"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Дети.
Когда-то Мия взяла на себя ответственность за него… ему столько же было, сколько старшему из детей. Тогда умирал их отец, а он… Лоренцо Феретти ничего не мог сделать. И во время чумы тоже… Здесь и сейчас он отдавал долг.
– Салих и Фатих. Их мать умерла давно… спасибо тебе.
– Вечером скажешь. Если доживем.
– Хорошо. Все равно – спасибо.
* * *Первый бой у Энцо должен был быть с животным. Энцо получал в руки дротики, на арену выпускали животных…
Стой и кидай. Дело несложное!
Какое в этом удовольствие находят зрители? Лоренцо даже не представлял! Что такого в убийстве тех, кто не может за себя постоять?!
Но…
К дротикам он был готов. К подвоху тоже.
И пса на арене воспринял вполне спокойно. Злого, рычащего… а что у него из оружия?
Вот черт!
Ничего. С чем вас и поздравляем, дан Феретти. Есть обмотки на руках и ногах, сразу не прокусит. Но и только… даже дротики не дали!
Хотя с собакой только даром время с этими дротиками потратишь…
Лоренцо поднял руки и сделал шаг вперед. Трибуны взревели.
Он внимательно наблюдал за собакой. Доверять кому-то? Ну уж – нет!
Лоренцо готов был поклясться, что слышит с другого конца арены рычание не просто разъяренного пса – а притравленного на людей.
Умеющего убивать людей.
М-да…
Хотя чего тут удивляться?
Собаку спустили с поводка – и она рванулась на Лоренцо, словно арбалетный болт. Ага, как же! Была охота связываться с шестьюдесятью килограммами бешеной собачатины!
Лоренцо извернулся так, что никто не понял, что произошло. Ни зрители, ни собака… пес просто пробежал мимо! Вот просто – мимо! Так быстро Лоренцо отпрянул в сторону, что даже собачий глаз за ним не уследил, не то что человеческий.
Впрочем, пес не растерялся.
Он затормозил, всем видом показывая, что больше презренный двуногий его не проведет, – и уже медленнее двинулся к Энцо.
Или это для Лоренцо растянулось время, позволяя увидеть все в мельчайших подробностях?
Вот пес идет, вот его мышцы напрягаются, сейчас он кинется… Энцо резко делает полуоборот, припадает на колено и выставляет вперед левую руку.
Именно левую.
В нее и впивается пес.
В кожаные браслеты, в обмотки…
Боль – жуткая. И не в том дело, что собаки прокусывают кожу, нет. Просто… если кто-то заглядывал в пасть собаке… сжать она зубы может с такой силой, что кость только хрупнет. Там такие зубки… не клыки, нет. А вот в глубине пасти, чуть подальше…
Эти зубы и стиснули руку Лоренцо.
Ровно на пару секунд, потому что Энцо ударил жестоко и безжалостно. Двумя пальцами, в глаза, как поступил бы с гладиатором, так и с собакой.
А вот такое пса терпеть не научили. И к такому не готовили.
Слепота, боль… страх! Невольный страх…
Пес выпустил руку Энцо, взвизгнул, но было поздно. Лоренцо уже взял его шею в смертельный захват.
Легко ли переломить человеческую шею? Легче, чем собачью. Но Энцо справился.
Под руками хрустнуло – и тело пса обмякло. Энцо встал и поднял вверх руки.
Трибуны взревели.
– Что ж, – признал Кемаль-бей. – Свой бой ты выиграл. Теперь тебе предстоит бой за твою свободу. Иди, тебя пригласят!
Энцо поклонился, прижав руку к сердцу, и вышел с арены.
Рука (хорошо хоть, левая) болела вовсе нещадно.
* * *Венацио продолжалось.
Теперь на арену выпустили оленей, быков и антилоп. Их доставили заранее и держали на специальных пастбищах, за городом. Потом просто прогнали по улицам Ваффы и загнали на арену. А гостям раздавали луки и окрашенные стрелы, чтобы те могли потешить свое мастерство.
Кемаль-бей был отличным стрелком.
Его стрелы были помечены красными перьями, у Арай-бея – зелеными, у Судат-бея – синими. Потом их добычу подсчитают.
Обычные зрители могли просто купить лук и стрелы, не окрашенные, конечно, за определенную и достаточно высокую сумму.
Но охота пуще неволи.
Кемаль-бей ловко всадил стрелу в глаз одного из быков. Животное взревело и рухнуло. Но на арене было слишком спокойно, поэтому подручные выпустили к животным еще и лисиц, к хвостам которых были привязаны факелы.
Лисы начали метаться, животные шарахались от огня, кричали, мычали…
Люди орали и аплодировали [63].По приказанию Кемаль-бея один из рабов вышел на арену и встал там, подняв высоко факел.
Выстрелом Кемаль-бей выбил его из рук раба, но несчастный все равно не уберегся. Куда уж тут, когда по арене носится обезумевшее стадо?
Раба поднял на рога бык, а потом бедолагу просто затоптали…
Кемаль-бей только головой покачал. Но быка застрелил.
Когда животных осталось мало и беям надоело стрелять, на арену вышли профессиональные венаторы, которые быстро и умело добили оставшихся зверей. И рабы потащили туши прочь с арены.
Все было хорошо отработано, так что много времени не заняло. Настала очередь следующего представления…
На этот раз сексуального. И на арену вытащили женщину, опоенную вином так, что она даже шла с трудом. Впрочем, трибунам было все равно. Разгоряченные люди орали, ревели, требовали – КРОВИ!!!
И побольше, побольше…
* * *– Кость не сломана?
– Проверь, – отмахнулся Энцо. – Мне кажется, нет, но синяк будет.
Зеки-фрай сдвинул брови.
– Терпи…
Терпи… сам бы попробовал. Рука пульсировала, наливаясь тяжелой тупой болью. Чертова тварь не прокусила кожу, нет! Она просто раздавила мышцы…
– Держи лед. – Ромео оказался как нельзя более кстати.
– Спасибо, друг. – Энцо криво усмехнулся. – Надеюсь, нас не выпустят друг против друга. А то я бы не удивился…
Ромео качнул головой.
– Нет. Там сейчас на арене перерыв, ослом насилуют какую-то девку… потом опять венацио [64].Энцо поморщился. И рука болела, и подобных сцен он не любил…
Что за удовольствие – в таком?! Это окончательно с разумом распрощаться надо. Но ведь смотрят, и ставки делают, умрет несчастная проститутка или нет…
Твари.
Желание сровнять Ваффу с землей у Лоренцо было. Возможности, увы, не было.
Ромео помялся пару минут.
– Ты молодец, Ангел. Это дорогого стоит.
Лоренцо пожал плечами. Руку опять продернуло болью.
– Впереди еще два боя. Я могу умереть.
– Человеком. Ты умрешь человеком. А мы – тварями на потеху толпе. Как те несчастные животные. Как девка с ослом…
Лоренцо кивнул. Именно так. Что делает человека – человеком? Возможно, что и это. Мы не выбираем, у кого рождаться. Но смерть свою мы выбираем сами.
Как люди.
Подвеска с вороном на груди не просто грела. Она была горячей, как огонь.
Адриенна
Далеко за морем, в СибЛевране, Адриенна вдруг ощутила дурноту.
Закружилась голова, повело в сторону… и пришла она в себя только в кресле. Хорошо еще – нашлось, кому помочь.
Усадили, не дали упасть…
– Дана?! Что случилось?!
Адриенна прикрыла глаза.
Встревоженные голоса вокруг, встревоженные голоса…
Что она может сказать? Только то, что чувствует, что знает…
– Энцо…
Где-то там, далеко, ему плохо. Так же плохо, как в ТУ ночь. И сейчас, как и тогда, она с ним.
Тогда была слепая стихия.
Холодная, безжалостная, равнодушная… а что сейчас?
Или – КТО сейчас?
Адриенна медленно подняла руку, останавливая разговоры. Очень медленно, словно боялась разлить нечто ценное… сейчас она была наполненным силой сосудом. Но шевельнись не так…
Вино в бокале можно выпить, вылить, ему можно найти любое применение.
Вино на полу – только вытереть.
Сейчас она – вино в бокале.
– Оставьте меня. Или молчите!
Конечно, никто не ушел. Но хоть под ухом не орали.
Адриенна прикрыла глаза, сосредоточилась – и вдруг увидела.