Развод в 51. Соври мне правду

– Бонусной карты нет, оформлять не надо. Плачу по карте, – на автомате отвечаю я, снова чувствуя на себе сверлящий взгляд. На секунду оборачиваюсь назад и вижу, что странная женщина смотрит уже на Лиру. Ощущение, что она хорошо знает её, хочет подойти, но боится. Потом переводит взгляд с нее на меня и обратно…
Спешно расплачиваясь за покупки, и с пакетами в руках иду к выходу. Женщина идет следом. Да, черт возьми, что ей от нас нужно? Нащупываю в кармане перцовый баллончик, готовясь распылить его содержимое в эту маньячку. В последнее время, каких только ненормальных нет. На прошлой неделе в этом районе один больной на голову пырнул на улице прохожего только потому, что ему не понравилось, как он на него посмотрел. Так что расслабляться не стоит…
   
Глава 5
 
– Бери ключи и иди к машине. Подожди меня там, я попозже подойду, – показываю сироте, как снять машину с сигналки, даю пакеты с обновками и иду к странной женщине. Не двигаясь с места, она напряженно следит за моими действиями.
Подхожу к ней ближе. В нос ударяет запах немытого тела и грязной одежды. По возрасту она годится Лире в бабушки. Но ведь Зорин уверял меня, что девочка – круглая сирота. Интуиция с самого начала подсказывала мне, что он врет. Так оно и оказалось…
– Вы следите за мной. Что вам от меня нужно? – задаю вопросы в лоб.
Переминается с ноги на ногу и явно нервничает. К “аромату” немытого тела прибавляется еще и запах перегара. Брр… неприятная особа.
– Я… я не слежу. Извините, – испуганно смотрит на меня и разворачивается, чтобы уйти. – Я ничего не сделала, я ничего не сделала плохого.
– Да, подождите вы, не бойтесь, – достаю из сумки пятьсот рублей. Женщина явно нуждается в деньгах, к тому же пьющая. Дам ей купюру, потом еще, если нужно, и она ответит на все мои вопросы.
Заметив в моих руках деньги, она оживилась и подошла ко мне ближе. – Что вы хотите?
– Скажите, вы … вы ведь следили не за мной, а за девочкой, с которой я была? Вы ее знаете? – пытливо смотрю на собеседницу.
– Да… я знаю. Это моя малышка, – выдыхает она и выхватывает из моих рук купюру.
– Вы ее мать?! – в шоке выговариваю я. Это кажется каким-то бредом. Если Зорин просто хотел вырвать ребенка из неблагополучной семьи, то почему просто не сказал мне правду? Я бы поняла и приняла ее.
Нет… что-то в этой истории нечисто.
– Не мать… старовата я для ее матери. Я ее бабушка, – уточняет она, оглядываясь по сторонам. – Случайно увидела ее… хотела убедиться, что с ней все хорошо.
– Вы – мать Василия Сиврикова? – продолжаю допытываться я.
– Не мать… он мой зять. Ну, был моим зятем, – слегка нервно отзывается она. Замечаю, что у женщины трясутся руки и она судорожно сглатывает слюну, будто сильно хочет пить. – Хотите пива? – внезапно озаряет меня.
Она, молча, кивает. Ее глаза радостно блестят и она послушно идет за мной в кафе. Потом жадно припадает ртом к кружке с пенным. Терпеливо жду, пока ей станет лучше, чтобы продолжить расспросы.
– Скажите, а ваша дочь… Она давно умерла?
– Да вы что?! Типун вам на язык, – возмущенно замахала она руками, словно отгоняя нечистую силу. – Полька у меня хоть и дурная, но смерти я ей не желаю. Живая она, сейчас в клинике лежит, лечится.
Ситуация с бездомным подростком стала ещё запутанней… Желаю, что отпустила мужа в командировку, не устроив ему тщательный допрос. Мерзавец знает правда – в этом я точно уверена. Хотя допросом я бы ничего от него не добилась, ведь муж мастерски умеет врать и изворачивается. На любой вопрос у него всегда ответ есть, да такой, что не прикопаешься. Не пытать же его…
С ним нужно действовать тоньше…
– Но если ваша дочь жива, то почему не воспитывает своего ребенка? – потеряно бормочу я.
– Не может она – её прав материнских лишили. За пьянки и прочее. Нет, вы не подумайте, она не всегда пила. Раньше она нормальная баба была… хозяйственная. Работала, за малышкой смотрела. Потом Василий погиб. Вот она как с ума и сошла. Уже несколько лет пьет, – виновато прячет глаза женщина, допивая напиток.
Так, стоп! Тут какая-то нестыковка. Зорин рассказывал, что его приятель разбился в ДТП недавно…
– Ваш зять погиб несколько лет назад? – выдыхаю я.
– Да. Слушайте, мне уже домой надо. Спать очень хочется, – встает из-за стола, поправляя грязную кофту. Пытаясь скрыть свое отвращение, отворачиваюсь в сторону. Не понимаю, как женщина может довести себя до такого состояния… Я бы с удовольствием попрощалась с ней навсегда, но у меня к ней еще много вопросов. Насильно удерживать ее я не могу. Но есть у меня одно универсальное средство.
– А если я заплачу, вы останетесь? – демонстративно достаю из сумки кошелек. – Сколько вы хотите?
– Тысячи хватит и купи бутылку… водки. Но что тебе еще от меня надо, не пойму. Я сказала все, что знаю, – недовольно морщится женщина. – В кафе больше сидеть не хочу – светло тут слишком и людей много. Раздражают они меня. Пошли ко мне. Я тут недалеко живу. В деревяшке. Но сразу предупреждаю – у меня не прибрано. Гостей я не ждала.
 
Глава 6
 
Повернув за угол, мы будто попадаем в параллельную реальность. Непонятно, как в районе, в котором полно фешенебельных отелей и модных торговых центров оказалась эта трущоба. Всматриваюсь вдаль и замечаю еще один дом, а за ним пустырь.
– Все дома снесли, скоро и до моего доберутся, – проворчала женщина. – Оно и к лучшему! Может, наконец-то, поживу, как человек… с удобствами.
Незнакомка ныряет в темный подъезд. Я двигаюсь следом, поднимаюсь по скрипучей лестнице, зажимая в кармане перцовый баллончик и периодически оглядываясь назад. Ощущение, что за мной кто-то идет. Замираю, мысленно проклиная себя за мягкотелость.
Не зря сестра говорила, что моя доброта меня погубит. В детстве я приносила в дом бездомных животных и выхаживала их. Родители меня за это ругали и лишали сладостей. Получается, я делала добрые дела, а меня за это наказывали.
А сейчас я вместо того, чтобы выкинуть из дома черти откуда взявшуюся девку, тащусь в полуразвалившуюся трущобу за какой-то алкоголичкой. Хочу разгадать загадку, добыть доказательства… И зачем? Да, тут и ёжу ясно – таинственная сирота родилась от моего мужа. Надо просто послать этого кобеля в веселое путешествие, подать на развод и разделить имущество. А я еще, как дура шмотки чужой девке покупаю, ухаживаю за ней, кормлю…
Надо прекращать быть дурой, которой пользуются все, кому не лень. С этой мыслью я решительно разворачиваюсь назад, наступаю на что-то мягкое и с воплями лечу вниз.
Как же больно…
– Да, как тебя угораздило? Под ноги смотреть надо! – склоняется надо мной женщина и помогает встать. – У нас тут мины кругом.
– Ми-ны? – в шоке выдыхаю я, подозрительно принюхиваясь. Еще чуть-чуть из меня вывернет на эту грязную лестницу.
– Ага… Это у нас Плюшка мины оставляет … соседский пес. Старый… на улицу ему неохота идти, вот он на лестнице и гадит, – объясняет она. – Меня кстати, Капитолина зову. Но ты можешь звать меня просто Капа. Зайди, хоть туфли отмоешь, а то разит от тебя за версту, – внезапно раздобрилась жительница “деревяшки”, приглашая меня войти.
Колготки порвала, коленка болит и теперь я в расплату за свое нездоровое любопытство еще и хромаю.
Как сомнамбула наблюдаю, как бабушка Лиры ковшиком черпает воду и наливает ее в таз. – На, помой туфли, – ставит передо мной таз и кладет рядом тряпку с мылом.
Вспоминаю, что я обещала ей деньги за информацию. Поэтому она такая добрая вдруг стала – надеется получить тысячу.
  
– Пошли в комнату… там чище, – сказала она, заметив с каким видом я оглядываюсь по сторонам.
– Мне уже пора, – ставлю таз на месте и стараюсь не дышать носом. От водных процедур мои туфли чище не становятся, поэтому можно больше их не тереть.
– В смысле пора? А деньги? Ты мне деньги обещала и бутылку водки. Я выпить хочу, – голосит хозяйка квартиры.