"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Филиппо лениво разлепил глаза.
– Ваше величество, на территории дворца обнаружили тело пожилой женщины. Убитой…
– При чем тут я?
– Ваше величество, мне нет прощения. Я счел необходимым лично доложить… по уставу.
А что тут скажешь? Если б я твоему отцу такое не доложил, меня бы выгнали с волчьей грамотой? За ворота и на все четыре стороны? Это тебя, кроме сисек твоей любовницы, ничего не интересует…
– Разберитесь, кто это такая, и все выясните, – отмахнулся Филиппо.
Он только-только уснул после бурного марафона, и его будят! Ни совести у людей, ни сострадания… А это еще что?
Но слуга выглядел очень решительно. Даже и рявкнуть не захотелось.
– Ваше величество. Дан Виталис приказал сообщить, ее величество рожает.
Определенно, все сговорились. Почему, ну почему нельзя дать выспаться несчастному королю?!
А может…
Филиппо вздохнул и полез из-под одеяла. Ческа недовольно зашевелилась, и он чмокнул любимую в плечико.
– Спи, прелесть моя.
У нее есть такая возможность. А у него нет. Надо идти… по старой традиции, пока ее величество производит наследника на свет, его величество должен находиться в соседней комнате и ожидать вестей. Вместе с приближенными. Самыми-самыми…
Этим он показывает, что королева носит его ребенка. Ох уж эти традиции… рожай там Ческа, он бы места себе не находил. А так…
Ладно. У него просто нет выбора.
* * *Адриенна орала от боли.
Боль накатывала, разрывала внутренности, изматывала, лишала самоконтроля и сил…
Не успевала она отойти от одного приступа, как начинался второй, третий, четвертый, они накатывали неритмичными волнами, становились все интенсивнее…
И не получалось сохранять достоинство.
И держаться не получалось. Только кричать от боли и ужаса. Только это…
Филиппо мрачно напивался в соседней комнате. Какая ж гадость эти ваши роды! Вот как прикажете расслабиться, когда в соседней комнате ТАК орут? Только кубок наполнил – опять заорала! Едва вино не разлил!
Она что, сдержаться не может?
Не понимает, что королева должна проявлять достоинство?! Все бабы рожают, у них такая расплата за первородный грех! Только кто-то и в канаве рожает, и на соломе, а этой чего возмущаться?
В кровати, в уюте, между прочим, с лучшим лекарем, который только есть в Эрвлине…
Ну вот, опять орет!
И ведь к Франческе не пойдешь… как же это все неудобно и неприятно! Отвратительно просто! Что только королю не приходится терпеть…
И Филиппо налил себе еще вина. Быстрее бы все это закончилось… проклятые традиции! Тьфу!
* * *Лоренцо вцепился пальцами в камни стены. Изо всех сил вцепился, чтобы не нажать на рычаг потайной двери.
Адриенна, его Риен…
Его девочка рожает за этой дверью, а он… он ничего не может сделать! Даже быть рядом с ней не может! Что ж это такое?!
– Надо разобраться с трупом…
– Да, да, конечно…
– Надо идти.
– Да, да…
Иларио крепко встряхнул Лоренцо за плечи.
– Соберись! Ты ей тут ничем не поможешь!
– Знаю, – собрался с мыслями Лоренцо. – Но не уйду.
– А труп?
– Пропадом он пропади! – от всей души пожелал мужчина. – Ей плохо, а я буду где-то там? Не могу! Понимаешь, не могу я так!!!
– И что от тебя здесь толку?!
– Она знает, что я рядом, – уверенно сказал Лоренцо. И был прав. Адриенна действительно его чувствовала. Была уверена, что Энцо – вот он, только руку протяни, и это придавало ей сил.
Ее любимый.
Филиппо? О короле она и вовсе не думала, и о проклятии, и о кардинале, и про интриги… ничего не осталось. Только боль и Лоренцо. Там, на самой грани сознания.
Он был рядом, и Адриенна держалась.
Лоренцо это знал совершенно отчетливо. Он помнил темноту и ледяную воду. И арену, и беспамятство… и Адриенну. И ее руки над пропастью.
Она спасла его тогда.
Неужели он сейчас ничего не сможет для нее сделать?
Нет. Он же не лекарь! Но быть рядом может. И она его чувствует.
Дан Иларио только головой покачал.
Вот все он понимал. Но… да поделом королю! Даже если когда-нибудь потом ему рога наставят… хотя нет. Он более чем уверен. Не наставят. Эти двое слишком благородны для подобной пошлости. И любовь у них немного другая. Они как части единого целого.
Филиппо именно об этом мечтал со своей Ческой… что ж. Его право и его проблема. А вот Адриенна и Лоренцо…
Иларио видел, как сжимаются от боли губы парня. Ровно за миг до очередного крика женщины.
И… не надо ему никуда уходить. Пусть будет.
– Ты, главное, к ней не выскочи. Перепугаешь всех…
Лоренцо даже внимания на это не обратил. Иларио махнул рукой да и отправился сам в розарий. Не дошел, правда. Что он, дурак?
Если в том месте, где они оставили тело ведьмы, начались шум, гам, суета… вот не сойти ему с места – обнаружили!
С другой стороны… что там могло остаться?
Следы. И если приведут собак…
В этом он не ошибся. Собак таки привели. И над садом, над дворцовым парком поплыл тоскливый вой и ругательства псарей.
* * *– Не идут.
Просперо заскрипел зубами.
– Чертовы шавки.
Псарь искренне обиделся за собак. Но… те и правда идти никуда не хотели. Выли, скулили, поджимали хвосты и всячески показывали, что лучше без них.
Вот вообще без их участия. Вам надо, вот вы и идите. И подальше, подальше… и без собак! А они тут важным делом займутся… где-нибудь подальше отсюда.
Вообще, ничего удивительного в этом нет.
Даже не считая того, что Виолетта была ведьмой, то есть существом для собак противоестественным. Добавим сюда Лоренцо Феретти, который метаморф… пусть животные и не шарахались от него, как от Мии, но силу чувствовали. И совершенно не хотели его искать.
Они же не охотничьи псы, те на крупную дичь натасканы, а они… нет, ты можешь найти медведя. А уйти от медведя? Желательно живым…
Нет-нет, это тоже без них.
Дан Иларио, возможно, и не скрылся бы. Но была еще и Адриенна. А уж она-то… кто сказал, что собаки глупы? Даже не считая двух первых факторов, их сейчас пытались пустить по следу человека, которого они обожали. Стоило Адриенне появиться на конюшне, к ней тянулись лошади. На псарне? К ней готовы были ластиться даже самые свирепые псы.
Преследовать? Никогда!
Так что собаки упорно изображали из себя бревна и показывали, что нет тут следов. Вот нет – и все! И вообще, вам это кажется. Не было тут никого, она сама зарезалась, ножом в спину.
Егеря попытались прочитать следы. В этом они тоже неплохо разбирались. Но…
Да, тут было несколько человек. Но… толком уже ничего не разобрать. Все так затоптали… дело-то во дворце! И придворных тут пропасть! И всем же любопытно, и никого с матюгами не пошлешь…
Дело гиблое.
Даже кардинал Санторо прибежал. И едва не выругался в голос.
– Дан Кастальдо, на два слова.
– Слушаю, ваше высокопреосвященство.
– Я знаю, что это за женщина.
Просперо вопросительно посмотрел на кардинала.
– Она ведьма. Это некая Виолетта Дзанелла, бывшая эданна, которая разрабатывалась по подозрению в проведении черных месс.
– А почему она не у доминиканцев?
– Потому что я еще не успел об этом сообщить. Сам недавно узнал, – отмахнулся кардинал. – Да и проверить хотелось. Живой же человек, еще оговоришь кого ненароком, век себе не простишь.
Дан Кастальдо кивнул.
– Понимаю, ваше высокопреосвященство. Вы сможете рассказать все, что вы о ней знаете?
– Да, конечно. Только вы ее как-нибудь осторожнее переносите. Все же ведьма… мало ли что…
Просперо кивнул. Ну, если ведьма, тогда понятно все с собаками. Но вот как она на территорию дворца попала? Кто ее привел? Кто убил?
И зачем это было делать именно здесь? Что, по всей столице другого места не нашлось?
Очень смешно. Ха-ха…
* * *