Спой, маркитантка! (СИ)
Все до капли выпивайте!
Осушайте в рюмках дно!
Мы живем в печальном мире;
Всякий горе испытал,
В бедном рубище, в порфире, -
Но и радость Бог нам дал.
Он вино нам дал на радость,
Говорит святой мудрец:
Старец в нем находит младость,
Бедный – горестям конец.
Кто все плачет, все вздыхает,
Вечно смотрит сентябрем, -
Тот науки жить не знает
И не видит света днем.
Все печальное забудем,
Что смущало в жизни нас;
Петь и радоваться будем
В сей приятный, сладкий час!
Да светлеет сердце наше,
Да сияет в нем покой,
Как вино сияет в чаше,
Осребряемо луной!*
Не успела ещё закончит петь, как военные вокруг радостно восклицали «Ура!» то обнимая её, то целуя в щёчки. Данило смотрел, как она весела, как не противится столь резвому вниманию гусар, а на душе всё переворачивалось... Каждый вокруг неё пытался выразить или объятиями, или словами своё очарование. Каждый пытался примерить ей свою шапку, считая, что именно в ней она выглядит ещё краше...
Крики наперебой, смех и довольство было чуждым Даниле, как и его всё заметившему другу. Серж не замедлил встать подле и поддержать:
-Почему не уведёшь, как тогда на луг?
-Не нужно ей это, видно, - молвил Данило, не отводя от неё взгляда. - А я таким слабым и трусливым себя никогда не находил.
-Уведи, скажи ей всё, - хотел подтолкнуть к действиям друга Серж, но тот покачал головой:
-Признавался я ей тогда на лугу в чувствах своих... Не слушала она,... не захотела слушать...
Так и наблюдали друзья за весельем вокруг Софьи, слушали комплименты в её адрес и стихи, пока не позвали к ужину. Каждый товарищ попытался угостить Софью своим вином или ужином, но она любезно, будто избегает теперь всех, будто всё до этого было всего лишь игрой, ушла к кухарке и стала помогать ей...
Прямо к концу ужина мамка Дина с Люси вернулись. Они оставили повозку, наполненную бочонками вина у навеса кухарки и направили шаг к общему костру. Переодетая в цыганское платье мамка Дина сразу привлекла к себе внимание, а идущая впереди Люси стала звать к себе, сообщив, что несёт пряники из деревни, которые передали люди специально для полка...
-Да будете все здоровы и сильны уничтожить врага прежде, чем он коснётся своим оружием! - договорила Люси послание от жителей деревни, а гусары радостно её стали обнимать, так же целовать в щёчки, как и сидевшую в окружении остальных Софью.
-А платье от чего цыганское?! - удивился генерал и стал раскладывать на столе карты. - Кто со мной?
-Мы! - отозвался тут же Серж, дёрнув Данилу за рукав.
Бросив вновь взгляд в сторону веселившейся с кавалерами вокруг Софьи, Данило скоро уже сидел с несколькими из военных товарищей за столом и играл в карты. Не имея настроения играть, он всё же участвовал в этом развлечении. Он не отказывался и от водки, которую стала продавать Люси, а взгляд всё возвращался к Софье, невольно обращающей внимание на него, хоть её и пытались отвлекать весёлые гусары вокруг...
-Цыгане были в деревне. Обещали прибыть завтра сюда. Споют для вас да непременно станцуют! - ответила на вопрос генерала мамка Дина и, со всей строгостью взирая на Софью и что вокруг неё происходит, направила шаг к ней...
* - «Весёлый час», Н. М. Карамзин, 1791 г.
Глава 13
Мамка Дина взяла Софью за руку, дёрнув к себе от гусар, и повела за собою:
-Чего удумала? Это кто тебе столько вина дал?
-Что ты, маменька? - смеялась Софья, и та отвела её за шалаш:
-Развеселилась, гляжу. Может и на большее согласишься уже?
-Что случилось? - прибежала к ним всё заметившая Марта, которая до этого проводила время лишь в компании одного военного...
Так и гуляли они вдвоём вокруг, обращая внимания и на то, как многие крутились вокруг Софьи, веселясь с нею и выпивая вино. Когда же мамка Дина с Люси вернулись, Марта одарила своего кавалера жарким поцелуем и убежала к шалашу с чувством, что может происходит что неприятное и должна об этом знать или чем помочь...
-Любовь не может быть жестока, - смеялась Софья. - Правда?
-Ты пьяна, это я вижу уже давно, - улыбнулась Марта. - Мам Дина, влюбилась она что ли?
-Я ей влюблюсь, - пригрозила та Софье кулаком. - Обманутой хочешь быть?
-С ним хочу быть, - простонала томно Софья.
Она закрыла глаза, ощущая, как с неба стали падать мелкие капли дождя, и скрылась в шалаше, еле удерживаясь на ногах, чтобы не упасть... Убрав распущенные волосы, словно перестала играть роль цыганки, мамка Дина заплелась, накинула на платье жакет и глубоко вздохнула:
-Ступай Марта. Ты знаешь, чем заняться.
-Да, маменька, - еле слышно молвила та, бросив взгляд на шалаш и вслед мамки Дины, направившейся к играющим за столом в карты гусарам.
Видела Марта среди них Данилу, внимание которого к Софье ни для кого уже не было секретом. Всё понимала. Всё знала, что теперь будет, а в душе как-то стало будто жаль. Всё же начавшийся дождь будто смыл все тревоги. Она вернулась к ожидавшему её кавалеру и скрылась с ним под навесом кухни, где снова была занята милой беседой с ним...
-Хороша игра, - постояв некоторое время возле играющих в карты, улыбнулась мамка Дина.
Данило слышал её, стоящую за его спиной, но не оглянулся. Заплатив ещё за порцию водки, которую Люси тут же ему налила в рюмку, Данило залпом выпил и продолжил игру в карты, пока не вышел из неё.
Тем временем, будто вспомнившая что Марта оставила своего кавалера и убежала в шалаш к Софье, что заметила мамка Дина.
-Отойдём-ка, Протасов, - взяв его под руку, прошептала она, уводя к шалашам, и остановилась перед глазами:
-Тебя ждёт одна из моих девочек. Помощи просит. Не откажи.
-Помощи? - удивился Данило, но чуть качнулся, почувствовав, что выпил чуть больше допустимой себе нормы.
Однако, стараясь стоять прямо, он смотрел в глаза собеседницы...
-На этот раз платить не придётся. Иди в шалаш... Софья ждёт тебя.
-Софья? О чём ты? - не совсем понимал он, а мамка Дина вновь взяла его под руку и подвела к шалашу, откуда тут же вышла Марта:
-Ах, она готова, ждёт, - улыбнулась немного растерянно она и пропустила Данилу войти.
Тут же за ним полы шалаша закрылись, но этого он даже не почувствовал... Он стоял и смотрел на Софью... Она, словно летая в мечтах, улыбалась в ответ, прикрываясь тонким покрывалом. Обнажённые плечи и ножки манили прикоснуться к шёлку кожи...
-Ты? - удивлённо спросил Данило, медленно опускаясь рядом на колени, а Софья томно молвила:
-Да... Я... Будь нежен...
-Нежен, - прошептал эхом Данило и склонился над губами её...
Через какие-то незаметные для обоих мгновения оба уже коснулись обнажёнными телами друг друга. Они осторожно обнялись, желая сомкнуться в поцелуе, и губы их соединились. Сладостно, тепло, а скоро всё более безудержно...
Ещё мгновение, и... Данило налёг между её вдруг раздвинувшихся ног, пронзив болью... Вздрогнув и вскрикнув, Софья задрожала. Её глаза раскрылись широко, словно и хмель вся прошла...
-Нежен,... молю, - прошептала она.
-Тише,... милая, - прошептал в ответ Данило и стал целовать так сильно, прижиматься к ней так жарко, что очень скоро никакой боли она уже не испытывала.
Наоборот... Извиваясь в горячих объятиях, познавая новые для себя ощущения, о которых раньше лишь мечтала, Софья стонала от подкрадывающегося блаженства. Данило еле сдерживал себя, чтобы продлить сей райский полёт, но и тому пришёл конец... Оба утомлённые, но не выпускающие друг друга из объятий так и уснули...
Часто просыпался той ночью Данило. Будто боялся, что всё окажется сном, что исчезнет милая рядом, но нет... Она спала на его груди крепко, а он снова гладил её в своих руках и засыпал...