хотел быть там, а не торчать в лесу.
Лек выглядел примерно так же, его лук со снятой тетивой лежал рядом. Он подергивал ноздрями, втягивая запах горящих домов. Редкостный головорез, мысленно он уже вытаскивал теплых ото сна баб из-под одеял. Как же мне свалить от них? Я-то был без лука, и, в случае чего, они подстрелят меня как зайца. Пролежали мы долго, почти все дома загорелись. Рябой поднял ладонь и подобрался.
 
— Тихо. — Он слушал. — Это не звуки грабежа. Я слышу звон стали.
В подтверждение его слов отряд копейщиков вдалеке снялся с позиции и побежал прямо в направлении центральной дороги, откуда доносился звук битвы.
— Похоже, это Ксаркийцы. — Он утерся тыльной стороной ладони. — Наши отходят.
— Идемте. — Лек поднялся, натягивая тетиву. — Если с селом закончили, нам здесь больше нечего делать. Покусаем Ксаркийцев за хвост.
Момент. Мне только лишь нужен момент. Я поднялся вслед за ними, и мы двинусь в сторону моря по широкой дуге. Пока мы бежали, из села доносились дикие крики и визг, все были в растерянности, обычно звуки боя выглядят иначе. Эти больше напоминали резню, а не сшибку с конным отрядом, ржания лошадей я не слышал, не могла же одна пехота добежать от заставы так быстро. Или, быть может, их предупредили заранее?
Показались край леса и последний догорающий дом села. Мы забежали в его внутренний двор. Загон для скотины был пуст, значит, здесь побывали наши. Рябой охнул и указал на дорогу, освещенную горящей избой. На ней были десятки трупов. Мы медленно подошли ближе. Отрубленные части рук и ног, сломанные мечи и копья. Центральный отряд словно бы дрался с гвардией Ксарка, их разбили как юнцов, которые первый раз пошли в налет. Лек глухо захрипел и указал трясущейся рукой на разорванное напополам тело, а затем на омерзительный шар сжатых в бесформенную массу мертвых тел. На меня смотрели стеклянные глаза с раздавленным на голове шлемом.
— Забери их Море… — Лек закрывал рукавом нос, смрад стоял отвратительный. Земли не было видно от крови и внутренностей. Рябого стошнило.
Я еще держался, но внутри все подернулось инеем. Во мне бушевало беспокойство, кто мог сотворить такое с кулаком Змея. Они расслабились и не взяли с собой в село мага, за что и поплатились своими никчемными жизнями. Мне не было их жаль.
Послышались топот и ржание лошадей. Я тут же рванулся на задний двор дома и поспешил скрыться за загоном для скотины. Лек и Рябой припустили за мной. Едва мы прикрылись спасительным мраком, как на дорогу вылетел отряд конных Ксаркийцев, они удивленно осадили лошадей и переговаривались. Лошади испуганно фыркали и вели себя беспокойно. Затем они скрылись в направлении моря, забирая левее центральной дороги села.
— Уходим к морю. — Рябой широкими глазами смотрел на нас. — Кью, ты первый, мы за тобой.
Мое чутье подсказывало: что-то не так. Чего вдруг ему отправлять меня первым, когда до моря оставались считанные шаги? Рябого поставили главным, и что с того? Этот приказ не имел смысла… Только если они не собирались прикончить меня в спину.
Ладно, ублюдки, будем импровизировать. Я поднялся, пристально посмотрел на них. В их глазах читался приговор. Рябой медленно тянул руку к клинку. Развернувшись, я молниеносно сделал шагов восемь, после чего повернулся и выбросил кинжал в лицо целящегося в меня Лека. Сделать выстрел из лука он не успел, даже на то, чтобы натянуть тетиву, я не дал ему времени. Кинжал воткнулся в его шею. Он забулькал и завалился набок. Я развернулся и начал метать кинжалы в Рябого. Тот успешно отбивал их. Его клинок бабочкой мелькал во тьме, отражая на своем лезвии горящую избу.
Он подсел и рванулся ко мне, сокращая расстояние. Я вытащил короткий меч из ножен и ушел влево. Отбиваясь от Рябого, я оказался спиной прижат к загону для скотины. Мы рубились насмерть. Он зацепил меня за бедро и плечо. Невероятным усилием я смог резануть его запястье и выбить меч. Рябой не растерялся и повалил меня на землю, вышибая меч из рук. Мы были примерно одного роста и веса, но Рябой сумел оседлать меня. Пропустив увесистый удар в нос, я поплыл. Кажется, он сломал мне его. Извернувшись, я скинул его с себя и начал шарить по траве в поисках хоть чего-то. Запасных кинжалов у меня не осталось, а меч был слишком далеко. Рябой кинулся на меня, вытащив из сапога нож.
Рука нащупала что-то продолговатое, железное, в траве у загона. Сойдет. Я с криком рванул руку с зажатым предметом навстречу ножу Рябого, стремясь сбить удар. Получилось. Железяка попала прямо по запястью, ломая его. Клинок отклонился. Затем я развернулся и, пропуская Рябого вперед, опустил железку ему на затылок. Оседлав обмякшее тело, я добивал его, превращая череп в фарш, поднимая предмет над собой раз за разом. Железка сминалась в моих руках, орошая меня какой-то липкой черной дрянью.