"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Тут же, не дожидаясь ответа, легко прыгнул с лодки обратно в воду.
— Нет! Фредерик! — вскричала Кора.
Он вынырнул, мотнул головой и быстро, не оборачиваясь, поплыл обратно.
— Надменный дурак, — прошептала девушка. — Только доплыви, сделай мне напоследок приятное.
Фредерик греб, как одержимый. Он действительно сильно оскорбился, и разъяренность по этому поводу помогала, как ни странно, плыть к берегу быстрее, чем он плыл к лодке.
Его встретил Элиас.
— Ты ненормальный, — сообщил он Фредерику, набросив на его скрюченные от холода плечи плащ из волчьих шкур.
— Вы что, сговорились? — злобно стуча зубами, осведомился тот. — Разведи костер хоть, а то мне жена и вовсе не понадобится.
Элиас хмыкнул, оценив шутку.
Через пару минут два бравых парня грелись в выкопанной в снегу яме у пылавшего костра. Фредерик перестукивал зубами и уныло смотрел на другой берег реки. Элиас деликатно помалкивал.
— Она отказала, — буркнул вдруг Фредерик.
— Что?
— Отказала, прокинула меня, дала от ворот поворот! — раздраженно выдал он все известные ему синонимы.
— Как так? Я не понимаю. В чем причина ее бегства?
Фредерик лишь пожал плечами.
— Тут и понимать нечего. Она не хочет быть Королевой. Как чувствовал — не будет мне добра от Короны. Коре был по душе Судья Фредерик, а Король Фредерик — это для нее слишком тяжелый подарок. Хотя подарок ли... Вот у тебя с Мартой как?
Элиас слегка порозовел: он вспомнил, как черноволосая красотка жарко поцеловала его на прощание и прошептала нежным голоском «до встречи, женишок».
— Вижу, что нормально, — наблюдая за юношей, буркнул Фредерик. — Черт, я начинаю тебе завидовать.
Юноша опять отметил, что это было по меньшей мере четвертое «черт».
— Что у тебя в сумке? — спросил Фредерик.
Элиас вместо ответа достал кольцо копченой колбасы и буханку хлеба. У Короля глаза блеснули голодными огнями, и юноша отдал ему всю еду.
— Я голоден, как волк, — объяснил Фредерик ту поспешность, с которой вонзил зубы в мясо.
— Я удивляюсь твоим возможностям, — повел разговор Элиас, пытаясь отвлечь его от мрачных мыслей. — Три дня скакать без еды, сна и простого отдыха!
— Не забывай — я все-таки Судья, — отвечал Фредерик. — Меня многому научили. Тело — всего лишь вместилище души, и не оно должно командовать, а дух, что живет в нем. Я могу несколько дней даже не замечать голода и жажды, обходиться без сна, если необходимо. И не думай, что я один такой выдающийся — каждый Судья умеет это и некоторые их помощники.
— И сэр Гитбор? — Тут Элиас невольно улыбнулся, вспомнив объемное брюшко и сонные глазки Южного Судьи.
Фредерик покачал головой:
— Ему сейчас это незачем. А если понадобится — он все сможет. Ты забыл, кто прикончил Конрада?
— Но ведь ты тоже мог его убить, а не стал.
— Конрад слишком много значил для меня — я не хотел его смерти на самом деле. Справедливость — она того требовала. И тут Гитбор сделал все за меня. Видно судьба так распорядилась. — Тут он вздохнул прерывисто и даже перестал жевать. — А мне теперь что делать? Что толку с моих способностей теперь. — Фредерик опять глянул на реку: лодка уже достигла противоположного берега, правда из-за мглы, что висела в воздухе, тяжело было что-либо рассмотреть четко. — Я бросил все дела, все Королевство, чтобы просто предложить ей стать моей женой...
Элиас затряс головой:
— Но все-таки как она объяснила свой отказ? Неужели так и сказала: я не хочу? Ведь до этого она была очень даже не против. Почему ж так все изменилось? Ведь она бежит от тебя как от огня, скрывается, словно чего-то боится.
— Боится, именно так. Боится навредить мне. Ее отец — преступник. А род будущей Королевы по обычаю не обязательно должен быть знатен и богат, но благочестив, благополучен, уважаем. — Фредерик вновь вздохнул. — Филипп все-таки отомстил мне. Кора действительно не может быть моей женой теперь, когда я стал Королем. Королевский дом безупречен. Конрад и так уже бросил тень на него, которую пришлось смыть его кровью. И я не могу пойти против Закона, я ведь еще и Судья — я сам защищаю Закон. — Тут он обхватил голову руками, словно боялся, что она расколется. — Как я устал от всего этого...
 
— И что будет с ней? — Элиас кивнул на реку, которая отделяла теперь от них Кору.
— Я не знаю, что она конкретно задумала. Одно ясно: решила уехать подальше от меня — на другой берег, в другое государство. — Фредерик криво усмехнулся. — Если бы я мог — отправился бы с ней, бросил бы все к чертям, но сейчас это невозможно.
Подул сильный порывистый ветер, и молодые люди плотней укутались в плащи. Элиас, видя, что Фредерик уничтожил колбасу и хлеб и вновь приуныл, протянул ему фляжку с крепким вином. Тут Король-Судья даже улыбнулся:
— С этого и надо было начинать, братец.
От вина на его бледное исхудавшее лицо вернулся румянец.
— На коней, малыш Элиас, и поедем! — уже бодрей сказал Фредерик и свистом подозвал вороного.
— Как? — удивился юноша. — Я думал, мы переночуем где-нибудь в деревне — надо бы отдохнуть. Ты сам говорил, что не спал все дни, что скакал сюда. К тому же вид у тебя, мягко говоря, не очень...
— Ты обо мне заботишься? — изумился Фредерик и расхохотался. — Ты слишком мало меня знаешь, чтобы так со мной поступать! Шевелись-ка, братец — у нас впереди обратный путь и, возможно, война.
  
21
 
До Белого Города оставалось пару часов быстрой езды, когда из придорожного леса наперерез путникам вылетел конный отряд вооруженных людей. Их предводитель в высоком сияющем в лучах зимнего солнца шлеме замахал своим штандартом, призывая Фредерика и Элиаса остановиться.
— Северяне, — сказал Фредерик. — Они уже так близко от столицы. Смотри — из-за леса дым поднимается — они подожгли деревню. Видимо, это часть авангарда армии Тимбера.
— Что нам делать? — спросил Элиас.
— Шпорить коней. Едем во весь опор через поле — так короче. Тем более что от дороги они нас отрезали.
Его вороной легко перепрыгнул терновники, что росли у дороги, и, расправив хвост, помчался по заснеженной равнине. Элиас повернул своего следом.
— Стойте! Будем стрелять! — закричали им.
Отряд мгновенно перестроился и пустился в погоню. Над головами Фредерика и Элиаса весело свистнули стрелы. Фредерик пару из них отбил боевым браслетом, а юный гвардеец лишь вжал голову в плечи и начал просить небо, чтоб в него не попали.
Они довольно легко отрывались от преследователей — те были в тяжелой броне и при полном вооружении: копья, мечи, луки, — поэтому их кони скакали медленнее. Фредерик, чтобы помочь Крошке, бросил свой меховой плащ. Элиас также отшвырнул мешки с продуктами и запасной одеждой. Лошадям это прибавило прыти.
Все бы ничего, но ехать по полю — совсем не то, что по дороге. На дороге кроты не роют норы, а вот в поле зимой встречаются нарытые еще с лета или осени коварные ямки. В одну из таких и угодила передняя нога могучего Крошки. С диким ржанием он рухнул, перевернулся через голову и упал на спину, взметнув тучу снега и мерзлой земли. Фредерик успел кое-как среагировать: вовремя отпустил поводья и вынул ноги из стремян, поэтому при первом же толчке вылетел из седла далеко вперед и покатился по насту. Элиас натянул свои поводья.
— Что стоишь?! — взревел Фредерик, поднявшись и стряхнув снег с волос и лица. — Скачи дальше!
— Я тебя не оставлю! Бери моего коня!
— Они тебя убьют, дурак!
— А тебя?
Крошка сломал ногу и жалобно ржал, пытаясь подняться. Фредерик раздраженно бросил юноше свой рожок:
— Скачи и труби в него — это сигнал тревоги. Тебя услышат из Белого Города — вышлют подмогу. Приведешь их ко мне. Скачи же!
— То же самое можешь сделать и ты! — Тут Элиас вспомнил, что надо сказать. — Я не брошу вас, Ваше Величество!
— Ты один не выстоишь против них! А я смогу! Отдай мне свой арбалет и скачи — твой Король тебе приказывает!