"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Что такое аванс, служанка знала. Так что…
– Посидим…
* * *За кружкой горячего вина с пряностями она и поведала о дане Виолетте.
Вроде как да, была такая, только померла давно. Хотели ее в монастырь, только род весь болезнью скосило, пришлось ей рожать…
И да, разрешил король ей сохранить имя рода.
Замуж она выходила… за какого-то младшего сына… как его звали, служанка и не помнила. Про дану-то сплетничали, потому что такое редкость. Чтобы королевское прошение, чтобы его величество разрешил род продолжить по женской линии…
Родила троих детей – вот один из них род и продолжил. А сама дана уж мертва давно. Лет двадцать как…
Мия только головой покачала.
Что-то она в этом сомневалась. Но…
– Никто про дану Дзанелла не расспрашивал?
– Нет.
Все тихо, спокойно, неинтересно…
Вы мне хотите сказать, что ведьма вот так просто взяла и померла? Ой, да не смешите! Нет, что-то тут не то. Но…
Попробуем еще дану Кавалли.
* * *Случай… он такой случай.
Когда идешь по улице и не замечаешь раскатанного пятна льда. Мальчишки, наверное… и сапожки начинают скользить.
Будь ты хоть трижды метаморф…
Мия дернулась. Не умом – чутьем она поняла, что сейчас произойдет. Она беременна, ТАК извернуться она уже не успевает… удар – и боль. И, возможно, кровотечение, потеря ребенка… НЕТ!
Только не это!
Она даже зажмурилась, понимая, что ничего не сможет сделать… Но сильная рука перехватила ее, дернула, возвращая равновесие.
– Дана, вы в порядке? – И уже совсем другим тоном: – Дана Романо?! Вы?!
Мия внимательно посмотрела на спасителя.
Кажется, она где-то уже его видела. Это красивое лицо, светлые волосы.
– Дан… э-э-э-э… Теско?
– Почти, – расцвел Сильвано. Хотя в другом случае был бы оскорблен до глубины души. Его не помнят?! Да он… да она… А, не важно! – Дан Сильвано Тедеско. К вашим услугам, дана Романо.
Мия искренне улыбнулась ему. С громадной благодарностью.
– Дан, вы мне просто жизнь спасли. И…
Плащ на секунду распахнулся, приоткрывая аккуратный животик.
Сильвано остолбенел.
Беременна?
Она… но – дана? Или…
Мысли проносились стремительным потоком, бушевали протуберанцами… и выплыло из них одно-единственное.
А наплевать!
Даже если она тройней беременна!
Ему нужна эта женщина, а значит, и ее дети! Точка!
– Дана, – пошел напролом Сильвано. – Давайте-ка мы посидим где-нибудь в таверне. Провожать себя вы мне вряд ли разрешите, но хоть успокоитесь. И я буду за вас спокоен.
Мия прислушалась к себе.
Да, пожалуй…
Недавний испуг еще гулял в крови, и на ногах она стояла не вполне уверено.
– Я буду вам благодарна, дан Тедеско.
– Тогда прошу вас, дана Мия. Или – эданна?
– Дана, – отрезала Мия.
– А… – Взгляд Сильвано был очень аккуратным. Без похабщины, без избыточного любопытства. Расскажешь? Или не лезть?
– Дана, – еще раз кивнула Мия. – Но я люблю и своего ребенка, и его отца.
Сильвано что есть сил прикусил язык. Аж до крови.
Так и хотелось спросить: такого дурака? Он же тебя не оценил, не женился, на руках в храм не отнес, на коленях не умолял, чтобы ты за него замуж вышла… да что ты нашла-то в этом идиоте?
Промолчал.
Понял, что за такое Мия ему голову откусит.
И молча приоткрыл перед ней дверь таверны, заказывая две кружки с горячим ягодным взваром и свежие плюшки. Или что там еще есть из вкусного?
В таверне они просидели почти четыре часа, к немалому удивлению и Мии, и Сильвано. И было им отчего удивляться.
Они вдруг обнаружили, что им… интересно разговаривать друг с другом!
Это совершенно не отменяло любви Мии к Рикардо. Это совершенно не отменяло вольготного обращения с женщинами для Сильвано. Но вместе им было весело и интересно.
Оба родились в провинции, оба достаточно давно жили в столице, у них были схожие взгляды и вкусы…
И спустя четыре часа Мия расставалась с Сильвано даже с некоторым сожалением.
Но встретиться?
Мия подумала несколько секунд. И нашла выход.
– Дан Тедеско… то есть Сильвано. Это второй раз?
– Да.
– Первый раз я помогла вам. Второй – вы помогли мне.
– Все верно, дана Мия.
– Если судьбе будет угодно, чтобы мы были вместе, она сведет нас третий раз. И тогда я не стану протестовать. Если буду свободна.
Хорошая отговорка, правда?
Мия была уверена, что Рикардо на ней женится. Но… и обижать Сильвано? Ей решительно не хотелось. Он хороший…
Сильвано принял приговор со стоицизмом влюбленного.
– Что ж, дана Мия. Я повинуюсь судьбе. И верю в нее. Но могу я вас попросить об одном?
– Да?
– Если случится так, что вам будет нужна помощь… теперь вы знаете мой адрес. Приходите в любое время. Я предупрежу слуг – даже если меня не окажется дома, они все сделают для вас.
– Благодарю вас, дан Сильвано.
Мия решительно вышла из таверны.
Она любит Рикардо. И идет домой. А это… а что такого? Два приятных человека могут просто поговорить, и в этом нет ничего страшного.
Сильвано проводил женскую фигурку тоскливым взглядом.
Мия… ох, Мия.
Пусть судьба подарит нам новую встречу! Пожалуйста… пойти, что ли, свечку в церкви поставить? Смешно?
А вдруг…
Сильвано Тедеско вышел из-за стола, расплатился и направился в церковь.
Бывает же такое! Находишь Ту Самую… и вынужден отпустить. Именно потому, что Судьба не слепа и не глупа. У них еще будет шанс… и сейчас он за это крепко помолится…
Мия…
Миечка, любимая…
АдриеннаДжеронимо и так-то не мог на судьбу пожаловаться. А чего?
Если кому понимающему сказать, так любой сообразит: везунчик! Вот смотрите сами. Мать, отец на месте! Батька не пьет, разве что по праздникам, мать не лупцует, руки у него нужным краем приделаны… столяр он знатный. Только вот у Джеронимо душа к дереву не лежит. Вот у братца Карло – дело другое. Ему ветку дай, он из нее осадную башню смастерит! А Джеронимо никак.
Отец, опять же, ломать сына не стал. Другой бы рассердился, мог бы и оплеух надавать, а батя махнул рукой да и поговорил со свояком. И пристроил сына к стражникам. Пока на «подай-принеси», а там и еще куда сойдет?
Джеронимо это оценил по достоинству. И работа ему понравилась. Постепенно он и сам стражником станет, а там… деньги, домик может от города перепасть, а то и женится удачно со временем. Дети пойдут…
Потом ему еще повезло, когда его не заметили эти… сатанисты.
Брр, даже вспомнить ту бабу страшно! Какая она была жуткая… и на руках кровь, и на лице, и улыбка эта… вот улыбка и была самым страшным. А все остальное – так, ерунда.
Хотя Энрикетту Бальди ему жалко. Бедная, как она кричала… вспомнить страшно!
Джеронимо до сих пор кошмары мучили. Это днем он мог рассказывать себе, что все в порядке, что все будет хорошо, а ночью… он кричал от страха и боли, он корчился от ужаса, и приходил кто-то из братьев монахов. Они поили Джеронимо разведенным вином и молились рядом с ним. И ужас куда-то исчезал постепенно.
Братья, вопреки своей жуткой славе, оказались тоже весьма и весьма неплохими людьми. Неглупыми, спокойными, очень серьезными… рядом с ними можно было ни о чем не беспокоиться. А еще…
Джеронимо разрешили надевать рясу ордена. Не просто так, нет… ему потом простят этот грех. Но сейчас ряса нужна, чтобы он смог бывать во дворце.
Монахи приняли к сведению его слова про благородную дану… или эданну, кто ее там разберет ночью? А раз благородная, рядом со столицей… значит что?
Значит, бывает при дворе. И ее можно там увидеть.
Вот и выгуливали Джеронимо, словно породистого кобелька на веревочке. Но пока он никого такого не видел.
Может, и не увидел бы.
Или не узнал. Но…
* * *Просто так эданна Франческа сейчас при дворе не появлялась. Притихла. Якобы не хотела попадаться на глаза королеве. А на самом деле… боялась. Доминиканцы… может, Филиппо ее и отобьет. А если нет? Проверять не хотелось.