"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Ваше величество, я многое стерплю. Но дочь я замуж не ради такого выдавал…
Мужчина почти картинным жестом подошел к едва стоящей на ногах девушке, снял с нее плащ, осторожно, чтобы не потревожить руку в лубках, расстегнул пряжки на платье…
Филиппо только присвистнул.
Рубцы от хлыста, ссадины, синяки, на шее – пятна, явно малышку пытались удушить. На бедрах… кровь смыли, конечно, но, видимо, торопились…
Брачная ночь выдалась… интересная.
– Что случилось, дан Манцони? Эданна Джордани?
Клаудио кивнул Мие.
– Расскажи все его величеству, Леона. Ничего не утаивай.
Мия и не стала. Честно выдала придуманную версию…
– Лекарь осмотрел тело моего несчастного зятя и сказал, что тот скончался от апоплексического удара, – добавил Клаудио. – Такое бывает, если… ну, если…
Филиппо кивнул.
Он и так понимал, с чего такое бывает. Если в постели немножко переусердствовать… а тут вполне могло быть и такое. Ярость, страсть… ну и не выдержало сердце.
Вопрос – чего явились, тут тоже не стоит.
Филиппо задумался.
– Полагаю, брак можно признать состоявшимся. Но будет ли наследник?
Эданна покраснела. Всем телом. Филиппо устыдился и накинул на бедолажку плащ.
– Рука сломана?
– Да, ваше величество…
– Полагаю, вам нужен лекарь…
– Ваше величество, я умоляю, разрешите мне забрать дочку к себе, домой? Если будет ребенок, то через девять месяцев она унаследует состояние Джордани. Если же нет…
Филиппо задумался.
– Что ж. Дочь вы можете забрать домой, это безусловно. В остальном же… состоянию нужен управляющий.
Мужчины переглянулись.
Филиппо намекал на свою выгоду. Клаудио отлично все понял и похлопал наивными-наивными глазами…
– Ваше величество, я не знаю, во что вкладывался мой покойный зять… он говорил мне, что хорошо бы расширить порт… а может, и еще что-то… Я не знаю. Настолько плотно мы эти вопросы не обсуждали.
Филиппо кивнул.
– Полагаю, сейчас это преждевременно. Но я не буду против, если вы заберете дочь домой. И начнете разбираться с делами зятя… надо же определить, что именно пойдет в наследство вдове… а может, и ребенку, если Господь успел благословить этот брак. Я пришлю к вам кого-нибудь из казначейства, чтобы было проще.
Клаудио опустил веки.
Да, ему придется заплатить. И неплохо. Но как минимум половина состояния Джордани – а это громадные деньги – осядет на его счетах. Сейчас ему фактически предложили разобраться с делами и поделить, что и кому.
Дочь останется дома.
Ребенок?
Найдут они ребенка… чай, не старинный клад, крестьянки каждый день рожают!
– Если позволит ваше величество, я отвезу дочку домой… и завтра же… то есть уже сегодня, с утра…
Его величество позволил. И даже простер свою любезность до того, что лично накинул плащ на плечи несчастной девушке. Скотина все же этот Оттавио, остался бы он жив, Филиппо его года на три-четыре в крепость посадил бы. Пока не поумнеет.
Гадина, сволочь, Змеиный Глаз – чего только о короле не говорили, но в одном сходились все. С женщинами Филиппо никогда плохо не обращался. Это-то уж вовсе недостойно короля… и эданну Леону ему было жалко.
Отец ее все равно замуж выдаст, но пусть девочка хоть что-то получит в компенсацию за свои страдания… Вот дрянь! Сломать руку, пытаться убить…
Сдох – и ладно! Туда ему и дорога!
* * *
В карете Мия кое-как пристроила поудобнее руку, накинула капюшон, скрывая под ним все изменения, и откинулась на подушки. Дан Клаудио протянул ей флягу.
– Вино?
– Покрепче.
Мия качнула головой.
– Простите. Нельзя… тошнить будет.
– Хоть глоток сделайте, дана. Вам это после всего необходимо…
– Мне бы лечь и выспаться, – честно сказала Мия. – В безопасности… Что будете делать завтра, дан Манцони?
– Сначала расплачусь с вами и ньором… гхм… Комаром. Потом отправлюсь в дом зятя, буду разбираться с делами. Предварительно его величество подтвердил мои права…
Так что ты успеешь все дела повернуть в свою пользу. Это тоже понятно.
– А ваша дочь?
– Леона до истечения срока траура отправится к моей матери под крылышко. Потом у нее заживет рука, она родит… спасибо вам, дана!
 
– Вы меня наняли, я работала, – буркнула Мия. – Сплетни, конечно, пойдут, но никто эданну Леону уже никогда не заподозрит. Особенно если она окажется в тягости, родит, глядишь, еще и ребеночка в честь отца назовет.
– Если бы не вы… я сегодня представил, что на этом месте могла бы сидеть моя дочь, – от души высказался дан. – Она бы сошла с ума, я точно знаю. А жена бы не пережила этого кошмара.
Мия вздохнула.
Действительно, даже ей, при всем ее характере, было неприятно и неуютно. А тихой и милой домашней девочке?
Оттавио Джордани следовало убить. Все правильно.
Сегодня Мия как никогда понимала, что ее работа необходима миру и обществу. Она прикрыла глаза и молча ждала, пока остановится карета. Эту ночь она проведет в доме дана Манцони. А завтра…
Завтра домой.
Вот ведь черт рогатый!
В СибЛевран-то она теперь и не поедет!
С рукой в лубках ее никто и никуда не возьмет… а и ладно! Дядя Паскуале отвезет письмо, а съездить в те края и позднее можно. Зимой, к примеру, или весной…
Может, с дяди стрясти еще немного денег? За расстроенные планы и на оплату лечения?
* * *
Эданна Манцони только ахнула, увидев состояние Мии. И захлопотала вокруг.
Девушку как следует искупали, накормили, переодели – и уложили в кровать. Правда, Мия тут же вылезла, закрыла дверь на засов и только тогда позволила себе расслабиться.
Поползла, словно змеиная кожа, чужая личина… минута – и в комнате стояла уже Мия Феретти. Во всей красе.
Жаль, что перелом и синяки так убрать не получится. Ладно, спать, спать и спать…
И чтобы ни одна зараза ее не беспокоила!
* * *
Из комнаты Мия выползла только к вечеру следующего дня. И то вряд ли бы проснулась, но рука дергала болью, а внутренности намекали, что не резиновые. И пора бы прогуляться до ночной вазы…
До вазы Мия прогулялась, потом предусмотрительно накинула вуаль и выглянула в коридор.
Все верно.
Под дверью сидела служанка. И даже похрапывала в процессе ожидания.
Мия потыкала ее носочком домашней туфельки, дождалась, пока та проснется, и донесла важную информацию:
– Умываться. Кушать.
А зачем перегружать человека лишней информацией? Главное – и так дойдет!
Служанка закивала и умчалась куда-то на кухню. Мия вернулась в комнату.
Рука болела и ныла, вызывая сожаление. Вот если б Оттавио Джордани можно было два раза убить! Или три! Мия бы обязательно…
Первой в комнату заявилась эданна Манцони. И с порога обняла девушку.
– Спасибо тебе, родная… Я с мужем еще поговорила… этот негодяй убил бы мою доченьку!
– Наверняка, – не стала скромничать Мия. И коснулась следов на шее.
О том, что она сама была слишком непредусмотрительна, девушка умолчала. И о том, что получит взбучку от дяди, – тоже.
А ведь получит, наверняка!
За глупость, самонадеянность, за то, что недооценила врага и не добила сразу… будет ей радости! Мия даже не сомневалась. Но это объяснять уже и вовсе необязательно никому. Пусть ценят.
Мия кивала, поддакивала и дождалась момента, когда в комнату вошел дан Клаудио. Довольный и чуть ли не светящийся собственным светом.
– Дана, я вам так благодарен, ТАК благодарен!
Благодарность выразилась в виде прибавки к оплате. Мие вручили банковские документы ровно на сто тысяч золотых полновесных лоринов. Дан Клаудио справедливо рассудил, что так будет лучше. Он безусловно, благодарен девушке, но выразить это лучше материально.
Мия поняла и приняла. Поблагодарила и попросила отвезти ее к Комару. В Грязный квартал.
Дан Манцони согласился и приказал закладывать карету.
Через полчаса Мия была у Комара.