Спасибо моей новенькой фритюрнице за чудесный ужин (СИ)

Вот ведь проныра Эйлах, создал-таки орден! Хотя, может, это и не его вина, в конце-концов, я помню, что добровольно выпустил тогда свою стихию, чтобы подтвердить образование братства. Может, орден сам вылез из небытия, и все страхи борцов с Хаосом становятся постепенно явью.
Я с беспокойством посмотрел на Тэргона. А вдруг он разозлится на создание враждебного ордена и больше не захочет меня учить?
— Это не враждебный орден, — сказал я. — Просто нас трое хаоситов в Университете, и мы решили поддерживать друг друга.
Сегодня Никрам активно поддерживал меня во время обеда: приперся в столовку (где высокородные обычно не показываются) и принялся трепаться о дуэлях и задавать наводящие вопросы о моих таинственных сражениях. Я делал вид, что не понимаю, о чем он. Темные делали вид, что не слушают каждое наше слово.
— Где объединятся трое, там восстанет орден, — сказал Тэргон с усмешкой. — Раньше я не придавал настолько буквального значения этому пункту устава.
— Вы же не откажетесь быть моим учителем?
— Нет, — он посмотрел на запад, — конечно, не откажусь. Хаос вернулся в полной мере. Как, кстати, поживает ваш слуга, достаточно ли усерден?
— Очень усерден! — заулыбался я радостно. — Выздоравливает на глазах, сегодня даже показался в присутствии темного.
— Надо будет его навестить, проверить прогресс.
— Приходите хоть сейчас, — предложил я, не подумав, какой это был бы неприятный сюрприз для Лэйме. Точнее, подумал я об этом только, когда Тэргон внезапно согласился.
========== 41. ==========
— Дейнар, смотри, какое я прекрасное яичко сделал! — мне навстречу выскочил Ясси, протягивая в ладошках ярко раскрашенное, переливающееся блестками и цветным бисером яичко.
Наверное, готовился к грядущему празднику Гнездования, на который у нас принято дарить друг другу яички в маленьких шалашиках. Ну, это местный праздник, я знаю, что он распространен не по всей Империи. Около столицы же водилось множество черных птичек, прославленных своими разноцветными яйцами и крошечными разукрашенными шалашиками, которые они строили вместо гнезд. Столичные темные их любили не меньше, чем пауков, считая символами семейного счастья и достатка.
Я улыбнулся, собираясь похвалить Яссино яичко, но в этот момент милашка заметил Тэргона (учитель почти полностью скрыл ауру, чтобы никого не травмировать).
— Ай! — вскрикнул Ясси, подпрыгнул на месте и шлепнулся на задницу, роняя яичко.
А потом рванул по коридору с низкого старта, скользя, теряя тапочки и помогая себе руками. В этот момент он так напомнил мне котика — вот точно так же те убегали, дрыгали лапками и прятались под щелями кухонных шкафов, когда Лэйме уронил рядом с ними жестяную кювету — что я заржал, согнувшись.
— Приятно познакомиться, молодой человек, — усмехнулся Тэргон ему вслед.
— Простите, учитель, — выдавил я, пытаясь справиться со смехом, — Ясси обычно очень милый и вежливый, это он от неожиданности.
— Да, — сказал Тэргон, — я почти отвык от этого в Темных землях.
Я пожал плечами. Должно быть, пламенные заслужили такое к себе отношение. Не знаю уж, каким образом, но что-то же породило этот страх. Наверное, надо было позвонить домой и предупредить, но теперь уже поздно.
На полу лежали яркие осколки скорлупы и почти целое вареное яйцо. Жалко его испепелять, но придется, не поднимать же при Тэргоне.
Мы зашли в гостиную и обнаружили там Лэйме — он сидел за столом, неестественно прямой и бледный.
— Высокородный Тэргон, — сказал он, приподнимаясь. — Какая неожиданность.
Я напрягся, ожидая, что он добавит что-нибудь вроде “и не сказать, чтобы приятная”. И разозлит Тэргона. Но Лэйме благоразумно молчал, только смотрел на нас больными глазами. Да, именно на нас — переводил взгляд с меня на Тэргона и обратно. Мне даже не по себе стало: он словно защиты искал.
— Я не верил, что это случится так быстро, Лэйме, — вежливо улыбнулся Тэргон. — Но вижу, вам действительно гораздо лучше.
— Очевидно, мне стоит за это вас поблагодарить, Тэргон, — сказал Лэйме. — За эту благословенную передышку.
 
— Очевидно, — фыркнул Тэргон. — Ваша благодарность была бы приятной неожиданностью, будь она искренней.
Он подошел к Лэйме, взял его за подбородок и прищурился, явно изучая ауру. Лэйме вцепился в держащую его руку, и на лице его появилось знакомое выражение — выражение человека, отчаянно пытающегося сохранить достоинство в невозможной ситуации. Раньше мне это казалось забавным — ну, что Лэйме вечно тратил все силы не на то. Пытался казаться и забывал или не умел быть. Ну, то есть, я не считаю, что глупо сохранять достоинство, но по Лэйме было видно, что он цеплялся за нечто внешнее, не имея твердости в главном. Слабость духа, короче, даже не описать другими словами.
Видимо, Тэргону это представлялось столь же нелепым, как и мне — он презрительно усмехнулся:
— Все упиваетесь своей спесью, Лэйме?
Лэйме зажмурился, не отвечая.
— Не надо, учитель, — сказал я, подаваясь вперед. — Не надо так.
Тэргон оглянулся на меня с легким удивлением и отпустил Лэйме. Внезапно! Не думал, что он ко мне прислушается. Наверное, из вежливости перед хозяином дома.
Лэйме, судорожно вздохнув, осел на диван и принялся перебирать кисточки и яркие украшения для яиц и шалашиков. В гостиную заглянул Ясси и, пугливо повертев головой, закатил забавную тележку-столик, уставленную чайными чашками и вазочками со сладостями. Где он откопал эту тележку? У меня в доме такой не было.
— Милашка, откуда эта штука?
— Мы с Лэйме сделали! — засиял Ясси. — Правда, красиво? И так удобно, когда гости!
— Очень красиво, — я обернулся к Тэргону: — Вот, учитель, это мой супруг, Ясси из рода Дартзих. Ясси, поприветствуй Тэргона тир Ллоссарх.
— Да воссияет звезда вашего Пламени, Тэргон тир Ллоссарх, — пролепетал Ясси, тараща глаза.
“Как Пламя не сворачивается от имени темного рода”, — прошептал Лэйме едва слышно, и мы с Тэргоном сделали вид, что не заметили этой выходки, а Ясси ахнул и зажал рот руками. Наверное, за Пламя испугался.
— Приятно наконец-то с вами познакомиться, Ясси, — сказал Тэргон, улыбаясь без своей обычной насмешки. — Младший муж моей супруги был от вас в полном восторге и даже умолял передать вам письмо.
— Тиони!? — обрадовался Ясси. — Ах, он такой милый и красивый, как же вам повезло иметь такого мужа… — тут он покраснел и ужасно смутился: — Я не в том смысле иметь…
Тэргон засмеялся, а я подавился пирожком, который неосмотрительно стянул с Яссиной тележки. Ясси принял из рук Тэргона раскрашенный сердечками, паучками, ленточками и птичками конвертик и заблестел глазами, прочитав его. А потом засуетился, усаживая “дорогого гостя”, убирая со стола, разливая всем чай и расставляя вазочки с закусками.
— Что же ваш слуга вам не поможет? — спросил Тэргон.
— Что вы, зачем же утруждать Лэйме глупостями, — сиял Ясси, полностью, по-видимому, освоившись в присутствии пламенного. — Да и посуду жалко…
Я заржал, а Лэйме вспыхнул до корней волос, не поднимая глаз. Тэргон же как ни в чем ни бывало продолжал (с искренним интересом) расспрашивать Ясси о яичках, картинках, котиках и цветах. Ясси радостно заливался и демонстрировал ему свои достижения, бегая за ними туда-сюда. Он даже похабный комикс показал! От которого Тэргон быстро отвел глаза и вежливо заметил “как впечатляюще”. А потом явно заставил себя смотреть. Я отвернулся, чувствуя, как горят у меня уши.
Ясси в очередной раз убежал, унося комикс. Я, чтобы не думать о продемонстрированных им непристойностях, открыл лежащий на столе труд “О полураспаде псевдожизни”.
Тэргон крутил в руках яичко с сияющей руной-накопителем, вплетенной во что-то сигнальное. Это забавное плетение издавало тихие мелодичные звуки, если провести по его граням пальцем.
— Магическая рунопись и плетения первого уровня, — сказал вдруг Тэргон. — Вы растите из малыша мага разума, Лэйме?
Я настороженно вскинулся.