Небесные всадницы (ЛП)

Эйми мысленно перебирала варианты. Она подумала о ране на своей руке. Будет ли этого достаточно, чтобы убедить Всадниц, что на неё напало предположительно вымершее существо? Она не была уверена. Джесс внимательно наблюдала за ней, склонив голову набок.
— А что, если я поведу их посмотреть на тело того, кого ты убила? — Эйми задумалась вслух. Но от него почти ничего не осталось. Они могли увидеть только старый полуразложившийся труп, и над ней бы посмеялись.
  
Ей в голову пришла идея. Она тут же отбросила её как невозможную, но идея прожужжала, как пчела, бьющаяся об оконное стекло, и была отброшена обратно в её мозг. Она задумалась. Несколько маленьких коготков страха царапнули её по животу.
— Но для этого нам понадобится помощь, — сказала она Джесс.
Она мысленно составила тот же короткий список Всадниц. Она действительно не могла прямо сейчас встретиться с Лиррией, а Дайренна была слишком далеко, чтобы помочь. С караваном были и другие Всадницы, но она даже не знала их имён. Она сделала мысленную пометку на будущее набраться храбрости и пойти представиться этим женщинам. Оставался только один человек.
— Хорошо, Натин, — сказала Эйми, вскакивая в седло. — На этот раз ты примешь моё перемирие.
Глава 30. Перемирие
Джесс и Эйми приземлились на мягкую траву на окраине лагеря. Фонарей теперь горело меньше, и Эйми предположила, что многие люди спят. Она спешилась и положила руку на седло Джесс. Её рука ныла весь обратный полёт, но, благодаря слюне Джесс, мучительная жгучая боль утихла. Они приземлились рядом со скалами, на которых Малгерус, Миднайт и Джесс отдыхали ранее. Миднайт уже ушла, и Эйми предположила, что это означает, что Лиррия стоит на страже. Она была рада, потому что на самом деле не могла вынести разговора с Лиррией; даже мысль о том, что она увидит её, вызывала у неё желание заплакать.
Эйми не хотела будить весь лагерь, пока не сможет предупредить их так, чтобы они ей поверили. Она подвела Джесс к тому месту, где Малгерус отдыхал на длинном низком камне. Когда они приблизились, он повернул голову, и блеск между его зубами показал Эйми, где он находится. То, что она собиралась сделать, было подло, но она улыбнулась в предвкушении.
Она послала Джесс команду, чтобы та набросилась на Малгеруса. Джесс заколебалась, склонив голову набок.
— Давай, — настаивала Эйми, пытаясь передать команду по их каналу связи с большей силой.
Джесс взъерошила перья и резко наклонила голову вперед. Её длинные челюсти щёлкнули прямо перед носом Малгеруса. Большой дракон встал на дыбы, зарычал и огрызнулся на Джесс. На мгновение Эйми подумала, не зашла ли она слишком далеко. Малгерус был намного больше Джесс и, казалось, заполнял собой всё небо, когда стоял на своей скале, распахнув огромные крылья и гневно раздувая перья. Джесс зашипела, но не отпрянула.
— Давай, — прошептала Эйми, надеясь, что её план сработает до того, как начнётся драка.
Два дракона настороженно наблюдали друг за другом, их шеи покачивались из стороны в сторону, как у змей.
— Что ты делаешь с моим драконом, уродина?
Эйми вздохнула с облегчением, когда ничего не услышала позади себя. Она надеялась, что противостояние с Малгерусом разбудит его Всадницу и вытащит её из постели. Натин появилась рядом с Эйми и ткнула её пальцем в грудь. Её волосы всё ещё были собраны в конский хвост, но растрепались после сна. Эйми была рада увидеть, что на ней тёплый плащ. Это означало, что она готова идти.
— Я вижу, ты нашла своего дракона, но зачем надо было утруждать себя возвращением? Я думала, мне больше никогда не придётся смотреть на твою пятнистую коровью морду, — Натин выглядела напряжённой, как будто ненависть сжимала её плечи. — О, и я слышала о твоей жалкой попытке поболтать с Фалберном. Ты бы видела, какое впечатление произвело на него твоё заикание. Даже Лиррия рассмеялась.
Эйми отвесила ей пощёчину. Натан пошатнулась от шока. Малгерус спрыгнул со своего камня, приземлился позади Натин и, защищая свою Всадницу, сложил крылья. Джесс опустила голову на плечо Эйми и зарычала на них. Эйми чувствовала, как близко она подвела их к насилию, но не сдавалась.
— С того дня, как я совершила восхождение, ты относилась ко мне как к человеку, в котором нет искры. Ты думаешь, что во мне меньше человеческого, чем в тебе, потому что половина моего лица бесцветна. Что ж, ты ошибаешься, Натин. Ты бы не стала Всадницей, если бы я не была рядом и не помогала тебе.
Натин открыла рот, чтобы возразить, но Эйми её опередила.
— Я спасла тебя на месте гнездования. Я могла бы позволить этим детёнышам съесть тебя и Малгеруса, но я этого не сделала. Тогда, после смерти Хайетты, я могла бы поднять Джесс в небо и оставить тебя внизу. Яра и Дайренна убили бы Малгеруса, а ты всё ещё была бы новобранцем, в то время как я была Небесной Всадницей. Но я взяла тебя с собой. Я заставила тебя лететь. Ты Всадница, потому что тебе помогла та уродина, над которым ты всегда издевалась.
В сиянии, исходящем из драконьих пастей, Эйми увидела, как ярость исказила лицо Натин. Однако, затравленный взгляд в её глазах подсказал Эйми, что Натин знает, что она говорит правду. Эйми сделала шаг вперёд и схватила Натин за руку. Она сняла перчатки, так что их кожа соприкоснулась.
— Я не заразна, и это моё лицо. Это не изменится, и, если тебе это не нравится, можешь пойти и засунуть голову в кучу драконьего навоза.
Наступила долгая пауза, в течение которой две девушки и их драконы смотрели друг на друга. Их совместное дыхание, драконье и человеческое, смешалось в воздухе между ними. Эйми осмелилась надеяться, что у неё всё получится, и открыла рот, чтобы сказать Натин, что им пора подружиться, когда Натин внезапно вырвала свою руку из руки Эйми. Она оттолкнула Эйми и пронеслась мимо неё. Малгерус последовал за ней. Эйми выругалась и побежала за ней, схватив Натин за руку и заставив её остановиться.
— За что ты меня так ненавидишь?
Натин резко обернулась, её лицо исказилось от ярости.
— Потому что мой отец не прикоснулся бы к тебе! — выпалила она.
Эйми в замешательстве отпустила руку Натин.
— Что? Я не понимаю.
Натин шокировала её, протянув руку и дотронувшись до бесцветной части лица Эйми. Лунного света было как раз достаточно, чтобы Эйми увидела непролитые слёзы в глазах Натин.
— Если бы я родилась с таким лицом, как у тебя, я была бы изгоем. Мой отец, возможно, и выгнал бы меня, но даже если бы он этого не сделал, он бы никогда не прикоснулся ко мне. Он бы не подумал, что я хорошенькая, и не заставил бы меня делать… такие вещи, — у неё потекли слёзы.
— О, Натин, прости меня, — Эйми шагнула к ней, но Натин оттолкнула её.
— Не обнимай меня, уродина, — сказала она, но тихим голосом и без обычной злобы. Малгерус присел на корточки, сложив крылья, разделяя боль своей Всадницы. Натин повернулась, чтобы уйти.
— Подожди, Натин, мне нужна твоя помощь, — быстро сказала Эйми. Она услышала, как Джесс взволнованно заёрзала у неё за спиной. — Вот почему я вернулась и вытащила тебя из постели. Мы должны пойти и захватить Воина Пустоты и привезти его сюда живым, чтобы показать другим Всадницам, что они вернулись. И, прежде чем ты скажешь мне, что их больше не существует, взгляни на это.
Закусив губу от боли, Эйми осторожно размотала шёлковый шарф со своей руки. Всё ещё сердитая, но в то же время заинтригованная, Натин подошла поближе, чтобы посмотреть. Серебристый лунный свет осветил свежий ожог на руке Эйми.
— Искры Кьелли, — выругалась Натин. — Похоже на отпечаток ладони.
  
— Так и есть, — сказала Эйми, осторожно перевязывая рану. — Воин Пустоты дотронулся до меня, и его рука прожгла мне куртку и рубашку. И кожу, — Эйми поморщилась. — Его рука была вся чёрная, но ещё и в трещинах, а внутри трещин горел огонь.
— Внутри руки? — недоверчиво переспросила Натин.
— Внутри всего него. После того, как Джесс откусила ему голову, весь огонь погас, и он съёжился. От него не осталось ничего, кроме скелета, обтянутого кожей. У него не было ни органов, ни крови, ничего.