"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Адриенна даже плечами пожимать не стала. Об этом она с Морганой говорила.
– Ребенок – самая бесполезная жертва. Сил нет, нагрешить не успел, душа уходит ввысь… фактически ты тратишь время, силы, совершаешь преступление – и ничего не получаешь.
– А взрослый мужчина?
– Намного интереснее. Особенно если будет сопротивляться, драться… понимаешь?
Мия понимала.
– Итак, у нас есть чернокнижник?
– Или сильная ведьма, или пара «чернокнижник – ведьма», такое тоже бывает. Если жертвоприношения проходят, то не просто ж так!
– Тоже верно. Ищи дурака – под виселицей ходить!
Адриенна пожала плечами. Допустим, дураков-то много. Ради власти, денег, силы люди и не на такое готовы, но…
Надо искать! Только так, чтобы не подвергать опасности подругу.
– У меня есть записи ведьмы. Той, которая жила у нас… я даже начала их читать.
– И?
– Она не называет имен, кроме двух. Свое – она от рождения дана Илария Кавалли. Была в монастыре, поняла, что там и сгниет, не захотела. Они с подругой призвали демона и отдали ему часть души в обмен на силу. Илария хотела больше и отдала больше. Подруга… вот, ее имя второе, Виолетта Дзанелла, тоже дана, хотела меньше. Ей перепали крохи силы.
– Догадываюсь, что монастырь не устоял.
– Ага. И два рода вымерли, как не бывало. И погуляли ведьмы от души… может, и похлеще было бы, но Илария пишет о каком-то Господине.
– Поэтому пара «чернокнижник – ведьма»?
Адриенна кивнула.
– Я бы на свекра подумала, но он уже умер. Этот человек взял ведьм на сворки и, угрожая или им, или их близким – да, такие у ведьм тоже были, – заставил работать на себя.
– Ведьмы не могут никого любить.
Адриенна кивнула.
– Судя по записям даны Иларии, она и не любила. Никого. Но своих детей она рассматривала как свое продолжение, свое будущее, может быть, вложение сил и денег… и покушения на них не хотела.
– Ага…
– Детей она не отдала, кстати. И внуков… хотя могла распоряжаться их душами. И отдать их демону еще до рождения – тоже. Мать вольна в своих детях.
Мия скрипнула зубами. Нурик и на нее посмотрел с явным неодобрением. Вот чего вы тут всякие звуки нехорошие производите? Коту неприятно!
– Слушай, что-то у нас плохое получается. Избыточно разумных волков могут производить только вот такие… как эта ведьма. Есть господин, который ее взял к ноге. А стоило Комару начать копать про эданну Франческу, как его тут же загрызли. Вопрос: каким боком тут шлюха пристала?
– Она не ведьма, – решительно отмела Адриенна.
– Это понятно. Но, надо полагать, она или что-то знает, или… Риен, мне нужно время, чтобы все это раскопать.
Адриенна выдохнула.
– Ты не можешь сейчас ТАК рисковать. Ты беременна.
Мия выругалась.
– И что ты предлагаешь?
– Разумеется, подождать. Пока ты не родишь.
– А если будет поздно?
Адриенна потерла лоб.
– А ведь мой супруг уехал на охоту. На волков. Черных.
– Может, ты уже и вдова?
– Не думаю, что мне так повезет, – хмыкнула Адриенна. – Но если что… знать бы, те это волки или не те?
– Скоро узнаем, – предрекла Мия.
Адриенна поежилась и решила поговорить о том, что важнее. С супругом она все равно ничего сделать не сможет: его или съедят, или не съедят – в любом случае тут она не поможет. А вот подруга…
– Ты не хочешь стать моей фрейлиной?
Мия вздохнула.
– Хотела бы. Но… ты сама понимаешь, сейчас это невозможно.
– Я постараюсь устроить это дело, – отмахнулась Адриенна. – Будешь Мией Бонфанти, седьмая вода на киселе из провинции, кто там и чего разглядит?
– Я не только об этом. Я беременна. Я не замужем. Ну и, конечно, меня знают. Я ведь не сильно скрывалась… опознают убийцу – я даже спастись не смогу.
Адриенна злобно зашипела.
– Вот ведь…
Ее подруга! И она даже помочь не может!!!
– Предлагаю сделать по-другому.
– Как?
– Я тебе уже сказала про Рикардо. Он хочет в гвардию; если он туда попадет, то сможет бывать при дворе.
– Ты ему расскажешь о нашей дружбе?
Адриенна не собиралась запрещать это подруге, и тем удивительнее был ответ Мии:
 
– Нет.
– Почему?
– Рикардо честолюбив. Если я ему скажу, что ты моя подруга, он начнет просить о многом. А еще… я хочу, чтобы он женился на мне ради меня самой. Не моих связей, не денег… просто, чтобы ему была нужна именно я.
– Конечно, ты ему нужна! – Адриенна и мысли другой допустить не могла. Чтобы ее подруга кому-то не приглянулась? Чтобы кто-то предпочел Мие другую? Идиотом надо быть!
– Я на это надеюсь. Ладно… скажи мне, в бумагах ведьмы есть что-то об этой дане Дзанелла? Или про их господина?
– Пока нет. Но я не все еще перекопала и перечитала.
– Тогда читай. А я попробую разузнать все со своей стороны.
– Хорошо. Как бы нам наладить связь?
Мия пожала плечами.
– У тебя есть дан Пинна.
– Да…
– Попроси его приносить письма. К примеру, на постоялый двор «Два лебедя». Там хозяин Булке много чем обязан…
– «Два лебедя», – кивнула Адриенна. – Оставлять…
– Для даны Леоноры Белло. А я ему буду оставлять письма для дана Пинны. Дело житейское, мужчина и женщина сговариваются о свидании… если уж совсем плохо будет и срочно… скажи дану Пинне про Рикардо. Он сможет передать письмо.
Адриенна кивнула.
– Так и сделаем.
Руки девушек соприкоснулись. Договор был заключен, планы определены. Они вместе и разберутся с любой проблемой. Они справятся.
Адриенна
– Его величество ранен!!!
Новость пронеслась по городу словно ураган. Ошеломила, заставила ахнуть… король ранен?
А если он… того? Королева, говорят, беременна, но это ж дело такое! Может и не доносить, может и родить, но править-то как? Младенец же!
А значит… придворные начнут интриговать. Совет потребует назначить опекуна, опекун будет грести себе в карман, если вообще не придушит юного короля… можно подумать, это первый такой случай. Так что народу было невесело.
И карету с его раненым величеством они провожали тоскливыми взглядами.
Адриенна узнала обо всем заранее: почтовых голубей еще никто не отменял. И письмо поражало своей краткостью.
 
«Его величество ранен. Рана воспалилась, бредит, боимся не довезти.
 
Волки убиты все.
 
Охотники погибли…»
 
И перечисление имен.
Дан Рафаэлло Делука. Адриенна прикусила губу, чтобы не заплакать. Боже мой, как же тяжело сейчас Энрико, наверное… клянет себя, несчастный, что сына дома не оставил. У него хоть Эмилио остался… и то слава богу. И все равно – больно.
А в самом конце…
Дан Марк СибЛевран.
Адриенна застонала.
Слезы полились потоком. Эданна Сабина заглянула в комнату, ахнула…
– Ваше величество?!
– ВОН!!! – рявкнула Адриенна, которая никогда себе не позволяла даже голос повысить. – КАЗНЮ!!!
И звучало это так, что эданна поняла: и правда казнит. И кинулась куда глаза глядят. Скорее, за помощью.
Хоть лекаря, хоть кого…
Правда, первым ей попался кардинал Санторо.
– Ваше высоко… прес… нсво…
Кардинал отродясь дураком не был. И если камер-фрейлина несется по коридору с такими глазами, значит… королева?!
– Эданна? Что случилось?
– Королева, – выдохнула эданна Сабина. – Она… мы ей принесли голубиную почту, она прочитала – ей плохо… я за лекарем.
Дальше кардинал и расспрашивать не стал. Помчался в королевские покои. И вовремя.
* * *
Адриенна рыдала в голос.
Было и больно, и обидно, и горько, и тоскливо, и… такая отвратительная смесь чувств. Ушел ее отец!
Ушел…
Его больше нет.
Нигде. Совсем.
На небе, да… но это же ТАМ! А она здесь, и больно ей здесь!!!
Была эданна Сусанна, и был гнусный Леонардо, и СибЛевран, превращенный в поле битвы, но было же и другое!