"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Н-нет…
– Ну, так послушай. Высокий Род – это не даны и не короли. Они были другими.
– Нечисть? – заинтересовалась Ческа.
– Тьфу, дура, – даже сплюнула бабка. – Какая такая нечисть? Иные, сказано же тебе! И-ны-е!
Франческа на «дуру» даже не обиделась. Какие уж тут обиды?
– В чем иные-то? Летать, что ли, могли?
Старуха задумчиво смотрела в шар, поворачивала его то так, то этак, и Ческе казалось, что внутри шара, в алом мареве летит, бьет крыльями из последних сил громадная черная птица.
– И летать. И не только летать… Они были… Говорят, что прежде Евы, для Адама Бог создал Лилит. Слышала о такой?
Ческа кивнула.
Библию она всяко читала, ну и слышала…
– Грех. И ночная демоница…
– Дура. Какой же грех, когда она такое же творение Господне, как и Адам, и Ева? Или ты Его замыслы постичь хочешь?
– Н-нет…
– То-то и оно. Говорят, от Евы пошло колено человеческое. А от Лилит – колено иное. А поскольку сначала была создана Лилит, а потом Ева, то и дети Лилит считаются старше. Высокий Род…
Франческа вспомнила Адриенну.
Вспомнила яркие синие глаза, черные волосы, вспомнила ее взгляд…
Высокий Род? Да, это ей подходило. При всей ненависти… Франческе многое приходилось играть, над многим она работала. Адриенна же просто была.
– Вот. Они плоть от плоти и суть от сути этой земли. И земля приняла и полюбила их. А за что Лилит изгнали… есть и такая версия. Она не хотела подчиняться, она хотела свободы и дорого заплатила за это. Адам остался с Евой и до конца дней тосковал о той… которая ушла за горизонт. И увела за собой своих детей.
– Детей?
– Точно никто и ничего не знает. Но, по преданиям, ее потомки ушли туда, где нет ни дня, ни ночи, ушли, чтобы стать свободными…
– И Бог не покарал их?
– За что? Он создал людей по своему образу и подобию, за что тут карать? Все в них и в нас – это Он.
Ческе было откровенно жутко. Стоило кому-то услышать эти речи…
Костер.
А до того еще и пытка. Но она молчала и слушала.
– Это было давно. И ушло. Говорят еще, дети Лилит потом возвращались к нам. Лечить, учить, помогать – долг старших. Люди не принимали их, и они опять уходили. А кто-то – оставался.
– Оставался… – шепнула Ческа.
– Именно. И могли они иметь детей с обычными людьми, и были у них внуки и правнуки.
– Она… так она…
– Кровь от крови. Не сама, но явно – кровь. Не знаю, что там случилось в давние времена, но вижу ясно: на роду твоего любимого проклятие. И наложено оно кем-то из Высокого Рода.
– И что теперь?
– Да помрет твой любимый, – хмыкнула бабка. – Помрет, рано или поздно.
– А…
– Если на той, второй, не женится. И дети у него только от нее могут быть. Все остальные… Сделать тебе ребенка он может. Но ты ж его и похоронишь. Ребенка, понятно, не мужика.
Ческа поежилась.
Вот уж чего ей не хотелось, так это своих детей хоронить. Дети – это… это инвестиция! Сначала ты девять месяцев их носишь, портишь фигуру, потом они долго растут, и еще неизвестно, какими вырастут и сможешь ли ты их выгодно пристроить…
А тут – сразу.
Ты будешь выкладываться, а пользы не будет. Вообще. Помрет ребенок – и точка. А раз так… стоит ли портить себе фигуру и тратить время? Нет, не стоит.
Родить от кого-то другого?
А получится?
Ладно, допустим, она кого-то найдет, не от конюха же рожать! Но дальше-то как? Ребенок ведь растет и будет похож на мать… допустим! А если на отца?
Бабка словно ее мысли прочитала:
– От другого родить хочешь?
– А это возможно?
– Смотря что потом будет. Слышала, может? Слово есть сила…
– Н-нет…
– В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог…
Слышать ведьму, которая цитировала Евангелие от Иоанна, было попросту дико. Даже и страшно как-то. Ческу аж передернуло.
– Я… но как?
– Ты же не скажешь, что ребенок этот от другого мужика, верно? Ты скажешь, что он от твоего… любовника.
– В этом и весь смысл, – кивнула Ческа.
– То-то же. И он сына там или дочку признает. Своей кровью.
– И…
– Правильно понимаешь. Им и усыновлять никого нельзя, потому как в их роду останутся. Не просто имя примут – род примут. Семью. Кровь. Ну и проклятие на весь род…
 
Ческа вздрогнула:
– Безвыходно?
– Ну, почему же… вот от той он детей иметь может. И проклятие будет снято.
– И она наверняка об этом знает, – процедила Ческа, вспоминая кое-какие моменты жизни. – Я в этом уверена!
– Ты ко мне пришла узнать правду. Я тебе сказала все честно, а что сказанное не нравится – ну так врать я тебе и не буду. Ты мне не за то платишь…
Франческа вздохнула:
– Я понимаю… и выхода никакого нет?
– Дети появятся – проклятие уйдет. А уж кто будет тех детей воспитывать… – хитро поглядела бабка. – Или можно новых нарожать?
Франческа задумалась:
– Допустим… только допустим, что мой мужчина женится на этой. Она рожает и умирает при родах?
– Такое бывает.
– А потом умирает и ее ребенок?
– Умрут и все остальные. Те, кто к их смерти был причастен, уж всяко. Это Высокий Род.
Ческа в ярости топнула ногой:
– Она вообще, что ли, бессмертная?
– Нет. Убивали и не таких… да вот тебе и пример. До Эрвлинов тут Сибеллины были. – Бабка ухмылялась вовсе уж ехидно. – Говорят, первый из Эрвлинов и заказал, чтобы последнему королю в спину ударили.
– И?
– Убийца и пяти минут не прожил. Говорят, сгнил заживо несчастный…
– Господи, помилуй, – перекрестилась Ческа. Вот этого ей точно не хотелось.
– Он-то помилует. А вот кровь… Тут же еще как? Они – старшие. Что случается с братоубийцами, знаешь? С теми, кто на старшего в роду руку поднял?
Ческу окончательно затрясло:
– Я… я не хочу.
– Понятное дело, не хочешь. Но выход у тебя только один, чтобы жить спокойно. Пусть твой… этот… женится. Пусть сделает детей, лучше двоих-троих. А потом… ты ж не дура, найдешь и что, и как сделать… и чьими руками.
Франческа кивнула:
– Н-наверное. Н-найду…
– Ну а коли так… иди себе. Деньги на пол положи, не на стол, поняла?
Франческа медленно отстегнула от пояса тяжелый мешочек, положила его на пол.
– Я… могу…
– Если хочешь, чтобы он к тебе не охладел? Ну, приходи. Составлю напиток, будет у него только с тобой счастье…
– А…
– И с ней. Но там узел завязан, не мне его и развязывать.
Франческа подумала пару минут. Вообще… если вспомнить кое-что…
– А если жертву принести или что-то такое…
Ведьма издевательски захохотала:
– Что-то! Кто-то, как-то… ты, дура, с Высоким Родом справиться хочешь? Жизнь не дорога́?
Ческа вспыхнула от гнева:
– Я…
– Да пойми ты, – устало сказала ведьма, убирая руки с шара, отчего в помещении стало значительно темнее. И неуютнее. – С ними тягаться нельзя. Только того и добьешься, что на тебя переползет… Вот есть два рода, есть цепь между ними, есть способ ту цепь разрубить. И не надо в это никак лезть. Судя по тому, что я видела, там уже все… ладно, не предрешено, но все ведь согласны?
– Согласны, – кивнула эданна.
– То-то же. Все поняли, приняли, решили – остается только ждать. Если чего другого захочешь, приворожить там или отворот сделать, я тебе помогу. Даже возьму поменьше. Но в дела Высокого Рода не суйся. Это как двухлетнему ребенку с десятилетним драться. Кто проиграет? Во-от…
Ческа злобно зашипела:
– Ничего, ничего нельзя сделать!
– Я сказала, а ты услышала.
Франческа медленно кивнула:
– Хорошо. Я поняла и услышала. Могу я еще прийти?
– Можешь.
Эданна кивнула и вышла из комнаты, не прощаясь.
Старуха несколько секунд сидела молча. Потом подобрала с пола мешочек, сунула его в карман, накинула на хрустальный шар тяжелую шаль – и вышла из комнаты.
Коридор, поворот – и вот она входит в большую светлую комнату.
Правда, симпатичнее она от этого не стала, разве что наоборот. Свет подчеркнул и горб, и морщины, и прочие уродства… и стало ясно, что ведьма-то настоящая. Не поддельная…