Паинька и Пай (СИ)

— Схватят и что? Я попрошу отца нас не трогать.
— Лимми, тебя никто не тронет. Даже не заругают. В худшем случае запрут дома.
— А тебя?
— Меня изолируют. От тебя, и вообще, — Черный Пес лихорадочно соображал, как лучше поступить. Один он бы легко скрылся, до ближайшего схрона не так далеко. С Лимми сбежать будет сложнее. А без Лимми он не побежит. Круг замкнулся.
— Тебе тоже надо поесть, — Лимми потянула Пая на кухню.
— Не убегу я далеко с полным пузом, — хохотнул Пай. Он зажег в спальне свечу. Пусть видят, что они с Лимми еще не спят. То, что за домом следят, он не сомневался. — Прорываться через лес будем или через деревню?
— Пай, — Лимми положила ладошки Паю на грудь. Ей нравилось так прикасаться. — А если я правда стану тебе обузой? Не впишусь в твою жизнь? Я ничего не умею.
— Лимми, мы уже говорили об этом, — Пай накрыл руки Лимми своей ладонью. — Не может сердце стать обузой. Без него просто умирают.
— Я выведу нас, Пай, — Лимми хитро улыбнулась. — Нам не придется прорываться. Они нас не найдут.
Лимми побежала в одну из кладовок, умудряясь ориентироваться в полумраке. Пай последовал за ней, вернее за запахом Лимми. В кладовке было узкое оконце, света луны едва хватало, чтобы разглядеть полки, заваленные травами, несколько бочек с медом и вином и полотняные мешочки, висевшие по стенам.
 Глава шестая. Побег 
Лимми действовала уверенно. Вытянула откуда-то старый ранец, наверно, еще в школу с ним ходила, подумал Пай, сложила в него мешочки со стен, до которых смогла дотянуться, надела ранец на себя.
— Поставь меня на эту бочку, Пай, — громким шепотом попросила Лимми. Она пошарила рукой под потолком и достала с укромной полочки резиновую грушу с дырчатой насадкой. Быстро опрыскала сначала себя, потом Пая. На вопрошающий взгляд пояснила. — Так всегда делала мама, когда уходила в лес. Нас не почуют.
Пай молча выполнял команды Лиманы, отложив все вопросы на потом. Сдвигал тяжелые бочки, помогал доставать какие-то припасы с полок и складывать их в ранец. Под одной из бочек оказался лаз. Лимми присела на корточки и быстро проговорила какие-то слова, лаз озарился тусклым желтоватым светом. Но спускаться Лимми не стала, вернулась на кухню.
— Лим, куда ведет лаз? — не утерпел Пай. Это было то, что нужно. Скрыться под землей.
— К реке. Мы туда не пойдем, но они будут думать, что мы пошли, — Лимми изо всех сил дернула ручку, пытаясь открыть крышку люка в подпол. Пай отстранил ее.
— Я на что тебе?
В подпол вела довольно длинная, в рост Пая, скрипучая лестница. Когда захлопнули крышку, стало темно, но Лимми это не мешало.
— Стой у лестницы, ее надо будет опрокинуть, когда зажжется свет, — Лимми пробралась в дальний угол, за фундамент печи.
Пай не видел, что она там делала, но вдруг вспыхнула узкая полоска бледного света и Пай толкнул лестницу. Лимми ждала его у приоткрытой двери, за ней виднелся подземный ход.
— Ну и дела у вас тут творятся, — хмыкнул Пай. — Твоя мама случаем не контрабандист?
— Она целительница, — возмутилась Лимми.
— Вот я балбес, не догадался, — Пай на мгновение прижал к себе Лимми и чмокнул в макушку. — А этот путь куда?
— На границу с Лиловой провинцией.
— Сойдет. Правда, у меня там было недопонимание кое с кем.
— Любовные дела? — нарочито равнодушно поинтересовалась Лимми.
— Лим, малышка, если бы я знал, что встречу тебя, такую потрясающую, я бы в горах отшельником жил. Пай стянул ранец с плеч ревнивой Лимми. — Доверишь понести?
— Неси, — буркнула Лимми и шагнула в проем. Как только они вошли, дверь сама закрылась. Пай огляделся. Мох на стенах тускло мерцал, давая достаточно света. Такой мох Пай видел только в чаще у Гилдерина.
— Лимми, — Пай не собирался оставлять без внимания обиду любимой. — Поцелуй меня.
— По-дружески?
— Лимми, ты мне теперь любимая жена, зачем нам дружеские поцелуи? — Пай сгреб Лимми в охапку, нашел мягкие губы и стал целовать. Нежно, тягуче, сладко. Пока коленки у Лимми не начали подгибаться. — Пойми, моя сладкая, я не трогаю тебя только потому, что нам нужно убраться отсюда поскорее. Ты еще убедишься, как я тебя люблю и хочу. Пощады будешь просить.
 
— Не буду, — заверила повеселевшая Лимми.
— Давай, ты верхом поедешь, — взмолился Пай немного погодя. Подземный ход оказался узким и низковатым для Пая. Лимми почти бежала, и Пай постоянно задевал плечом стены и стукался головой, спеша за ней.
— Давай, — Лимми забрала ранец и с удовольствием залезла на спину пса. И быстрее будет, и можно обнимать Пая, почесывать за ухом и зарываться лицом в густую, мягкую шерсть.
Пай рванул вперед. Теперь ему ничего не мешало, Лимми рядом, а откуда у скромной целительницы дом с таким подземным ходом, он выяснит потом. Через час Пай вынужден был притормозить и перекинуться. Подземный ход раздвоился.
— Куда нам, Лимми?
— Этот ход я не знаю, раньше он мне не открывался, — шмыгнула носом Лимми.
— Ты, что, одна тут бегала?
— А с кем я тут могла бегать? Когда совсем маленькая была, мама брала меня с собой. Она думала, что я не запомню, а я запомнила, — похвасталась Лимми.
— Ты у меня одна сплошная загадка, — покачал головой Пай. — Проверим новый ход? Насколько я понимаю, Рексу до нас теперь не добраться. Разве что дом по бревнышкам раскатает.
— Мама ему не позволит, — захихикала Лимми. — У нее скалка есть.
— С твоей мамой я бы охотно побеседовал, — ситуация напрягала Пая. Он передумал селиться недалеко от родителей Лимми. Злой на него Рекс. И слишком много колдунского для простой деревенской целительницы. — Смотри, Лимми, если сверить направления с картой провинций, то этот ход должен вести к Зачарованному лесу.
— А я карт не знаю, я же в школе не училась, — отмахнулась Лимми, сделала несколько шагов и ход за ней закрылся. Как не было. Пай ошалело провел рукой по стене.
— Лимми! — заорал он как безумный. — Лимми, вернись!
Пай в миг понял, что такое лишиться самого важного в жизни. Сердце пронзила острая игла боли, подобную Пай никогда не испытывал. Он упал на колени, слепо шаря руками по стене, сдирая мох. Как открыть этот чертов проход? Никого не боялся Пай, укради Лимми хоть сам черт, он бы так не испугался. Нашел бы мерзавца и собственными руками разорвал бы в клочья. Но в этой ситуации он был бессилен, враг не опознан, кому мстить? От отчаяния Пай завыл. Протяжно и зло. Неожиданно проход открылся и ему на грудь кинулась Лимми. Живая и невредимая.
— Пай, я оглянулась, а тебя нет. Почему ты не пошел за мной? Я так испугалась, — капризно выговаривала Лимми Паю и вдруг осеклась. Она заметила в волосах Пая серебристую прядку, тонкую, но такую неуместную в черной гриве. Слезы посыпались крупным горохом. Лимми судорожно обняла Пая за шею. — Пай, прости меня. Я нечаянно.
— Лимми, ты вернулась за мной, — Пай, наконец, смог вдохнуть полной грудью, обнять любимую, потрепать мягкие кудри. — Не плачь, мой щеночек. Я бы никуда не ушел. Я бы ждал тебя здесь. Всю жизнь бы ждал.
— Пай, — Лимми смотрела, не мигая, круглыми зелеными глазищами, кусала губы и заполошно дышала.
— Это мое дело, кусать твои губы, — Пай нежно поцеловал Лимми, утешая и лаская.
От слез губы Лимми стали солеными. Пай слизывал слезинки с лица и вдыхал еле уловимый любимый запах. Настойка, которой Лимми их опрыскала, исправно действовала. Лимми обмякла в его руках, робко, но призывно улыбнулась, готовая отдаться прямо здесь, на голой земле. И Пай был рад уложить и взять податливую Лимми, сделать своей по-настоящему, но в голове как молоточками застучало: “Не здесь, не так, не сейчас”.
— Мы больше не отходим друг от друга, договорились? — Пай с трудом взял себя в руки, но его Лимми достойна лучшего первого раза. — Мы направляемся в Зачарованный лес, это опасно и непредсказуемо.
Решение спорное и далось Паю нелегко. В Лиловой провинции у него был дом, логично было бы отправиться туда. Закрепить связь с Лимми, пожить семейной жизнью, подумать на досуге. Его дом неплохо защищен, и там у него есть проверенные союзники. Можно выждать, а потом отправиться за ответами. Но что-то Паю не давало выбрать простейший путь. Зудело и мучило. И тянуло в Зачарованный лес.