"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
– Попробуешь меня избить? Тогда придется убивать, потому что я не прощу и не забуду. И через несколько лет СибЛевран покажется тебе раем.
А вот тут Адриенна была права. Придется действовать уговорами.
– Риен, она моя жена. Это поймут неправильно.
– Почему же? Все поймут очень правильно. Эданна Сусанна кто угодно, но не СибЛевран. Кстати, как и ты.
– Так-то ты мне платишь за любовь?
– Ты не так давно связался со своей девкой, отец, но уже привык, что за любовь надо платить?
Шлеп.
Пощечина обожгла щеку Адриенны.
Дан Марк и сам испугался того, что сделал. Шагнул вперед.
– Риен…
Адриенна и в другое время это не простила бы. А уж сейчас…
Плеснули за спиной черные крылья. И на миг дана Марка обдало таким холодом, таким диким ужасом, что он даже отшатнулся.
– Нет…
– С этой минуты, дан, я для вас – дана Адриенна. И советую забыть мое детское прозвище.
– Риен… я не хотел…
– Нет, дан Мак. Вы хотели. Хотели жениться на этой бабе, хотели отдать ей покои и украшения моей матери, хотели меня ударить. Кстати – не сомневайтесь, обо всем будет доложено его величеству. Дан Рокко?
И столько властности прозвучало в голосе девушки, что дан шагнул вперед. И отметил для себя некоторые изменения. Потом он все это обдумает.
Но – потом.
Обычно Адриенна говорила достаточно высоким и чистым голосом, и звенел он, словно колокольчик, а сейчас… сейчас появились в нем незнакомые горловые нотки. Словно замурлыкала громадная хищная кошка.
Лениво так, потягиваясь, выпуская когти…
Собираясь запустить их в горло жертвы. И даже слегка облизываясь.
– Дана Адриенна?
– Я прошу вас отписать его величеству о случившемся. И особо подчеркнуть, что если на меня и впредь будут поднимать руку, то мое здоровье окажется под угрозой.
– Да что ты… – не выдержал дан Марк.
– Молчать! – плеснуло по комнате ледяным холодом. – Из уважения к памяти моей покойной матери, дан Марк, вы можете остаться в ваших покоях. Можете поселить вместе с собой свою супругу. Но комнаты эданны СибЛевран будут заперты сегодня же. И ключи будут только у меня. Это первое. Дан Рокко сегодня же напишет и отправит письмо. Это второе. И не советую покушаться на мои права. Я – СибЛевран. Я – хозяйка дома. Можете это накрепко запомнить. Это третье и последнее. Дан Рокко, впустите слуг!
Дана упрашивать не пришлось.
Слуги (наверняка ведь подслушивали, гады) входили в комнаты, косились на пятно от пощечины. Адриенна и не подумала его прятать. Вот еще не хватало! Пусть видят!
Пусть…
Она ни в чем не виновата. Здесь и сейчас подлость совершает ее отец, не она. Это ее променяли на шлюху, это память ее матери хотели вывалять в грязи…
Прощать такое?
Вот с этим – в храм! Господь, говорят, всех прощает, но Адриенне до него далеко.
Девушка отбросила посторонние мысли и принялась распоряжаться:
– Вещи эданны и дана – в комнаты дана. Рози, комнаты эданны СибЛевран запереть. Как они есть. Ключи принесешь мне. Рико, вещи дана Рокко в гостевые покои. Дан Рокко, надеюсь, вам будет там удобно.
– Благодарю, дана.
– Джани, проследи, чтобы гвардейцев устроили как полагается и накормили. Пару дней они побудут в СибЛевране, потом будет видно.
Повинуясь приказам, слуги разбегались кто куда.
Эданна Сусанна разумно не лезла, изображая смертельно уставшую женщину и вальяжно раскинувшись на кушетке. Да так, что дан Марк на нее постоянно косился.
– Дана Адриенна, падре Санто обещал приехать завтра утром.
– Замечательно. Я буду рада отстоять мессу… я так соскучилась по нашей часовне. Кстати, там убирали? Пока я была в отъезде? Или опять пыли по колено и паукам раздолье?
Дан Рокко хмыкнул и отправился в гостевые покои.
А ведь из девочки будет толк…
Но королю он все равно отпишет. Нечего тут руки распускать…
* * *Вечером в дверь покоев дана Рокко постучали.
– Дан Марк? Что ж, прошу, – не слишком удивился дан Рокко.
– Не прогоните? – За время пути они старались найти общий язык. Нельзя сказать, что им это удалось, но иллюзий оба и не питали.
– Проходите. Вы хотите со мной о чем-то поговорить?
Дан Марк показал несколько бутылок вина, которые принес с собой.
– У меня в корзине сыр, хлеб…
Дан Рокко качнул головой.
– Если вы хотите именно поговорить – говорите. Я устал и хочу спать. А завтра на мессу…
Дан Марк намек понял. О дружбе тут речь и не шла. Общий язык найти бы!
– Дан Рокко, вы хотите ее поддержать?
– Дану Адриенну?
– Да.
– Да.
Дан Марк даже покраснел слегка. Потом понял, что над ним не издеваются, просто отвечают на поставленный вопрос.
– Дан Рокко, она маленькая и глупая девочка!
– Мне сегодня так не показалось, дан Марк.
– Эти ее капризы… она должна меня понять!
– А вы ее? Не должны?
– Я ее вырастил. Я ее любил…
– Любили, дан Марк? Надо полагать, теперь у вас иной объект для любви?
Дан Марк сдвинул брови.
– Я и сейчас люблю свою дочь. Но когда она начинает себя так вести… что мне остается делать? Я слишком баловал ее! Распустил!
– Ага. Дан Марк, поправьте меня, если я заблуждаюсь. Ваша дочь до двенадцати лет росла в убеждении, что она – главная женщина вашей жизни.
– Ее мать взяла с меня клятву…
– Так любил – или клятву?
– И то и другое… не важно!
– Напротив, очень важно, дан Марк. Но не будем тратить время, оно бесценно, особенно в моем возрасте. Я прислан его величеством приглядывать и за СибЛевраном, и за Адриенной. Я желаю… его величество желает, чтобы невеста его высочества до совершеннолетия сохранила рассудок и здоровье. Если для этого потребуется чуточку ущемить… нет, не ваши права, а ваше самомнение – не сомневайтесь. Я так и сделаю.
Дан Марк побагровел.
– Вы…
– Думаете, если я здесь, то можно делать что угодно? Ошибаетесь. Я обязан предоставлять его величеству ежемесячные отчеты. Можно и чаще, с голубями, но раз в месяц будет приезжать гонец, забирать подробный отчет, более того, инструкции таковы, что я лично должен буду отдавать письмо. Его величество предусмотрителен, у вас не получится ни подтасовать факты, ни запугать меня, ни причинить какой-либо вред. Да, и шантажировать меня – тоже. В случае моей смерти сюда приедут другие люди. Его величество сразу хотел отправить с даной десять гвардейцев, но мы убедили его, что это серьезный расход для СибЛеврана. Но малейшие его подозрения, малейшая неуверенность… вы понимаете, дан?
Дан Марк преотлично это понимал. И ему не нравилась сложившаяся ситуация. Только вот как ее изменить, он не знал.
– Дан Рокко…
– Дан Марк, здесь и сейчас вы меня не поймете. И не услышите, и понимать не пожелаете. Уж простите, я давно знаю эданну Сусанну. Нет-нет, я не стану говорить о ней ничего плохого. Вам предстоит самостоятельно разобраться и в жене, и в дочери. Единственный совет, который я вам могу дать, – не спешите. Если вы сейчас своротите горы, не разобравшись, то потом сильно пожалеете [16].
Дан Марк поднял брови.
– Сидеть и помнить, что я у себя дома не хозяин?
– Нет. Ставить интересы поместья на первое место, что и будет должным образом и отражено, и оценено его величеством. Равно как и ваша беспристрастность.
Дан Марк только головой качнул.
– Я надеялся на другое, дан Рокко.
– Понимаю. Но еще раз повторюсь, дан Марк, разговор этот должен состояться не сейчас, а через год. А пока… скажите мне, то, что рассказывала дана Адриенна, – правда?
– Я не знаю, что именно она рассказывала.
– Она занимается лошадьми? Выбирает их, покупает, определяет, кого и с кем скрещивать?
– Да.
– Благосостояние вашего замка держится на торговле скотом?
– Лошадьми в основном. Но да, у нас хорошие лошади, у нас козы… мы вычесываем их, торгуем вещами из пуха…