Спой, маркитантка! (СИ)
Софья остановилась у широкого дуба в стороне. Не смела она сделать шага, чтобы отвлечь милого Данилу, уже положившего на своего коня вальтрап* и закрепляющего седло. Её же мамка Дина пока не стала тревожить. Села на пенёк и принялась зашивать одну из лежащих рядом одежд. Она наблюдала, как к Даниле подошёл Серж, как кивнул в сторону Софьи... Данила сразу оглянулся. Закончил пристёгивать ремень седла и подбежал к возлюбленной, сразу прижав за талию к себе:
-Родная, - стал целовать он её шейку и губы пылко, а простонавшая от страха потерять сей рай Софья прошептала:
-Мне страшно...
-Не бойся ничего... Я человек чести, и никогда не предам тебя, - прикоснувшись с нею лбами, прошептал Данило. - Люблю.
-Люблю, - ласково молвила и она, а губы их снова отыскали друг друга.
-Господа офицеры! В путь! - послышался клик генерала, севшего верхом и крутившегося на безудержном коне. - Французы на подъезде к деревне! Поможем им не заполучить ничего!
Вокруг генерала тут же названные офицеры собрались верхом и вскоре мчались прочь из лагеря. Обратив на них внимание, нехотя отпускали Данило и Софья друг друга из объятий, словно расставались навсегда.
Опомнилась вовремя Софья и сняла с шеи ладанку с изображением Христа, надев её милому. Данило прикоснулся ладонью к подарку и взглянул в прослезившиеся глаза возлюбленной:
-Я вернусь, - улыбнулся он и поспешил в путь...
Верхом мчался он прочь, догнав скоро уехавших товарищей. Ещё долго стояла Софья у дуба, глядя ему вслед. И не замечала она ни как мамка Дина с недовольством поглядывала, ни как из своего шалаша вышла Люси, а следом за нею Пётр, внимание которых тут же привлекло то, каким поцелуем одарил её Данило и как чувственно расстались...
-И всё равно ты на неё смотришь? Это после меня-то? - улыбнулась Люси, погладив Петра по щеке.
-Ты хороша, милашка, - улыбнулся он, не сводя глаз с Софьи. - Но понимаешь,... это теперь дело... чести. Дуэли быть.
Он достал из кармана белую перчатку, которую Данило накануне кинул ему под ноги, и усмехнулся:
-Дуэль.
-Хм, как глупо, - равнодушно хмыкнула Люси и ушла к мамке Дине, сразу нашёптывая о чём-то.
-Тебе всё равно?! - удивилась, выдержав паузу после своего рассказа, Люси.
Она с удивлением смотрела на продолжающую шить мамку Дину, и та, пожав плечом, молвила:
-Ах, гусарам лишь бы пострелять. Соблазнители самые известные да дуэлянты не меньше... Подумаешь. Мало ли. Вы чего-то не тем заняты.
-Почему не тем? Пётр хорошо заплатил, - улыбнулась Люси. - Жалко такого будет потерять, коль Данило убьёт его.
-Все были свидетелями, как Данило перчатку ему бросил, - улыбалась мамка Дина. - И почему? А всё из-за вас, мои красавицы, - ткнула она её пальцем в подбородок. - Это же чудесно!... А дуэль... Про дуэль генерал прознал сразу и предупредил Петра, чтоб пока идут военные действия никаких дуэлей не смели устраивать. Так что всё будет тихо. Дождутся окончания войны, а там уже... Мы не узнаем ни о чём.
-Ах, - понимающе кивала Люси и хихикнула. - А потом появилась я, подошла, а Пётр схватил меня на руки и унёс в шалаш. Да в мыслях у него всё одно заполучить Софью, как я поняла.
-Не получит он её пока. У меня на неё свои планы, - уверенно сказала мамка Дина и взглянула в сторону Петра, который тем временем уже беседовал с несколькими из товарищей, совершенно будто не замечая Софьи.
Та, печалью наполнившись, так и стояла у дуба, пока подошедшая кухарка не повела за собою, предлагая развеяться за чисткой овощей...
-Мам Дин, - махнула рукой вышедшей из шалаша Марте Люси, но продолжала интересоваться. - Скажи же уж нам, - подождала она, когда Марта сядет рядом, и продолжила. - Что за планы у тебя с Софьей? Почему так оберегала её, позволяла книжки читать, рисовать, петь, но долго не быть среди кавалеров?
-Да, мы заметили, - подтвердила Марта. - А как Протасов появился, сразу ему и отдала её. Почему?
-В мои дела не лезьте, в том был уговор, или нет? - строго взглянула мамка Дина.
-Был, - переглянулись подруги и поняли, что добиться правды вряд ли получится...
* - вальтрап — суконное покрывало, подкладываемое под седло.
Глава 18
Резво примчались чёрные гусары к своему лагерю. Известно было от пары шпионов, как не так давно побывали на разведке и удалось прознать, куда направляются французские отряды; что в планах у тех есть нападения на поселения и захват всего добра.
Пока один отряд чёрных гусар прибыл спасать одну деревню, другие разделились прогнать французов из других деревень. Только люди всех тех поселений не догадывались о том, что вот-вот будет происходить...
Молнией прибыли к месту чёрные гусары, и жители стали разбегаться в стороны, прятаться по домам и кричать:
-Французы! Смертушка! Боже упаси!
-Прекратите панику! Русские мы! Свои! - кричали в ответ гусары, а один из стариков медленно вернулся из дома на двор:
-Свои?
-Свои, - улыбнулся ему Данило и слез с коня, как остальные девять товарищей, с которыми приехал. - Как же вы смеете думать, что французы?
-Разве форма на нас ихняя?! - подивился другой гусар.
-Так чёрные какие да,... - пригляделся старик к эмблеме на шляпе Данилы. - С черепом...
-Смерть французам мы, но не вам! - улыбался тот. - Россия будет жить! Ура!
-Ура! - воскликнули товарищи. - И руки у государя длинные! Достанем французов, не пустим!
-Однако, - погрозил друзьям пальцем Серж. - Будем очищать путь!
Объяснили гусары собравшимся жителям деревни, что, поскольку французы подъезжают, приказ был отдан без кровопролития очистить деревню так, дабы навести на французов страх. Просили и прощения, что без предупреждения явились, но времени не было...
Все вместе стали спешить, трудиться осуществить эвакуацию: увозили всех и всё, лишь бы не отдать добровольно врагу. За совесть трудились, клали всё в повозки и увозили туда, куда указывали спасающие добро чёрные гусары. Будто и сама дорога издавала скрип, как из-под немазаных колёс телег, передвигающихся по ней.
Вовремя успели вывезти жителей, их вещи и животных вместе с фуражом*. Часть отряда гусар отправилась с ними и телегами, а другая — притаилась в лесу у дороги поджидать французов. Недолго оставалось ждать, когда небольшой отряд французов показался на горизонте...
Весело распевая французские песни, они, видимо, и не гадали застать русских офицеров в этом месте. Песни их стихли сразу, как въехали в совершенно тихую и пустую деревню. В панике стали бегать по дворам, смотреть вокруг... Ничего... Никого... Только и оставалось развести руками, но внезапно выскочившие перед ними на резвых конях чёрные гусары взмахнули саблями над головами и с криками стали нападать.
Застанные врасплох французы не успели собраться ни духом, ни мыслями... Тринадцать человек были привязаны к своим коням. Оставив лишь пятерых, чтобы забрать в плен, чёрные гусары ударили хлыстами коней французов, и те потащили неприятелей по земле, удаляясь прочь от деревни.
-А ты, - встряхнул Серж одного из французов перед собой и стал на французском объяснять, чтоб уехал к своим и предупредил о смерти, коль не повернут домой.
Вытаращив испуганно глаза на эмблему с черепом, француз назвал их смертоносным полком и скорее рванул верхом с места вдогонку своим. Только и слышал он вслед разразившийся хохот гусар:
-Бойтесь! Наша сила такова!
-Не зря берегут нас для особых дел! - воскликнул счастливый за успех Серж, и каждый гусар ударил друг другу торжественно по ладони:
-Да чтоб страху в них увеличилось!
С великой гордостью за успешно выполненное задание чёрные гусары вернулись в лагерь как раз к ужину. Сразу, как слез с коня, подбежал Данило к оглянувшейся от беседы с кухаркой Софье. Подхватил он её в объятия, кружил и целовал. Смеялись они счастливо так, что многие, даже заметивший генерал, любовались сим восторгом.