"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Когда руки вампира с силой толкнули се назад, заставляя отстраниться, у нее вылетел недовольный стон.
Л'эрт удивлялся, как он вообще еще хоть что-то соображает. И что же теперь делать? Он не подумал, что его способности перейдут к Керри, не подумал, что она станет суккубом. И соответственно, ее укус обладал ровно теми же свойствами, что и его. И поскольку у нее не было раньше аналогичного опыта, она просто не умела блокировать откат, при этом возникающий.
Керри снова попыталась прижаться к нему. Зрачки у нее были ненормально расширены, дыхание частое и прерывистое. Ее руки скользнули ему под рубашку.
Л'эрт понял, что еще чуть-чуть – и его возможности контролировать себя испарятся. И сделал единственное, что пришло в голову: перекинулся в летучую мышь и по безумно ломаной линии взмыл в небо.
Он понадеялся, что это хоть немного смягчит воздействие укуса. И сделает реализацию его желаний технически невозможным.
Он ошибся, причем дважды.
Керри проводила его полет восторженным взглядом. Ей было ненормально хорошо, только немного обидно, что вампир улетел. Так приятно было прижиматься к его прохладной коже.
Интересно, а она сможет стать мышкой?
Керри еще не успела додумать до конца, когда ощутила, как меняется окружающий мир вокруг, а в следующее мгновение весенний ветер ударил в ее крылья.
Он завороженно наблюдал, как она метнулась мимо него в ночное небо, чуть покружилась вокруг – а потом стремительно кинулась прочь.
Л'эрт хотел остаться на месте. Действительно хотел. Он даже попытался. Но часть разума, принадлежащая летучей мыши, восприняла убегающий полет самочки как приглашение – и его крылья вспороли ночной воздух, стремительно догоняя ее.
Она игриво ушла вниз по параболе и снова взмыла вверх. Он догнал ее в верхней точке и поймал, заворачивая то в одно, то в другое крыло, как в покрывало. Они почти сцепились в единый живой комок, когда Л'эрт последним усилием воли послал мысленный приказ вернуться в человеческий облик. Его мысли слишком путались, и посыл оказался настолько силен, что вышвырнул из облика мыши не только его, но и Керри.
И они грохнулись с высоты на верхушки покрытых весенней зеленью деревьев, с шумом обламывая ветки на пути своего падения. Создать аркан левитации было выше возможностей Л'эрта в его текущем состоянии.
Еще до того, как они коснулись деревьев, Л'эрт успел перевернуться, так, чтобы оказаться снизу, и большая часть ударов при падении пришлась на его тело. Если бы это еще хоть как-то сбило охватившее его желание! Куда там. Он едва замечал удары.
Они зависли, не долетев до земли нескольких метров, неуверенно покачиваясь в изломанном гнезде из веток.
– Ух ты! Круто! Я умею летать! – восторженно выдала Керри. Л'эрт заметил, что глаза ее выглядят несколько менее затуманенными. Может, хотя бы на нее воздействие прекратилось? – А как мы отсюда спустимся? Ой, как высоко! – Она глянула вниз и поспешно вцепилась в вампира. Проблема была в том, что она слишком плотно прижималась к нему и при своем движении задела некие чувствительные части его тела. Л'эрт застонал.
– Ох! Ты ударился, когда падал? Тебе больно?
Вампир с трудом сфокусировал взгляд. Членораздельная речь получилась только со второй попытки:
– Мышонок… ты вообще… соображаешь… на что ты… сейчас села?
Керри замерла на пару секунд, после чего мучительно покраснела и резко попыталась слезть прочь. Хрупкое равновесие, удерживающее их в листве, было нарушено, и они провалились вниз еще почти на метр. Но земля все еще оставалась слишком далеко. При этом девушка, чтобы не упасть, вынуждена была вернуться в исходное положение относительно тела вампира. Л'эрт издал полусмех-полустон.
– А знаешь… Мне начинает нравиться, – не удержался он от поддразнивания.
– Немедленно перестань!
– Я? Позвольте, но это же ты на мне елозишь!
– Но… это еще не повод… чтобы так реагировать… – беспомощно начала возражать она, но замолчала, не завершив фразы. Чужие мысли, чужие чувства, чужие эмоции валом нахлынули на нее, угрожая смыть в своем потоке ее собственную искорку сознания – с легким запозданием сработал аркан чтения памяти. Голову словно разорвало изнутри острейшей болью, тело свела судорога. Керри выгнулась назад и заорала.
 
Волны терзавшей ее боли окатили Л'эрта не хуже ледяного душа, смывая своим потоком вожделение. Керри схватилась за голову. Глаза у нее стали стеклисто-прозрачные и абсолютно бессмысленные.
Л'эрт попытался перехватить се руки, чтобы не дать ей свалиться, но она с такой силой дернулась прочь, что спровоцировала продолжение падения. На этой высоте ветки росли уже довольно редко, и вампир с девушкой пролетели до самой земли.
Л'эрт все-таки ухитрился по-прежнему держаться снизу, оберегая Керри. Острый обломок какой-то ветки насквозь пропорол его бок. Л'эрту показалось, что его внутренности пронзила огненная игла, но он старался не отвлекаться. Он продолжал удерживать Керри за руки, напряженно вглядываясь в ее сузившиеся зрачки и лихорадочно пытаясь вспомнить, что можно сделать, чтобы удержать ее разум.
Кричала она, уже почти не переставая. Куски чужой памяти спутанным калейдоскопом крутились в ее голове. Какие-то из них она понимала. Какие-то были лишь обрывками чувств, ни к чему не привязанных.
…Девчонка с соломенными волосами и конопатым носом заливисто смеется.
– Нет, правда! Я буду великим магом! Вот смотри, не покатаю тебя на драконе – будешь знать!
– Да врешь ты все. – Мальчишка с отсутствующим передним зубом презрительно фыркает. – Хвастун несчастный.
– Эй, ты на себя посмотри! И вообще, там этих книг целые кучи. Наверняка там и про парочку кладов рассказывается. А еще я стянул оттуда карту, когда старый герцог отвернулся.
– Правда? Покажешь?
Он вытаскивает замызганный кусок бычьей кожи с тщательно выполненным рисунком. Две светлые и одна темная головы увлеченно склоняются над ним…
…Он осторожно вытаскивает очередную соломинку из водопада каштановых кудрей.
– Ты хорошая-хорошая. И я люблю тебя. Нет, правда люблю.
Девушка, лежащая на спине, тихо смеется. Смех у нее мелодичный, как хрустальные колокольчики.
– Эй, чего я такого сказал? Я же серьезно! Хочешь, я на тебе женюсь?
– Что, прямо сейчас? А как же Инка?
Он неудержимо краснеет:
– Мм…
Она снова смеется:
– Да не дергайся ты так, я же пошутила! Ты что, обиделся?
– Еще нет, но начинаю над этим размышлять. – Уголки его губ непроизвольно поднимаются в улыбке. Ему слишком хорошо, чтобы он мог по-настоящему сердиться. – Кесс, тебе никто не говорил, что ты жуткая язва?
– В аналогичной ситуации? – Она кривит тонкую, чуть неумело выщипанную бровь.
– Не хочу слушать. – Он закрывает ладонью ей рот. – Не хочу и не желаю слушать ни про какие аналогичные ситуации.
Девушка отодвигает его пальцы:
– Почему? Вдруг я могу рассказать что-нибудь интересное?
– В следующий раз расскажешь. Не сегодня.
Она встряхивает головой и чуть прищуривается:
– А ты уверен, что он будет? Следующий раз?
– А разве нет?
– Ну… я даже не знаю… – Она хмурится в притворном сомнении.
– Ладно, тогда попробую тебя убедить…
– Мне же казалось, ты устал! – Она пытается вывернуться, но не очень настойчиво.
– Я?! Леди изволит шутить?
Она смеется. Хрустальные колокольчики звенят в воздухе…
… Изящно выточенные из слоновой кости фигурки бликуют в пламени свечей. Большая часть их уже снята с двухцветной игральной доски. Напротив него, с ногами забравшись в глубокое кресло, сидит черноволосый мальчишка. Несколько неуверенно он пытается двинуть одну из фигурок.
– Нет, Кай, конем так ходить нельзя. Я же тебе показывал. Смотри, ты можешь поставить его вот на эту клетку либо…