"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— Больно очень, — скривился Элиас.
— Ты же герой, — улыбнулся Фредерик и взял гвардейца за здоровую руку. — Ты все выдержишь. Меня спас, медведей гору уложил.
— Выдержу... все, — кивнул юноша. — Ты прости... ту затрещину. Ты ведь тогда подставился, я видел... Глупо я сделал.
— Это я глупо сделал, — покачал головой Фредерик. — И твою затрещину заслужил. Так что забудь. Главное — ты жив. Мы скоро поедем домой. И с Мартой все у тебя будет хорошо. Такой герой, как ты, заслуживает любви всех дам Королевства.
— Нет, — опять скривился Элиас. — Ты ведь не знаешь, что я знаю.
— Что же?
— Она тебя любит. И все время любила. И не переставала ни на миг... Она старалась, правда, старалась любить меня. Я это видел, я ведь не дурак... Но ты очень уж глубоко запал ей в сердце. И себя ей не обмануть.
— Глупости, Элиас. Тебе где-то что-то показалось, — пытался успокоить разволновавшегося юношу Фредерик.
— Да нет же! — Тут Элиас, приподнявшись, ухватил его за куртку. — Слушай!
Он коротко как мог рассказал о том, что заставило его уехать из Королевства.
— Я ничего ей тогда не сказал. Будто ничего и не было. Марта даже не знает, что я это слышал, — добавил в конце Элиас. — Я просто пошел к Линару и предложил ему отправиться искать тебя. Он сам мне много раз зудел об этом, потому сразу согласился... В тот же день мы и уехали из Белого города... А нашли тебя легко — все Снежное графство трезвонит о южанине на сером коне...
Тут Фредерик остановил его, видя, что глаза Элиаса уже лихорадочно поблескивают, а на лице вспыхивает нездоровый румянец.
— Ляг. Тебе нужен покой. И что-нибудь от горячки. — Король обернулся, намереваясь позвать Линара.
— Марта говорила: ты спас ее, — вновь схватил Фредерика за куртку юноша.
— Да. — Молодой человек заставил гвардейца лечь. — Я расскажу, только не дергайся лишний раз.
Он расстегнул пояс, снял куртку — было жарко сидеть у огня.
— Три года назад вроде, — начал Фредерик, расшнуровывая сапоги: их надо было просушить. — Марта родом не из нашего Королевства. Ее привезли откуда-то с юга по Лесному морю, чтоб продать в публичный дом, дорого продать... И продали. Морили голодом, держали в подвале, чтоб заставить подчиняться — она ведь не хотела становиться шлюхой... Этот дом был в одном из городов моего округа. А я терпеть не могу, когда торгуют девушками и наживаются на их красоте. — Фредерик сердито дернул шнуровку.
Элиас кивнул:
— Как и в случае с леди Роксаной.
— Она тебе рассказала? — Король покачал головой, пробормотал: — Что ж ей дома-то не сидится... Да, я же не закончил... Хозяева притона сполна заплатили за свою предприимчивость... Нас было трое: я и два моих воина. Мы под видом захмелевших богатеев, жаждущих развлечений с девочками, договорились с одной сводней, и она провела нас в дом. Ну потом все зависело от нашего оружия да крепких кулаков... Хотя особой заварухи не было. Ты же знаешь мои методы ведения боя. — Фредерик усмехнулся.
— Ну да, — кивнул Элиас, — скорость и точность в каждом ударе.
— Вот-вот. От них многое зависит. — Король вытянул разутые ноги в сторону костра. — А потом, когда мы спутали веревками хозяев и их прислугу, я спустился в подвал дома... Бедная Марта. Ее долго держали на хлебе и воде, без света и тепла. А она не сдалась... Я вынес ее наверх: идти она не могла, была в каком-то забытьи. Может, и умереть была готова... Когда Марта очнулась, я подумал, что она повредилась умом. Она плакала, не переставая, и цеплялась за меня, не отпускала. И постоянно смотрела мне в глаза. — Фредерик смолк — его невольно захватили воспоминания. — Так смотрела, что я почувствовал: если отпущу ее, оттолкну от себя, ей конец. — Он вдруг вспомнил еще одни глаза — зеленые, полные смертной тоски, глаза, которые так не хотели умирать и смотрели на него, и кричали «Помоги! Спаси!». — Боже, — стиснул руками голову, зажмурил глаза. — Боже...
— Так я и знала! — раздался деловитый голос Орни.
Фредерик, все еще пребывая в своих мыслях, не сообразил сперва, что может произойти, и девушке за эти мгновения удалось промокнуть ссадины на его виске.
Он взвыл и едва не посыпал проклятиями. И от боли, и оттого что его так бесцеремонно вырвали из самого сокровенного... Опять сдержало, что был в храме.
— Ты что себе позволяешь?!
— Лечу ваши раны, — не моргнув глазом ответила она.
— Ты! Ты! — Фредерик не находил слов, чтоб выплеснуть свой гнев; но тут обнаружил, что все в пещере смотрят на него, так внезапно взорвавшегося. — Какие мои раны?! Царапины? — Он ухватил девушку за локоть, оттащил в сторону, зашипел на ухо, кивнув на Элиаса: — Ты его чуть не угробила, вот и сделай теперь так, чтоб с ним все было в порядке!
— Нет уж, — подковылял к ним мастер Линар. — Нашего гвардейца я ей больше не доверю.
— Да он вроде во мне и не нуждается. Да и в вас тоже, — уколола Орни.
Фредерик и Линар недоуменно переглянулись и поспешили обернуться к Элиасу. А тот пребывал в блаженстве: рядом уже сидела прекрасная леди Роксана и поила его травяным настоем.
— Понятно, — в один голос протянули Король и доктор.
16
— Очень больно? — участливо спросила Роксана, заметив, как сморщился Элиас, когда она поправила у него под головой подушку.
— Да так. Ерунда, — браво отвечал гвардеец.
— Я так боялась, когда вы пошли к этим чудовищам. Мы слышали все эти крики, этот звериный рев. Ох, как было ужасно! — В глазах девушки блеснули слезы. — Мы все молились, чтоб вы победили. И я тоже. Я за вас молилась, — вполголоса призналась она и положила свою узкую руку на широкую ладонь Элиаса.
— А я думал лишь о том, что не имею права проиграть в этом бою, — одновременно краснея и улыбаясь, отвечал юноша.
— И не боялись умереть?
— Боялся, — шепотом ответил Элиас. — Очень боялся, что никогда больше не увижу вашего лица.
Роксана, улыбаясь своим мыслям, вдруг коснулась пальцами его небритой щеки. Легко и осторожно... Но этого хватило, чтоб у юноши вырвалось чуть слышное «я люблю вас».
Элиас не знал, что же толкнуло его — просто взять и сказать такие слова. Может, подступавшая лихорадка была виновата, может, еще что. Только они прозвучали очень просто и главное — искренне.
Девушка сидела все так же, чуть улыбаясь, и ничего не отвечала. Лишь в глазах ее что-то мерцало.
— Я понимаю, — вздохнул Элиас, по-своему расценив ее молчание. — Простите... У вас жених...
— Я его не люблю. А он, должно быть, не любит меня, — пожала плечами Роксана. — Я видела своего жениха лишь один раз. Но его интересовали больше земли моего отца...
— Вас нельзя не любить, — ответил Элиас. — А на приданое я бы наплевал.
На это Роксана вновь смущенно промолчала, потом тягуче посмотрела юноше в глаза:
— Вы это вправду?
— И от всего сердца. Не стану я врать, как Роман...
— Наверное, не надо было вам эту историю рассказывать. — Девушка недовольно дернула губами. — Про Романа я хочу скорее забыть.
Она много чего рассказала Элиасу о своих похождениях за время пути к Полночному храму. Гвардеец бурно возмущался, узнав о корыстных планах Романа и его отца, а повествование о том, как Фредерик взял девушку под свою защиту, немного обеспокоили его. Он то и дело отмечал, какое выражение на лице у Роксаны вызывают разговоры о Фредерике. Элиаса, надо сказать, уже сильно волновало то, что те девушки, которые ему нравятся, так или иначе связаны с Фредериком. «Заколдованный круг какой-то», — с досадой думал гвардеец. Но с Роксаной, похоже, не совсем так... Вот и теперь она сидела рядом, касалась его руки, его щеки, и вид у нее был даже счастливый.
— Ваши слова... Они много для меня значат, — несмело заговорила Роксана. — Очень много. И если бы можно было... — Она сильно сжала его руку. — Вы меня понимаете?
— Выходите за меня замуж, — вдруг кивнул Элиас, отбросив все условности и обычаи.