Отверженный 追放者 Часть V (СИ)

Я наблюдал за его падением, ощущая, что теряю контроль.
— Каииииин!!! — вырвался крик из моего горла.
Маска повернулась в мою сторону.
— Рио, нет!!! — услышал я голос Дате, но было поздно. Он будто был далеко, где-то не здесь.
С мрачной уверенностью я перерезал Рине Удзуми глотку, строго под челюстью. Острое лезвие разорвало платизму, лимфоузлы и добралось до трахеи.
  
— Я же обещал… — прошептал я ей в ухо, пока она содрогалась в конвульсиях.
Сильным рывком я потянул её голову на себя и вырвал меч из горла, позволяя крови ярким фонтаном покрывать лестницу, вырываясь из её тела, как из шланга.
Каин не дернулся, просто смотрел не мигая. Я встретился с ним взглядом буквально на мгновение, заметив в нем тоже безумие, что ощущал сам.
Я прорвался через его мембрану спокойствия, пролез насквозь и добрался до сердца. Он ненавидел меня, люто, абсолютно и всецело. Всем своим естеством.
Он быстро задышал и рванулся вперед, мне навстречу. Его люди с криками бросились на лестницу. Атаку прервала яркая вспышка и громкий хлопок, что заставил посыпаться штукатурку со стен. Я инстинктивно закрылся рукой, защищая глаза.
Акира. Он бросил светлячок. Ни хрена нам это не поможет, у нас на руках раненый оябун и хромающая девчонка, никуда мы не денемся.
Следом раздался звук битого стекла, и лицо обдало жаром. Я закрылся телом Рины, толкнул её вперед, и, еще ослепленный, попытался спускаться на ощупь, держась за перила. Рядом кто-то упал. Едко запахло химозной гарью, мой продукт. Это Дайчи не растерялся и кинул бутылку, отрезая Каину путь.
Ну, Рина теперь ещё и в уголек превратится.
Как бы теперь самому не сгореть.
— Это я, держись! — услышал я голос Дате.
Его рука схватила меня за кисть, а другая обвила спину, чтобы я мог опереться.
— Моя очередь вытаскивать тебя из огня, — сказал он, пока мы бежали по ступеням.
— Мико?
— Я тут! — послышалось откуда-то спереди.
— Её ведет Сэра, а Акира помогает отцу.
Зрение начало проясняться, я усиленно тер глаза свободной рукой, пока эффект вспышки не начал размываться и уходить на второй план.
Дайчи уже стоял внизу, неторопливо переминаясь с ноги на ногу, остальные недалеко от него отстали. Я обернулся, наблюдая за тем как огонь пожирает стену и плавит витражные поручни, пылающая полоса строго разделила лестницу на две части, не позволяя преследователям пройти. В черном дыму я заметил белеющую маску, — Каин стоял на границе пожара, не шелохнувшись, и смотрел, как очередной раз ускользает его враг.
— Вправо, я сказал вправо, бакаяро! — рычал Дайго, показывая путь.
Мы нырнули в коридор и побежали по длинному ковру, переступая через трупы. В кабинетах по бокам ещё велись бои, через открытые двери доносились звуки борьбы и крики боли.
— Быстрее! — торопил оябун. — Пока путь свободен.
Почти не оборачиваясь, мы домчались до конца коридора, где Дайго завел нас в одну из комнат. Это была маленький кабинет с витражным окном, письменным столом и большим глобусом на полу.
— Забаррикадируйте выход! — приказал он.
Сэра и Накамура перетащили диванчик от стены и завалили им проход, приперев хлипкую дверь. Ягами-сан нажал на скрытую кнопку под столешницей, и в стене появилась фальшпанель. Дате отодвинул её, открывая узкий бетонный проход с фонарями на стене. Идти пришлось друг за другом, по шахтерски, в этих каменных кишках мы слышали только свое дыхание.
Еще одна потайная дверь, и мы толпой высыпали на зеленую лужайку с заднего фасада здания.
— Где мы⁈ — протирая красные глаза, спросил Ягами.
— Внутренний сад, — ответил Дайго, бросая ему телефон. — Звони Аки, если он жив, то пусть подгонит машину к заднему входу.
— А…
— Он знает куда.
— Хай!
— Идем, нельзя останавливаться.
Мы двинулись по газону, в обход большого фонтана. Вдалеке, меж прямых туй, бежал толстенький якудза в окровавленной рубашке. За ним с улюлюканьем и смехом неслись трое вооруженных парней. Хорошо, что бежал он не к нам, а его преследователи слишком были заняты погоней, чтобы заметить помятую группу, прячущуюся за зеленой изгородью.
— Аки… Да, это Дате. Нет… Нет, оябун жив, да! Быстрее, подгони машину к заднему входу. Эмм… да, большую. Почти.
Дайго присел на колено и осторожно выглянул из кустов.
— Значит так, яцу. Нам нужно пробежать через сад до забора, чуть левее, за плющом есть старые воротца, они не должны быть закрыты. За ними боковой заезд, туда Аки и направляется.
Я последовал его примеру и тут же присел обратно. Классный план, босс, просто замечательный, и что важно, — совсем не пахнет самоубийством.
Метров сто, сто пятьдесят пустого пространства, буквально поле с редкими деревьями на пути. А ещё несколько дюжин якудза, что ожесточенно убивали собратьев под ярким солнцем. Будто пираты, что высадились на берег и вырезают деревушку беззащитных крестьян, — полный хаос, вой и смех, красная роса на салатовом ковре. Разбросанные по поляне очаги насилия.
— Нас заметят, — заявил я.
— Знаю, но другого пути нет. Обойти не получится, а если будем сидеть здесь, нас накроют.
— С нами те, кто бежать не сможет, — возразил Дате. — Асура, Сэра. Дайчи тоже ранен.
— И это я тоже знаю, — мрачно кивнул оябун. — Разбейтесь на пары и не останавливайтесь, даже если кто-то отстал.
— Я их не брошу, — заявил парень, — нужен другой план.
— Другого не будет, — ответил я. — Оябун прав, должен выжить хоть кто-то. Отставший послужит приманкой.
— А если это ты? — разозлился Ягами-младший. — Или Асура?
— Я понесу её. Возможно, удастся прорваться не привлекая внимания, они заняты другими.
— Я как в зомби фильм попал, — схватился Сэра за голову.
— Сейчас не до жанров, Сатори! — рявкнул я. — Акира, возьми его на себя, Дайчи, поможешь ему.
— Вперед! — закричал оябун и бросился через заросли.
Я подхватил Мико, передал её меч, и припустил следом. Так… предположим, что там стометровка. С грузом на руках… в моем состоянии… Черт, лучше об этом не думать. В Габутай постоянно с утяжелением бегали, и сейчас смогу.
Но грудь и так болит после драки с Эцуро, а тут такой марфон…
(Бросай её, если станет жарко).
Хрен тебе, внутренний голос. Я знаю, что ты прав, но не могу. Руки не разожмутся, даже если захочу.
Драйв и возбуждение держали меня на ногах, я несся с Асурой на руках, дыша в спину оябуну. Она что-то говорила мне с серьезным таким лицом, будто это что-то очень важное. Зная её, это было нечто: «Икари, даже не думай споткнуться». Или: «Рио, если мы не выживем, ты должен знать…» Но я не слышал её из-за бешеного сердцебиения в ушах и звука собственного хриплого дыхания.
Справа высокий якудза вытащил меч из мертвого тела и проводил нас злобным взглядом. Слева дрались стенка на стенку, одна из групп безнадежно проигрывала. Чуть дальше резня, — бандит с раздробленной ногой с трудом шел, а двое убийц неспешно брели за ним, смакуя момент.
Вдох и выдох, вдох и выдох. Черт, ну никогда это не работало, с чего бы сейчас помогло… Пот бежит по лицу, заливает глаза, а ещё эти волосы… Сейчас самое время дать себе обещание постричься и бросить курить.
Я хоть половину пробежал⁈
Ни хрена я не постригусь, да и курить не брошу. Сейчас только и мечтаю о сигарете.
Не думай об этом, просто беги. Икры начинают гореть, легкие давно уже полыхают от нагрузки, я не ощущаю воздуха, когда вдыхаю его, будто кислород просто закончился.
Проклятье, как тяжело. Руки сейчас отвалятся, локти сводит, хорошо хоть Асура держится крепко, не болтается. Хренов Диор бьет в нос, продохнуть не дает.
  
Были бы хоть кроссовки, а то в туфлях бежать жуть как неудобно.
Так, ещё пара десятков жалоб и я сам захочу сдохнуть от собственной убогости.
Беги, мать твою, беги! Ты же хорошо умеешь это делать, всю жизнь бежишь, и вторую тоже этому посвятил.
Я без понятия, что происходит за спиной. Может, наши держатся, а может, их всех уже покосили, и сейчас добивают. Останавливаться нельзя, Дайго прав. Пусть хоть кто-то выживет, чем все здесь останемся.