Черное лето Тартара (СИ)

— А Рая? — спросила мама Оли.
— Она тоже.
— Ты нашел тех, кто это сделал?
Генри кивнул.
— Ты их убил?
Генри кивнул.
— А что с девочками?
— То, что от них осталось я кремировал. Место я потом покажу. Простите, я пойду.
— Подожди, — сказал отец Оли, он подошел к Генри, обнял его и прошептал сквозь слезы,- Спасибо.
— До свидания, — и Генри вышел на улицу.
Возле дома родителей Оли стояла толпа соседей. Когда Генри спускался по ступенькам, из дома раздался дикий крик мамы Оли, — Доченька моя!
В толпе тоже все все сразу поняли. Раздались возмущенные голоса:
— Сколько еще это будет продолжаться?
— Сколько еще мы будем терять дочерей?
— Куда смотрит полиция?
— Они только благородных защищают, а на плебейских детей им наплевать!
— Кто защитит наших детей?
— Идемте к Управлению полиции и скажем им все что о них думаем.
Назревал спонтанный бунт. Дорогу Генри преградил здоровый взрослый мужчина.
— Мастер Генри, ты нашел тех кто это сделал?
Генри кивнул.
— Мастер Генри, ты убил их?
Генри молча смотрел ему в лицо и моргнул глазами.
— Я все понял, — мужчина обнял Генри. Генри повернулся к толпе.
— Уважаемые граждане, — спокойно сказал он, — через два дня на Тартар в наш город прилетает сам Магистр Горной Гильдии. Он обещал навести с этим порядок.
Все быстро успокоились. Само имя Магистра имело магическое значение среди горняков.
Генри вернулся домой. На кухне сидели мама, отец и Яна.
— Я все сделал, они все поняли, сказал он.
— Спасибо, сынок, — спокойно сказала мама, — что-то я устала, пойду прилягу. Она встала, сделал несколько шагов и упала на пол.
— Мама, — Генри бросился к матери, — Она не дышит! — Он стал делать ей непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. Вызывайте скорую помощь, — крикнул он оторопевшим отцу и Яне. Яна среагировала первой, схватила телефон, набрала номер, и продиктовала адрес, умоляя приехать как можно быстрее.
Через десять минут скорая была уже возле дома. Ей осталось только констатировать смерть мамы.
  
Глава 8
 
Со дня смерти мамы прошло два дня. Наступила последняя ночь перед похоронами. В ритуальном зале городского отделения Горной Гильдии стояло два гроба. Один, поменьше и закрытый, возле которого стоял на подставке портрет Раи младшей. И второй открытый, в котором, в форме майора штурмового батальона космического десанта Имперского флота, лежала Рая старшая. Рядом лежали ее боевые награды. На фотографии, стоявшей рядом, она была молодой и очень красивой, в лихо заломленном берете, и с широкой улыбкой.
На стульях рядом сидели резко постаревший Генри старший, и Генри младший, сидевший с Яной, одетые во все черное. Яна постоянно вытирала слезы. Она плакала уже третий день, и не могла остановиться. Она не рыдала, не причитала, просто слезы сами лились из ее глаз. Потеря лучшей подруги, а потом сразу будущей свекрови, которая относилась к ней, как своей собственной дочке, сильно подкосило ее.
Отец, с Генри и Яной днем съездили к старой шахте, набрали там немного земли, и положили ее в гроб для дочери, сестры и подруги. Туда же положили и те украшения, которые Генри забрал у Жердяя. Договориться с врачами о получении свидетельства о смерти Раи младшей, стоило десять тысяч империалов, уже со скидкой, из за уважения к отцу и сыну. Но Генри подозревал, что коновалы просто испугались, что если они заломят слишком большую цену, то справки о смерти, выпишут уже им самим, и выписывать их будут не они. Так же им пришлось раскошелиться на справку для Оли, чтобы не было вопросов, что пропали они вместе, а нашли и хоронят только одну.
Оказалось, что мама в молодости служила в космическом десанте вместе с отцом. Она никогда не говорила об этом, и не надевала свою форму. Их штурмовой батальон считался лучшим в Имперском космофлоте. На вопрос, прочему мама не рассказывала об этом, отец поведал такую историю. Мама была первой красавицей, не только их батальона, но и всей штурмовой дивизии. Они с отцом уже много лет были мужем и женой. И все эти годы, к ней постоянно приставали разные мужчины, пытаясь добиться ее расположения. Мама решительно пресекала все эти попытки. Но один раз, ее стал домогаться целый адмирал, который попытался взять ее силой прямо у него в кабинете. После того, как мама его отделала до полубессознательного состояния, в кабинет ворвался отец Генри, выломав закрытую дверь, и уже избил его до полусмерти. Скандал замяли, но отцу и маме пришлось уволиться из армии.
  
Выслуги им хватало для получения полной военной пенсии, и они занялись коммерческим сбором космического мусора, в ходе которого и нашли спасательную шлюпку со стазис капсулой, в которой спал ребенок, потом названый в честь мужа — Генри. Генри Валент младший. Тогда сразу примчался Магистр, и помог решить все вопросы с усыновлением Генри. По закону, его нужно было сдать в службу Имперских приютов, и только потом, попытаться усыновить. Но мама, увидев годовалого Генри, сразу в него так влюбилась, что прижав его к груди, стояла у реактора, и сказала, что его послали ей сами боги, и угрожала взорвать реактор, если кто то попытается отнять у нее ее приемного сына. Она и ее муж, не могли уже двадцать лет завести ребенка.
Сам Магистр сначала осмотрел, а потом сразу забрал шлюпку и стазис капсулу. Но до этого, отец Генри, проверив срок работы стазис капсулы, с удивлением обнаружил, что она работала всего то двое суток. Магистр приказал всем членам команды держать язык за зубами, никому никогда об этом ничего не говорить, а про ребенка сказать, что его нашли подброшенным к кораблю на одной из пограничных планет. Затем он сказал Валентам, что теперь когда у них есть сын, хватит им шататься по космосу, а пора остепениться и осесть. И предложил отцу, как отличному инженеру работу на гифтоновой шахте на отдаленной планете Тартар. Подальше от ненужного внимания к их приемному сыну. Но сам, с тех пор, внимательно за ним следил. Он так же отговорил Генри Старшего от того, чтобы хлопотать о возведении сына в благородное сословие, сославшись на необходимость в таком случае, генетического тестирования, что могло привести к нахождению его возможных родственников, и изъятию Генри из семьи Валентов.
И тут случилось чудо, которое врачи объяснили снижением уровня стресса у мамы. Она забеременела и родила дочку, которую назвали в ее честь. Раей младшей. Дела у отца пошли в гору, они купили дом, отец получил сначала звание Мастера, потом Прим Мастера, и наконец Гранд-Мастера. Счастье было полным.
И вот от него не осталось ничего. Самые дорогие им люди умерли. Отец не знал, зачем ему больше жить без его девочек, Генри стал вполне самостоятельным и получил звание Мастера, денег было достаточно. И только чувство долга, необходимость открыть еще одно месторождение гифтония, все еще держало его на этой земле.
Вчера, с соболезнованиями, приезжал военный губернатор Тартара, и обещал военный караул на кладбище с салютом. Днем, с ней попрощалась вся администрация города, члены различных клубов, в работе которых она принимала участие, простые люди города. Оказалось, что многие ее знали и любили. Пришли ученики лицея, где училась Рая и Генри, и ученики гимназии, которую они закончили. Ну и конечно шахтеры, которые составляли основное население города. Стена перед гробами была завалена цветами и венками. Все ждали Магистра, который уже приземлился и ехал в город.
Дверь зала тихо отворилась и в зал вошел Магистр со свитой. Внесли венки. Один от Горной Гильдии, второй от Капитула Горной Гильдии, и самый роскошный лично от Магистра. Все встали. Он молча подошел к отцу Генри и обнял его. Потом обнял по очереди Генри и Яну. Подошел к гробу с Яной старшей. Постоял молча пять минут. Повернувшись к своей свите сказал:
— Я остаюсь здесь на ночь, до утра со своим старым другом и его женой.
Обратившись к Генри младшему и Яне он ласково попросил, голосом, которому нельзя было отказать: