Защищенное сердце (ЛП)

— Ты знаешь, что земляночка и ее пара никому не рассказали о случившемся.
— Дело не в этом, Драк.
— Так и есть. И я не позволю тебе сделать это, Арк.
— И что именно, по-твоему, я делаю? — Аркантус пнул ногой кусок ржавого металлолома, валявшийся на земле, его кибернетическая конечность зарегистрировала удар и передала эту информацию в мозг, но это было совсем не то, что почувствовать это самому.
— Накручиваешь себя.
— Я определенно этого не делаю, Драккал.
— Ты хнычешь, как измученный жаждой детеныш, выпрашивающий материнский сосок.
Выгнув бровь, Аркантус повернул голову к своему спутнику.
— Ты действительно так думаешь?
Драккал пожал своими широкими плечами.
— Если честно…
— Нет, это точно не честно. Ты обвиняешь меня сначала в преувеличении значимости происходящего, а потом в нытье. Что именно?
— И то, и другое. Ты был не в себе с тех пор, как разобрался с той землянкой.
Аркантус вздохнул.
— Разве лгать самому себе вредно? Хотя бы для того, чтобы понять себе настроение.
— Да. Это причинит тебе боль.
— Не может быть больнее синяков, которые ты постоянно оставляешь на моем эго.
— Скорее я ударю по своему эго, чем наоборот, Арк.
Аркантус открыл рот, чтобы ответить, но быстро понял, что ему нечего возразить. С тем, что сказал Драккал, было не поспорить.
Они продолжали двигаться вперед в тишине, и улицы Подземного города становились многолюдными и шумными по мере того, как они оставляли позади переулки и боковые улочки. С каждым шагом Аркантусу все больше хотелось вернуться домой. Дела, вынудившие его покинуть свое убежище, были редкостью, и всегда раздражали. Слишком многое могло пойти не так, слишком много переменных вне его контроля. Если ему и приходилось быть вне убежища, он находил гораздо более приятным делать то, что хотел, а не убирать беспорядок и «тушить пожары».
Когда они добрались до машины на воздушной подушке, Драккал забрался на водительское сиденье, а Аркантус — на пассажирское. Панели управления окутали их мягким голубоватым свечением, когда Драккал включил двигатели и начал подъем к туннелям экспресса.
— Теперь мы одни, — сказал Драккал. — Говори.
— Мне нечего сказать, — ответил Аркантус.
— Арк. Покончи с этим.
Аркантус тяжело вздохнул.
— Я хочу терранку2.
Драккал резко взглянул на Арка, сузив глаза.
— Что, черт возьми, ты имеешь в виду, говоря, что хочешь терранку?
— Я использовал самый простой язык, какой только мог.
— Нет, только самое смутное.
— Я хочу терранку. Женщину терранку. Подняв руку, Аркантус откинул назад свои длинные черные волосы, заправляя выбившиеся пряди за рога. — Не знаю, почему это так трудно понять.
— Ты хочешь просто позвонить поставщику и купить ее? Краас кавал3, Аркантус, и это после того, через что мы прошли.
Аркантус впился взглядом в Драккала.
— Я этого не говорил, черт возьми. Терране мигрируют на Артос уже два года. Я найду ту, которая уже здесь, — когда ажера уставился на него, Арк добавил. — Я никого не собираюсь похищать, Драк.
— Я знаю тебя. Ты нарушаешь правила, когда чего-то хочешь.
Вагоны и стены туннеля экспресса размытыми пятнами проносились за пределами кабины.
— Ты хотел, чтобы я рассказал, — сказал Аркантус.
— Да. Чтобы я мог сказать тебе не глупить.
— Говорит тот, кто в течение каждого года проглатывает килограмм собственного меха.
— Я же говорил тебе, — прорычал Драккал. — Есть научные исследования, которые доказывают, что языки ажер одни из самых чистых в известной вселенной.
Аркантус ухмыльнулся.
— Ты видел вселенную, мой друг? У нее не самые высокие стандарты. Но если хочешь знать, эта терраночка меня заинтриговала. Черт возьми, если бы она не была связана узами брака с зентури, я бы заставил ее склониться над моим столом к концу той первой встречи. Я увидел это в ее глазах.
Драккал фыркнул и покачал головой.
— Ты говоришь это о каждой женщине. Ты забыл, сколько неприятностей ты причинил, потому что не можешь оставаться в штанах?
— Я не ношу штанов. Только очень длинную набедренную повязку.
 
— Врек'ош, ты знаешь, что я имею в виду!
— Ну и кто теперь раздражительный?
— Аркантус, я буду…
— Я обещаю тебе, Драккал, здесь все по-другому.
— Как?
— Потому что это так и есть, ладно? Что плохого в том, чтобы найти любопытную земляночку, привести ее в мою мастерскую и, возможно, узнать несколько новых способов доставлять и получать удовольствие?
Драккал покачал головой, скривив губы и обнажив клыки.
— Ты встретил одну терранку и с тех пор одержим ими.
Аркантус прижал руку к груди.
— Ты меня ранишь, старый друг. Я просто заинтригован. Не более того.
— Одержим, — повторил Драккал, выглядывая в боковое окно. — Тебе нужно новое хобби.
— Какая разница, как я провожу свое свободное время?
— Учитывая стычку с зентури, я имею право беспокоиться. Хотя ты был вооружен лучше.
— Я мог бы расправиться с ним, если бы захотел.
Драккал рассмеялся, звук, глубокий и насыщенный, казалось, исходил прямо из его живота.
— Нет, ты не мог этого сделать. Ты первоклассный боец, Арк, лучший, кого я, когда-либо видел, но он убийца.
— Есть ли разница, ажера?
— Когда ты путался с его парой, да. Он бы тебя прикончил.
— Помнишь наш предыдущий разговор о маленькой лжи, которая поможет мне почувствовать себя лучше?
— Да. Особенно ту часть, где я подразумевал, что этого не произойдет.
Аркантус вскинул руки.
— Отлично! Ты победил, Драккал.
— Хорошо. Ты наконец-то…
— Я позабочусь о том, чтобы о моей земляночке не говорили.
Череда проклятий, сорвавшихся с губ Драккала, все на непонятном диалекте его клана, который имплантаты-переводчики, казалось, не могли расшифровать, заставила Аркантуса от души рассмеяться. И его смех только спровоцировал новые ругательства со стороны ажеры.
Когда они прибыли домой, Драккал предоставил Аркантуса самому себе, бормоча под нос о том, что ему следовало вернуться на родную планету много лет назад и стать рыбаком, лавочником или сборщиком мусора, кем угодно, только не деловым партнером Аркантуса.
Веселье Аркантуса сохранялось до тех пор, пока он не остался в одиночестве своей мастерской. Он вошел через один из задних проходов, огромная противопожарная дверь в передней части помещения использовалась только как вход для клиентов — одно из нескольких наглядных проявлений того, насколько серьезно он относился к безопасности. Он хотел, чтобы его гости знали, что они в безопасности под его крышей, и что любые попытки причинить ему вред будут быстро и полностью пресечены.
Он сел за широкий стол на краю приподнятой платформы, откинулся на спинку стула, хвост медленно просунулся в вырез у основания сиденья, и обвел взглядом большое помещение.
Низкие диваны стояли по обе стороны устланной ковром дорожки, а экзотические морские существа плавали в больших аквариумах, встроенных в стены. С потолка в каждом из четырех углов свисало по автопушке. Малиновые и фиолетовые огни задавали настроение комнате относительно мягким свечением и глубокими отбрасываемыми тенями.
Аркантус нахмурился, освещение не соответствовало его текущему настроению. Легким движением запястья он вызвал дюжину экранов: два физические, остальные голографические проекции на столе. Он перемещался по меню и командам почти на автомате.
Мгновение спустя огни сменились на синие и светлые с легким зеленоватым оттенком внутри резервуаров, потемневшими почти до черного на участках стен между ними.
Аркантус покачал головой.
— Многовато, не думаешь?
Но он больше не регулировал свет, он переключил свое внимание на экраны и взломал идентификационную базу данных Консорциума. Он сказал себе, что это деловой вопрос, когда начал проверять его ежедневно чуть больше недели назад, ему нужно было быть в курсе тенденций в области регистрации и иммиграции, чтобы быть максимально эффективным в своей работе. Но он остановился несколько дней назад, осознав, сколько времени потратил на просмотр файлов иммигрантов с терры.