Защищенное сердце (ЛП)

Насколько ей было известно, у Ваунда была только одна уязвимая сторона, которую можно было использовать, но она должна была подобраться поближе, чтобы убедиться, что это сработает.
Чертовски ближе.
В первый раз, когда она напала на Ваунда сзади, он отреагировал так, как будто видел ее приближение, она должна была предположить, что он действительно мог это, и действовать соответственно.
Она быстро, но осторожно пересекла пространство, отделявшее ее от мужчин, обходя Ваунда стороной и заходя ему за спину. Ее глаза неоднократно перебегали на его руки, когда она двигалась. Хотя Аркантусу удавалось держать ладони Ваунда направленными вверх, все, что нужно было бы Ваунду, чтобы опустить их — это ничтожное преимущество.
У нее не было ни малейшего шанса уклониться от такого взрыва.
Оказавшись за спиной Ваунда, она двинулась прямо вперед. Грохочущее сердце и неровное дыхание заглушали звуки вокруг. Расстояние между Самантой и ее целью уменьшилось, и мысли закружились в ее голове, высмеивая за глупость, ставя под сомнение ее очевидное желание умереть, говоря, что сейчас она потерпит неудачу, как и всегда. Голос Джеймса всплыл в памяти, чтобы сказать, что она никчемная и слабая, что он нужен ей, но она отбросила эти мысли в сторону и стиснула челюсти.
Ты никогда не был мне нужен. Мне нужен Аркантус — и я нужна ему.
Я могу это сделать.
Ваунд отдернул голову от Аркантуса, когда Саманта приблизилась. Ее грудь сжалась, а желудок на мгновение скрутило узлом. В это мгновение Ваунд зарычал и изогнулся всем телом, нанося удар ногой назад — прямо в нее.
На этот раз она ожидала этого. Рассчитывала на это. Она уклонилась в сторону, нога Ваунда задела ткань ее рубашки, когда рассекла воздух впереди, едва не задев живот. То, как он двигался, повернуло нужную сторону его шлема к ней. Прежде чем Сэм успела подумать, она выставила вперед переднюю ногу, сокращая последнее расстояние между собой и врагом, и прижала дуло бластера к отверстию клапана на шлеме.
Саманта дважды нажала на спусковой крючок.
Огненные искры вылетели из других соединений на шлеме Ваунда. Звук, который он издал, был непохож ни на что, что Саманта когда-либо слышала, непохож ни на что, что она могла представить даже в самых диких кошмарах. Это было одновременно звериное и роботизированное, гортанное и статичное, агонизирующее и яростное, она даже не могла понять, издавал ли он этот звук сам или это была неисправность, вызванная внутренним повреждением шлема.
Аркантус схватил Ваунда за запястья и потащил к противопожарной двери. Прежде чем Саманта успела пошевелиться, он снова повернулся к ней лицом и прыгнул на нее. Его тело сильно налетело на Сэм, выбив бластер из ее руки. Он обхватил ее руками, когда они падали и жестко приземлились, но его руки приняли на себя большую часть удара и не позволили ему навалиться на нее всем весом. Арк заслонил ее своим телом.
Она прижала руки к его груди, которая расширялась и сжималась в такт частому, неровному дыханию, и учащенное биение его сердца соответствовало ритму ее.
Ужасающий звук от Ваунда продолжался, постепенно переходя в статическое шипение, которое в конечном итоге закончилось протяжным булькающим выдохом воздуха. Прошло несколько секунд, от предвкушения мышцы Сэм были напряжены, но то, чего она ждала, не произошло.
Сэм и Арк подняли головы и повернулись, чтобы посмотреть на Ваунда. Он лежал неподвижно, из его шлема поднимался бледно-серый дымок.
— Он мертв? — спросила Саманта.
— Надеюсь на это, — ответил Аркантус и повернулся к ней. — С тобой все в порядке, маленькая земляночка?
Саманта протянула руку, схватила его за подбородок и прижалась губами к его губам. Она крепко поцеловала его, поцеловала с отчаянием, которое испытывала при мысли о возможности потерять его, с облегчением оттого, что он в безопасности в ее объятиях, со всей любовью, переполнявшей ее. Она подняла руки и обвила их вокруг его шеи, прижимаясь еще крепче. Он вернул поцелуй с теми же грубыми эмоциями, что переполняли ее, держа так, словно никогда больше не отпустит.
 
Аркантус застонал, когда они наконец разорвали поцелуй, высунув язык, чтобы облизать губы.
— Тихий голос в глубине моего сознания говорит, что сейчас неподходящее время для того, чтобы хотеть заняться с тобой любовью, Саманта, но прямо сейчас я необъяснимо возбужден.
Саманта разразилась смехом, от смеха в горле пересохло, но ей было все равно. Она чувствовала свидетельство его возбуждения у своего бедра, и она бы солгала, если бы сказала, что сама не испытывала ни искры желания, но…
Глаза Сэма расширились.
— Драккал!
Брови Аркантуса встревоженно приподнялись. Он высвободил руки из-под нее, поднялся на ноги и взял ее за ладонь, чтобы помочь встать.
— Иди к нему. Я скоро буду.
Саманта бросилась обратно к Драккалу. Он лежал точно там, где она его оставила, кровь пропитала его гриву. Она прижала руку к его шее, ища пульс сквозь густую шерсть, и ахнула, когда он пошевелился. Она положила ладонь ему на грудь и наклонилась.
— Драккал?
Аркантус хмыкнул у нее за спиной. Саманта оглянулась через плечо и увидела, что он стоит над Ваундом с голубым энергетическим мечом в правой руке. Он наклонился, схватил что-то свободной рукой — его тело загораживало ей обзор — и взмахнул клинком. Выпрямившись, он отбросил предмет в сторону — бронированную голову Ваунда, теперь полностью отделенную от тела.
Движение Драккала вернуло внимание Сэм к нему. Он слегка приподнял голову от пола, веки затрепетали, открываясь, прежде чем снова закрыться.
— Врек'ош, — проворчал он, — у меня такое ощущение, что по моему черепу наступил траликс.
Облегчение затопило Саманту.
— Тебя довольно сильно ударили. Возможно, у тебя сотрясение мозга.
Выражение лица Драккала ожесточилось.
— Не чувствую своей руки. Насколько сильно он меня ранил?
— Хорошая новость в том, что твоя рука выглядит нормально, — сказал Аркантус из-за спины Саманты. — Просто так получилось, что она отделена от тела.
Саманта повернула голову и недоверчиво посмотрела на Аркантуса.
— Арк!
Ноздри ажеры раздулись от тяжелого выдоха, и он снова открыл глаза, на этот раз они были ясными, бдительными и решительными.
— Ты все еще на три конечности ведешь, седхи.
Аркантус подошел к Драккалу и присел, просунув протез под неповрежденную руку ажера.
— Давай поставим тебя на ноги, старый друг. Нам нужно уходить, пока не появились еще какие-нибудь гости.
Саманта встала.
— Где остальные?
— Они добрались до спасательного туннеля, — сказал Аркантус, помогая Драккалу подняться, взваливая вес ажеры на плечо. — Все, кто этого не сделал, вероятно, уже мертвы.
Ее сердце сжалось при мысли о потере кого-либо из ее новых друзей — ее новой семьи. Она только что нашла место, которому принадлежала, и они с такой готовностью приняли ее, с самого начала относились к ней как к своей. Она не могла вынести потери кого-либо из них.
Аркантус использовал кончик хвоста, чтобы активировать свой голокомм, и полностью открыл противопожарную дверь мастерской, показав разрушения внутри. Кушетки были обуглены, на полу виднелись следы взрывов, а тела — или, по крайней мере, фрагменты тел — были разбросаны повсюду, превратившись в пепел. Воздух был насыщен запахом горелой плоти.
Сэм шла рядом с Арком, когда он и Драккал вошли в мастерскую. Ни одного из мужчин, казалось, не тронул вид вокруг. Она пыталась подражать их безразличию, говоря себе, что это были не трупы, что почерневшие кучи пепла несколько минут назад не были живыми существами. Желудок скрутило, она сжала губы и вцепилась в Аркантуса. Он обвил хвостом ее талию, предлагая безмолвное утешение.
Они поднялись по ступенькам на платформу. Стол был разломан на куски, и большая часть оборудования у окружающих стен была повреждена или уничтожена, хотя несколько экранов все еще работали. Один из входов был взорван, и дверь лежала рядом в виде нескольких больших деформированных кусков.