Призрачные сердца (ЛП)

Я сделала хороший, долгий вдох; вдыхаю запах его только что проснувшейся кожи, мужского пота и просто… он опьянял. И успокаивал. Он прогонял тени моего ночного кошмара. И тень моего бывшего даже близко не видна за его широкими плечами.
— Спи, Фрейя, — хрипло произнес он и поцеловал меня в лоб.
Это должно было бы показаться странным после нашей горячей встречи в ванной, но вместо этого это кажется правильным.
Я увязла по уши.
Глава четырнадцатая
ФРЕЙЯ
Я проснулась от самого глубокого сна, который у меня был за долгое время, и ощущала почти ошеломляющее тепло, окружающее меня. Моя голова лежала на твердом бицепсе, а тяжелая рука покоилась на моем бедре.
Мой зад прижат к переду Алекса (даже едва проснувшись, я знала, что это Алекс, мужчина, которого я знала всего несколько коротких дней). Питон тоже присутствовал, и, судя по ощущениям, он был бы не прочь пробраться внутрь. Не то чтобы я была бы против и этого. Поэтому я прижалась к нему задницей, и Алекс застонал. Рука на моем бедре впилась в мою плоть и удержала меня неподвижно.
— Не двигайся, женщина, — его голос сонный, и я практически растаяла. Я прижимаюсь к нему задницей. — Я сказал, не двигайся.
Вопреки своим словам, он толкнулся в меня тазом и застонал громче.
— Злая, злая женщина.
Он оттолкнулся от меня и перевернулся на живот. Зарываясь лицом в подушку, он проворчал.
— Такая злая.
Я почувствовала себя возрожденной Афродитой, заставляющей такого мужчину, как Алекс, страдать от желания. Это то, от чего он страдал, верно? Я закрыла глаза и пыталась вспомнить, что сейчас не самое подходящее время для того, чтобы мы были вместе в любом смысле. Не тогда, когда я все еще оглядывалась через плечо в поисках своего бывшего или когда он все еще ходячая самодельная бомба с коротким запалом. Мы оба должны справиться со своими проблемами самостоятельно, и только тогда мы сможем двигаться дальше по жизни. Я это знала. Он это знал.
Но я смотрела на мужчину, лежащего рядом со мной, и жалела, что мы не могли просыпаться вот так каждое утро. Как нормальная пара. Я знала, что мы никогда не станем парой или вообще нормальной парой, и это чистая фантазия, но есть что-то прекрасное в том, чтобы иметь мечту быть счастливой и довольной с единственным человеком, который всегда о тебе заботится. Это то, чего я хочу. Я хочу защитника, но не охранника. Я хочу страховочную сетку, но не супергероя. Мне нужен кто-то, кого я могла бы назвать домом, кто не пытался бы контролировать каждый аспект моей жизни. Мне нужен друг.
Я снова посмотрела на Алекса и улыбнулась. На нем все еще только клетчатые пижамные штаны, в которых он был прошлой ночью, и я счастлива, что ему комфортно рядом со мной и он не пытался скрыть свои шрамы.
Он перекатился на спину и натянул одеяло на колени. Он мало что скрыл, но дал некоторый комфорт из-за тяжелого одеяла, утяжеляющего его питона. Комфорт для нас обоих, я полагаю. Это немного отвлекало. У меня вырвался невольный смешок, и я расширила глаза. Обычно я не из тех, кто хихикал. Глаза Алекса вспыхнули.
— Ты смеешься над моими страданиями?
— Ты мне отказал, помнишь? — напомнила я ему, поддразнивая. — Ты не был бы так несчастен, если бы позволил мне помочь тебе.
Он прищурился, глядя на меня, и закрыл лицо рукой.
— Да, но ты заставляешь меня сожалеть обо всем, — пробормотал он, и я думаю, мы оба удивлены, что это слетело с его губ. Он прочистил горло и перекатился на бок, приподнимаясь на локте. — Нам нужно пойти дать показания. Тебе следовало рассказать мне о нем в первый день, чтобы мы могли лучше защитить тебя, — он серьезно посмотрел мне в глаза. — Я не позволю ему снова причинить тебе боль, Фрейя. Я обещаю тебе это.
— Я знаю, — прошептала я, и каким-то образом я знала.
— Кен — мудак, но это его работа, и он хороший парень. Он не поставил бы тебя в неловкое положение.
 
— Это не то, о чем я беспокоюсь.
— Тогда что же это такое?
— Это просто…
Я оборвала себя, тщательно обдумывая, что сказать дальше.
— Просто что?
Он наклонился ближе, и одеяло сползло ниже, обнажая его вспоротый живот. Мой взгляд опустился, и я отвлеклась.
— Фрейя, — осторожно произнес он с улыбкой в голосе.
— Верно, — я прочистила горло, снова поднимая взгляд. — Я просто не хочу проходить через все это, — я вздохнула. — Еще раз.
Его лицо окаменело.
— Сколько раз ты уже проделывала это?
— Один раз.
Я с трудом узнала собственный голос.
— Или два.
— Сколько раз он тебя бил? — его голос сорвался на рычание.
— Сейчас это не имеет значения.
Его челюсть двигалась, и он схватил меня за руку, притягивая к себе. Это должно было быть объятием, но в итоге я упала и приземлилась на него сверху. Я села верхом на его бедра, мои руки обвились вокруг его шеи, а его лицо оказалось в изгибе моей шеи.
— Черт, — пробормотал он. — Это была действительно плохая идея.
Чтобы доказать, что он прав, я покачнула бедрами, пытаясь добиться хоть какого-то трения между моих бедер, уже подготовленная и готовая к нему. Оказывается, чтобы подготовиться к встрече с Алексом, мне просто нужно быть рядом с ним.
Я слегка поцарапала его шею зубами, и он что-то грубо пробормотал себе под нос, крепче прижимая меня к себе. Я выдохнула, щекоча ухо Алекса, и он издал свое восхитительное рычание, и вот так просто я под кайфом. Он медленно снял с меня топ, его пристальный взгляд жадно изучал меня, и я ничего так не хотела, как почувствовать его губы на себе.
— К черту это.
Он двигался быстро, так что в мгновение ока оказался на мне, его глаза голодны, а дыхание прерывистое. Его взгляд опустился на мои губы, и он облизнул свои.
— Скажи мне, если захочешь остановиться.
Я не могла говорить из-за горящего в животе предвкушения, поэтому просто кивнула.
Он встал на колени и стянул мои брюки с бедер, проводя мозолистыми кончиками пальцев по чувствительной коже моего живота. Его глаза сосредоточены на моих, наблюдая за моей реакцией. Он просунул руку в мои трусики, и его средний палец немедленно нашел свою цель, заставляя меня выгнуться на кровати со стоном одобрения. Алекс прижал свое лицо, и я ждала поцелуя. Я надеялась на поцелуй, но он не исполнил мое желание. Он продолжал описывать пальцем маленькие круги, оставаясь вне досягаемости рта. Его голова опустилась, чтобы взять мой сосок в рот, и я вскрикнула от интенсивности его талантливых губ.
Алекс прижался своим лбом к моему и держал глаза открытыми. Я больше не могла делать то же самое со своими, поэтому закрыла их и издала смущающий стон, все время впиваясь ногтями в его плечи. Под своей рукой я чувствовала его шрамы, тугие и кровоточащие. Он попытался отстраниться, но я держала крепко. Возможно, он думал, что они отталкивали меня, но все наоборот. Так или иначе, они делали это больше ― его доверие ко мне и способность обнажать свое тело, когда кажется, что он прятался от остального мира. Это заставило меня чувствовать себя странно особенной, и мои чувства усилились от прикосновения его пальцев ко мне во всех нужных местах.
Его толстый палец двигался и скользил внутри меня.
— Ты такая влажная. И такая горячая, — хрипло произнес он, и я снова облизнула губы, потому что его лицо прямо здесь.
Так близко. Всего одно движение в сторону. Но он не поцеловал меня. Вместо этого он двигал средним пальцем туда-сюда и прижал большой палец к маленькому бугорку нервов. Ощущение конца так близко, просто в пределах досягаемости, и я прижалась своим тазом к его прикосновениям, пытаясь немного ускорить это, потому что я больше не могла этого выносить.
— Такая жадная, — прошептал он, и я, черт возьми, точно не могла дождаться, поэтому взяла его лицо в ладони и притянула ближе. Или прижалась ближе сама.