"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— На пасть печать не ставится. Эта область невосприимчива к магии. Поэтому всякие драконоборцы часто бьют именно туда. Но на этот случай у тебя есть зубы. Так… что мы еще забыли?
— «Аварийный сброс хвоста», — пробормотал я, вспомнив покойного белого змея.
Стало быть, Лорд в Маске тоже рисовал ему защитные печати. Не больно-то они ему помогли…
— Или сделать еще парочку знаков на ладонях?
— Нечестно! Мне-то всего одну поставил, — донесся из-под деревьев обиженный голос Ники.
Валенок тоже что-то вякнул. Кажется, снова про гвозди.
— Ладно, хватит, — Грег опустил кисточку. — Пока не будем. Слишком много печатей одновременно истощат твою нервную систему…
— Ну как, всё? — спросил я. — Курить хочется!
Прошло уже минут сорок. Я устал стоять неподвижно, но боялся пошевелиться, чтобы не смазать рисунок.
— Почти, — сказал Грег. — На самом деле, печатей огромное множество, но остальные необязательны. Их ставят в разное время, учитывая стихию, стиль боя и многие другие обстоятельства. Печатями усиливают или компенсируют те свойства, которых не хватает от природы…
— А ты можешь поставить мне такую печать, чтобы я перестал бояться летать? — загорелся я.
— Такой печати нет, — огорчил меня Грег. — А сейчас замолчи. Осталась одна печать, самая главная.
Он подошел ко мне вплотную.
— Печать на лоб. Защита глаз и всего, что связано с управлением сознанием. Ключ к твоему разуму и воле.
— Печать интеллекта, — хмыкнул из-под сосны Валенок.
— Валенок, заглохни. А ты, Алекс, замри.
Я закрыл глаза и застыл, чувствуя, как кисточка касается кожи между бровей. В какой-то миг мне показалось, что она проникает внутрь головы и рисует прямо на поверхности мозга. Это было такое неприятное ощущение, что я едва не отдернул голову, но в последний миг удержался.
— Все, — объявил Грег и отступил, любуясь своей работой. — Эй, не трогай! Постой еще минут пять. Пусть подсохнет.
Я снова застыл. Грег сел на землю и отпил из фляжки. Я заметил, что пальцы у него слегка дрожат, и понял, что он устал ничуть не меньше моего.
— А почему у вас не видно этих печатей? — пришло мне в голову.
— Они неактивны. Хочешь посмотреть?
— Еще как!
Грег запрокинул голову, выцеживая дистиллят до последней капли. Потом он встал, скинул куртку и футболку и картинно развел руки в стороны.
— Ого! — выдохнул я, глядя, как на его поджаром торсе проступают светящиеся узоры. Их было невероятное множество. Шея, грудь, спина, руки, лицо… такое количество татуировок я видел разве что в журнале «Мир путешествий», у вождей маори. Правда, светились только некоторые из них. Особенно те, что на руках, — они просто пылали! Они начинались от самых пальцев, на тыльных сторонах ладоней, и оплетали запястья до локтей. Казалось, его руки — в ажурных кольчужных перчатках, раскаленных добела. Узор я на этот раз рассмотрел: точно, мечи в орнаменте из трав.
— Почему мне таких не поставил? — спросил я с завистью.
— Зачем тебе? — устало произнес Грег. — Это атакующая магия. Тебе я ставил только защиту.
— A у ребят что?
— Посмотри.
— Но раздеваться мы не будем, и не надейся! — добавил Валенок.
Я повернулся влево и увидел, что печати Валенка и Ники тоже светятся. У Ники на лбу стоял крупный, тщательно выписанный знак — распахнувший крылья дракон. Только у нее одной из всех нас. Мне это показалось странным.
— Он закрепляет ее драконий облик, — объяснил Грег.
— А что, были проблемы с превращением?
— Были, — лаконично ответила она.
У Валенка, насколько я мог судить, тоже оказалось множество печатей-доспехов. Правда, под одеждой их было толком не рассмотреть. Пол-лица закрывала необычная сплошная печать, которую я уже видел. Она напоминала зигзаг молнии и превращала его физиономию в нечто вообще невообразимое.
— Ух ты, что это?
— Классический Шлем Ужаса, — сказал Грег.
— С гвоздями, — мрачно добавил Валенок.
— Где-то я уже слышал это название…
— Это древняя кельтская магия. Довольно широко известная.
— Так ты не сам выдумываешь печати, а берешь готовые?
Грег пожал плечами.
— Иногда. Почему бы нет, если они работают? Твои печати, Алекс, пока не очень сильные. Их эффективность будет постепенно нарастать. Но самое главное значение этих печатей — в самом факте их наличия. Это значит, что ты не одиночка и что в случае твоей гибели за тебя будет кому отомстить.
— Спасибо, утешил, — буркнул я.
Грег наклонился, поднял лежащий на траве миниатюрный меч и рассек им огненный круг. В тот же миг все светящиеся линии, все наши печати, все знаки и цветы погасли. Остались только догорающий костер и темнота вокруг. Мне вдруг стало зябко и неловко стоять голым на всеобщем обозрении.
— Собирайте инвентарь, — приказал Грег. — Гасите костер. Ритуал окончен.
Валенок и Ники принялись упаковывать в рюкзак коробки и склянки. Я быстро направился к развешанной на кустах одежде. Конечно, она была еще насквозь сырая.
— Ну и холод! — воскликнула Ники, будто только сейчас это заметив.
— Ничего, ветер попутный, через полчаса будем дома, — подбодрил ее Валенок. — Чаю выпьем горяченького, эх!
«А меня тут бросите?!» — чуть не взвыл я, представляя, как до утра буду болтаться по лесу, ожидая первой электрички. Но, похоже, именно это меня и ожидало.
— Ты не объяснишь, как активировать печати? — попросил я Грега злобным голосом, кое-как натянув на себя влажную одежду.
— Проще некуда — усилием воли, собственным пламенем. А в бою они активируются сами…
Не дослушав, я ушел на берег, наклонился над водой и приказал печати: «Зажгись!»
Это в самом деле оказалось совсем несложно. Через пару мгновений в воде появилось отражение светящегося знака. Меня аж в жар бросило. На лбу сиял восьмилистник. Счастливый цветок клевера с четырьмя сдвоенными лепестками.
— Что это такое? — Я обернулся к Грегу, который неслышно подошел и встал рядом со мной. — Почему именно он?
Синевато-фиолетовый свет пульсировал, то разгораясь, то почти угасая. Я не мог отвести от него взгляда…
— Это цветок папоротника, — сказал наш лорд. — Он защищает независимо от твоей собственной стихии и усиливает твои природные данные. И, как ты выразился, указывает на клады.
— Клад — это я? — спросил я с сарказмом, представляя, как они сейчас отправятся домой, а я останусь на этом острове минимум до утра, и никому не будет до этого дела — не можешь летать, твои проблемы…
— Грег, можно спросить? — вмешалась Ники. — Почему ты поставил Лешке печать всех четырех стихий?
— Чтобы защита была надежнее. И чтобы никто не догадался.
— О чем?
И тут догадался я. Мое недовольство как рукой сняло.
— Грег! Ты понял, какой я дракон, да? Какого я вида?!
Грег кивнул.
— И какой?
— Лучше об этом пока никому не знать. Даже тебе.
Глава 12
ЛЕТИМ ВЫСОКО
Обратный путь из леса на первой электричке был последней каплей.
Полдороги я продремал, скрючившись на жесткой лавке, а оставшееся время усиленно вспоминал то роковое падение с клена. Неужели, если я вспомню забытый кусок, страх высоты сразу пройдет? Но, как назло, ничего не вспоминалось. Вот мы с Кирей увлеченно лезем на дерево, потом пробел, а дальше меня уже тащат на руках какие-то посторонние люди. До того — только мелькание в глазах (это я, видимо, уже летел вниз). Кажется, я вспомнил и момент встречи с землей — почему-то совершенно беззвучный и безболезненный. А перед этим Киря что-то крикнул…
«Смотри!»
Я вскинул клонящуюся на грудь голову, открыл глаза и уставился в окно электрички. Снаружи уже тянулись знакомые новостройки — мы подъезжали.
Куда смотри? На что? Смотри, куда ногу ставишь?
Откуда это вылезло, вообще?
Больше ничего восстановить в памяти не удалось, только голова заболела, да разыгралась злость против Грега. Тем не менее вечером я позвонил ему и заявил, что готов к воздушной тренировке.