"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— А вот получи, собачье отродье! — гневно выкрикнул Муромец и ударил копьем точно в узкий вертикальный зрачок.
Магический шар оглушительно взорвался дождем сияющих осколков.
— Илья, побереги лицо! — только и успел крикнуть, шарахаясь в сторону, Колупаев.
Но Муромца было уже не остановить — охваченный неуемным богатырским азартом, он метался аки молния, сея вокруг разор и покрушения.
Уничтожив магическую хренотень, Илья выхватил верный меч и в щепки изрубил такой симпатичный резной столик, после чего принялся крушить украшавшие стены фрески.
— А ну-ка прекрати! — проревел возмущенный кощунственным поведением приятеля Колупаев. — Немедленно!
Как ни странно, богатырь послушался, покорно опустив меч и потупив глаза.
— Спускайся вниз, убоище, — строго распорядился Степан, осматривая учиненные Муромцем безобразия.
Магический шар восстановлению не подлежал, впрочем, как и изящный столик.
Сокрушенно покачав головой, кузнец направился к винтовой лестнице. Под ногами громко хрустели стеклянные осколки.
Позабыв о своем намерении хорошенько осмотреться с высоты белоснежной башни, русичи поспешно выскочили из жилища неведомого колдуна и благоразумно вернулись в лесную чащу.
Спрятавшись за деревьями, Колупаев принялся наблюдать.
Через полчаса около башни появился высокий белобородый старец в красивой развевающейся одежде и с огромным посохом, видать, магическим. Старец спокойно подошел к подножию башни и с великим достоинством поднялся по ступенькам.
Поначалу ничего интересного не происходило. Затем раздался пронзительный яростный вопль.
— Не-э-э-э-т… — донеслось из недр белой башни, — только не это, мой магический шар…
Небо над поляной стремительно потемнело.
— Бежим, убоище! — Кузнец схватил за шиворот сидевшего под деревом Илью. — Скорее, дурья башка, пока он нас не почуял.
— Хоббиты… — гневно неслось из башни, — сво-лочи-и-и-и…
— Это он о нас? — на бегу пропыхтел Муромец, перепрыгивая через большую гнилую корягу.
— Беги, орясина! — прошипел Степан, страстно желая лишь одного — чтобы неизвестный чернокнижник раньше времени их не заметил.
Прямо с неба в подножие высокой башни ударила мощная синяя молния, но вовсю удиравшие русичи этого, к счастью, уже не видели.
— Не буду врать, Ваше Величество, дела у нас идут не очень, — произнес в маленькое переговорное устройство главнокомандующий мериканской армией, — По всей видимости, великий Рональд МакДональд временно отвернулся от нас.
— Не мели ерунды, Сэм, — отозвался из устройства раздраженный голос царя Жорджа. — Четко и кратко опиши обстановку. Что там у вас стряслось?
— Русь отразила нашу вторую атаку, — хрипло ответил главнокомандующий, — но на этот раз нам все-таки удалось их здорово потрепать. Их армия ослаблена. Но прорваться к Киеву нам пока не удается.
— Каким же образом вы проиграли, Сэм? Неужели отсталые варвары изобрели некое доселе неизвестное нам оружие?
— Можно сказать и так. Мне трудно это объяснить, но они каким-то образом управляют силами природы.
— Что ты имеешь в виду? — раздраженно спросил царь.
— Ну… — несколько замялся главнокомандующий, — они заставляют разверзаться землю, постоянно меняют расположение наезженных дорог, путают ландшафт…
— И это все?!
— Нет, не все! — Мериканец вытер платком взмокший от напряжения лоб. — Они натравили на нас какого-то первобытного монстра.
— Первобытного монстра? — ошарашенно переспросил Жордж. — Это еще что такое?
— Мы точно не знаем. Полагаю, это был местный Годзилла.
— Полагаешь? Значит, лично ты его не видел?
— Нет. Я видел лишь опустошения, учиненные чудовищем, и его следы. Собственно, из-за внезапного нападения этого существа мы и проиграли сражение.
— А что наш новый союзник, этот… как его… половецкий хан? — недовольно поинтересовался царь. — Мы, кажется, пообещали ему политическое убежище и даже согласились вывезти весь его гарем.
— Все верно, — подтвердил главнокомандующий, — но помощь хана немногого стоила. Годзилла в первую очередь набросился на его конную армию, истребив ее подчистую.
 
— А сам хан?
— Сбежал. Вернее, пропал еще в начале битвы с чудищем.
— Значит, вы все-таки сразились с Годзиллой?
— Во всяком случае, попытались это сделать, но чудовище оказалось сильнее. Очевидцев не осталось, так что я даже не знаю, как там на самом деле все происходило. Монстр напал на нас, ну а затем бесследно исчез.
— Плохо. — Царь Жордж на другом конце переговорного устройства мрачно над чем-то задумался. — Знаешь что, Сэм, переходи-ка ты к нашему запасному плану.
— Вы имеете в виду переговоры? — на всякий случай уточнил главнокомандующий.
— Именно, Сэм. Попробуем разыграть эту карту. В конце концов, что мы теряем в случае неудачи? А выигрываем время. Пока суд да дело, я пришлю тебе резервные войска. Они будут у границ Руси уже через сутки. Уж с ними-то, я уверен, ты сломишь сопротивление в двадцать четыре часа. Вопросы есть?
— Все ясно. Я понял вашу мысль, — обрадованно заверил царя главнокомандующий. — Можете ни о чем больше не беспокоиться, мы прямо сейчас переходим к запасному плану…
Пресловутый запасной план был прост, как дважды два пять.
Согласно ему предполагалось вступить с Русью во временные мирные переговоры и любыми способами заманить к себе главного российского стратега князя Всеволода. Без него Русь долго не продержится, во всяком случае, главный хребет противника будет благополучно сломан.
Всеволода следовало быстренько захватить и сразу же переправить за окиян, и пусть только откажется сотрудничать — отправится прямехонько на тот свет.
В общем, над светлой головушкой князя Всеволода зависла нешуточная угроза.
После с большим трудом выигранной битвы штаб российской армии был перенесен в великий град Киев.
В Киеве слегка потрепанных русичей встречали всем миром как великих освободителей. Усталые воины неспешно входили в город. Кое-кому требовался отдых, а кто-то пришел залечивать боевые ранения. Все прекрасно понимали, что война далеко не окончена. Многие догадывались, что следующее сражение с врагом они наверняка проиграют. Вечно сдерживать превосходящего по силе и численности противника Русь не могла.
Великие князья расположились в каменном кремле — резиденции гетмана Шмальчука, который по совместительству являлся не только главным ватажеком казаков, но и князем удела краинского.
Князья неспешно обедали, когда к ним в трапезную вбежал адъютант Буй-тур Всеволода дровосек Парамон.
Ясно Солнышко чуть не подавился от такой наглости.
— Срочное дело, князюшка! — прямо с порога заголосил Парамон, спеша к красному концу длинного стола, где на почетном месте восседал сам Всеволод.
— Трясця твоей матери! — громко выругался хлебавший знаменитый краинский борщ Шмальчук. — Неужели твое дело не могло подождать до конца обеда?
— Нет, не могло, — несколько сварливо отозвался Парамон и, повернувшись к Всеволоду, браво отрапортовал: — Мериканцы гонца своего прислали, желают в срочные переговоры вступить.
Князья со звоном отложили серебряные ложки.
— Позвать их гонца сюда, князюшка?
— Ты что, Парамон, совсем сдурел?! — возмутился Всеволод. — Много чести им будет, ежели мы лично с их посланником беседовать станем. Пущай на словах передает, что ему надобно, и убирается ко всем хвостам собачьим.
Парамон быстро кивнул и поспешно выскочил из трапезной.
Князья невозмутимо вернулись к борщу.
— Славное варево! — похвалил первое Вещий Олег. — Токмо я не пойму, что это тут плавает, на отрезанные половецкие уши похоже.
— Это галушки! — оскорбленно ответил Шмальчук. — Не хочешь — оставь, я доем.
— Ага, — улыбнулся Олег, — размечтался, одноглазый!
Прочие князья, наблюдавшие за дружеской перебранкой, весело рассмеялись.
Воротился Парамон и прямо с порога доложил: