Призрачные сердца (ЛП)

Он проиграл битву и сдался первым. Ха. Я выиграла.
— Где ты остановилась?
— У Джастина.
— Какого хрена?
О, мне нравилась такая реакция. Он не выглядел счастливым, а это означало, что напряжение и неоспоримое влечение, которые я чувствовала все это время, не были односторонними.
— Ты остановилась у него дома?
— Да, — я пожала плечами. — Мне больше некуда идти, и ты бросил меня к его ногам. Почему ты сейчас такой раздражительный? Я переночую в дополнительной комнате этого парня. Подумаешь.
— Да пошло оно, — огрызнулся он, его челюсть напряжена. — Садись в машину.
Он подошел к пассажирскому сиденью и открыл дверь. Я стояла на том же месте, где он меня оставил, выведенная из равновесия его неожиданной яростью.
— Садись в гребаную машину, Фрейя, — повторил он низким рычанием.
— Почему? — его поведение начало меня раздражать.
Все это вызывающее поведение, когда он впускал меня в свой дом, потом выгонял из него, потом впускал, потом снова выгонял, не укладывалось у меня в голове.
— Значит, мы можем съездить туда, забрать твои вещи и уехать, — проворчал он, потому что не знал, как говорить по-нормальному, по-человечески.
— Куда уехать?
— Ко мне домой.
— Ты, блядь, издеваешься надо мной?
Мне даже все равно, услышал бы меня кто-нибудь или нет, и я уверена, что к вечеру все будут знать, что я набросилась на героя войны — такого же недооцененного ими, как и им самим, — и побег от моего жестокого бывшего мгновенно стал бы наименьшей из моих проблем.
— Ты просто выгнал меня сегодня утром, а теперь хочешь, чтобы я вернулась?
— Да, — это все, что он ответил.
— Это был не вопрос! Это было риторическое утверждение, чтобы я могла указать, насколько это чертовски абсурдно!
Я уверена, что сейчас у меня из ушей шел пар.
— Я никуда с тобой не пойду, — заявила я, скрещивая руки на груди.
— Садись. В. Машину, — зарычал он, его слова едва слышны.
И, наверное, это очень плохая идея — тыкать пальцем в человека, который признал себя жестоким, но, похоже, я ничего не могла с собой поделать. Итак, я подошла к тому месту, где он стоял, и оказалась совсем близко к нему, прямо в его пространстве. Между нами всего пара дюймов, и я зашипела ему в лицо:
— Нет.
Его ноздри раздулись, дыхание стало коротким, неглубоким и неровным. Он схватился за открытую дверь с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Его губы превратились в одну тонкую линию. Он выглядел пугающим, очень пугающим, но почему-то я его не боялась. Совсем нет. Господи, мои инстинкты самосохранения, должно быть, дерьмовые. Бог знает, что это так.
— Садись в машину, Фрейя.
Он едва мог сдерживаться, и теперь я поверила, что у него проблемы с гневом. Серьезные. В противном случае нет никакого объяснения, почему он разогнался с нуля до сотни за полминуты из-за того, что я упомянула, где я остановилась.
— Ты сейчас не в себе, — честно сказала я ему. — И я не собираюсь ехать с тобой в одной машине, когда ты в таком состоянии.
Я сделала неуверенный шаг назад, и он сделал такой же шаг вперед, как будто мы вместе танцевали вальс на улице.
— Это именно то, какой я, — он саркастически развел руками. — Именно такой, как ты хотела, настоящий я. Я предупреждал тебя держаться подальше, но ты просто не слушала, не так ли? И теперь ты не оставляешь мне выбора, кроме как вмешаться.
Его глаза сосредоточены на моем лице, и, возможно, сейчас я немного напугана. Совсем чуть-чуть. Я уже бывала в этом месте раньше, когда позволила мужчине напугать меня, и я поклялась себе никогда туда не возвращаться. И все же я здесь.
— Я передумала, — я сделала еще один шаг назад. — Я уеду из этого города, когда моя машина будет готова, и ты больше никогда обо мне не услышишь.
Я сделала еще один шаг, и он, должно быть, увидел в моем лице что-то такое, чего не видел раньше, потому что все его поведение изменилось. Он опустил свои устрашающе демонстративные руки и отошел к грузовику.
— Мне жаль. Мне жаль, Фрейя, — прошептал он и зашагал к водительскому сиденью.
 
В следующее мгновение он унесся с места преступления, с места разговора. Я проглотила очередной комок в горле вместе с горькими воспоминаниями, которые всплыли после этого общения. Я сделала несколько глубоких, продолжительных вдохов, и когда почувствовала себя ближе к нормальному состоянию, я, наконец, заметила, что у нас была аудитория. По меньшей мере дюжина человек прекратили все, что они делали, чтобы вместо этого понаблюдать за нашим взаимодействием.
Да, мой бывший — наименьшая из моих проблем прямо сейчас, учитывая осуждающие лица вокруг.
Я плотнее затянула шарф и возобновила прерванное путешествие обратно к Джастину.
Глава Девятая
ФРЕЙЯ
Когда я открыла дверь в квартиру Джастина, то испустила вопль, потому что там кто-то был, и я никого не ожидала, учитывая, что Джастин, вероятно, вышел из строя еще на много часов.
— Видимо, меня назначили няней, — сказал Джейк вместо приветствия с потертого стула, на котором он сидел, говоря с набитым чипсами ртом, даже когда потянулся за другим в открытом пакете на стойке.
Я свирепо посмотрела на него.
— Это лучшее, что ты можешь придумать, когда я кричу о кровавом убийстве?
Он просто пожал плечами и с громким хрустом отправил в рот еще один чипс.
— И кто поручил тебе эту — обязанность?
— Джастин звонил раньше, сказал, что ты придешь. Он знал, что вот-вот выключиться, поэтому позвонил мне, чтобы я присмотрел за тобой, пока его не будет, — он глубоко вздохнул. — Я понял, что от тебя одни неприятности, как только увидел тебя на той парковке.
Не знал, что я приду, задница. Придурок Джастин! Значит, Алекс сказал ему, что я уже в пути, а он просто прикидывался дурачком.
— Да, я часто это слышу. Приготовься.
Я бросила ему куртку, которая недавно висела на спинке дивана, так что я предположила, что она его.
— К чему? — его голос не звучал взволнованно.
Я получила извращенное удовольствие, щебеча:
— Мы идем за покупками.
Я улыбнулась, когда услышала болезненный стон.
Джейку потребовался час — целый час! — чтобы подготовиться. Что за чертова дива! И это учитывая, что он уже был одет! Ему нужно было — отлить, потом ему захотелось кофе, потом его кофе был недостаточно горячим, потом недостаточно прохладным, и по прошествии целого часа я сдалась и оставила его там.
— Куда ты идешь? — он закричал мне вслед.
Я не дала ему словесного ответа, просто показала средний палец, повернулась и пошла по тротуару.
Я увидела небольшой продуктовый магазин в полумиле вниз по улице, поэтому направилась в том направлении. Джейк бросился к машине и повозился с ключами. Зачем ему машина, когда мы могли просто дойти пешком пять минут и быть на месте?
Я проскользнула в продуктовый магазин и быстро прошла в его заднюю часть, подальше от гигантского окна, выходящего на улицу. Пожилая леди пыталась дотянуться до бутылки с молоком, которая стояла слишком высоко, поэтому я подошла с дружелюбной улыбкой и взяла ее для нее. Возможно, я — в буквальном смысле — скрывалась от полицейского, но мне нужно восстановить свои хорошие очки кармы.
— Вы кажетесь мне знакомой, — сказала пожилая леди, щурясь сквозь очки. — Я вас знаю?
— Нет, я не местная. Я всего лишь проездом.
Кажется, она мне не поверила.
— Ты встречалась с моим сыном?
Я хихикнула.
— Нет, мэм, совершенно уверена, что нет. Я просто проезжала мимо…
— Он примерно твоего роста. У него каштановые волосы…
За ее спиной раздался другой голос.
— Вообще-то, седые волосы, Нонна.
Я обернулась и увидела мужчину примерно моего возраста с искрящимися голубыми глазами и традиционно красивым лицом. Там, где Алекс суров и выглядел так, будто мог сразиться с медведем руками, этот парень выглядел так, словно выиграл бы любые офисные дебаты, одетый в костюм и щелкающий ручкой.