Другие 100 дней плена... (СИ)

– И ни о чём не волнуйся, – добавил он.
А это ещё сложнее – не волноваться: остаться без связи с внешним миром и не иметь возможности о себе сказать хоть что-то... И если отчиму плевать, как выяснилось, то мама будет переживать, нервничать, искать, поднимет на уши всех и вся...
«Надо найти способ предупредить её» – но как? Попробовать договориться с Андреем? Это будет сложно.
Он вышел. Дверь запер на ключ. Кто бы сомневался, что я пленница.
«Считай, я тебе помогаю…» – звучит с подтекстом. Или мне опять кажется?
***Андрей
«Мне срочно нужен холодный душ! А лучше – ледяной! Надо привести мозги в порядок, иначе взорвусь!» – её близость возбуждает, будоражит фантазию, сводит с ума...
Стоило ощутить девушку в своих объятиях, почувствовать сладковатый нежный аромат, я поплыл – поплыл, как мальчишка-девственник, прикоснувшийся к женщине впервые, словно захмелел внезапно.
А как Милена смотрела на меня! Столько эмоций отразилось в невероятно красивых, выразительных глазах: волнение, растерянность, страх вперемешку с интересом – да она трепетала в моих руках, говорила сбившимся дыханием и, может быть, совсем не заметила – кусала губы, привлекая ещё больше внимания. Это заводит, распаляет, интригует. Неосознанно, но бросила вызов мужскому самолюбию.
Разве могу пройти мимо такого? Конечно, нет!
«Я бы быстро нашёл применение пухлому ротику… и всему остальному тоже…» – захотелось её поцеловать: попробовать на вкус чувственные губы, жадно впиться до боли, и даже до крови, срывая блаженные стоны. Сжать так сильно, чтоб начала задыхаться, умолять о ласке…
Едва удержался от дальнейших действий, и только хрипло сказанное «пусти…» заставило выкинуть искушающие мысли из головы. Временно, разумеется. Добиться от Милены нужной реакции не составит труда – теперь я это точно знаю. В ней кроется жгучая страстная смесь, и я выпущу на волю эту бурю эмоций.
– Твою ж… – остановился, прислонившись спиной к стене – перевести дыхание. Прикрыл веки, делая глубокие вдохи.
Сейчас я на взводе, и «стояк» одолел.
«Вызвать кого-нибудь что ли? Позвонить Римме, чтоб прислала мулатку или азиатку…» – хотя не уверен, что это поможет, ведь хочу конкретную девушку, а снимать напряжение шлюхой – сомнительное удовольствие. Поиметь во все дырки, получив взамен наигранные истошные крики, имитацию оргазма и бурного наслаждения – деньги ведь нужно отработать. С представительницами древнейшей профессии по-другому не бывает, для них это тупой механический процесс, потерпеть, пока мужик кончит, дождаться завершения оплаченного времени. Никакой отдачи и полного погружения…
«Нет, всё не то… бля, хоть рукоблудием занимайся…».
– Андрей!
Открыл глаза, обернувшись на голос. Навстречу по коридору идёт Вадим.
Я тут же застегнул пиджак, скрывая своё возбуждение.
– Что-то случилось?
– Нестеров приехал, просит аудиенции, – сообщил он.
«Надо же, а «папочка» начал суетиться, «дочь» потерял уже» – не удивительно, прошло несколько часов с того момента, как Милена находится в моём доме. Единственное, что беспокоит – это её мать, она точно не заслуживает такого отношения, а когда муж оказался гондоном — тем более имеет право знать.
Подумаю, как быть. Позже.
– Не о чем говорить – так ему и передай. Пусть побегает. Хотел остаться в плюсе и избежать проблем – не получится, – наверняка Нестеров срастит факты, но мне плевать.
– Да не вопрос. Будет сделано.
– Что-нибудь ещё? – я заметил, что Вадима что-то тревожит.
– Девушка… – вздохнул друг.
– Ну? – не понравилась мне интонация, с которой он сказал.
– Сломаешь её…
– А у тебя какой интерес? – только личных видов на неё не хватало. Это моя территория! – и неважно, как это звучит.
– Молодая совсем… Не натвори ошибок.
– Слушай, давай сразу проясним ситуацию: она – не твоя забота. Сам разберусь.
– Вспомни Матвея и Настю, – не унимается он.
«Помню…» – обстоятельства, при которых девушка попала ко мне – схожи, не спорю. Только это другая история: не за долги передо мной забрал Милену. Но меткое замечание Вадима навело на определённые мысли…
   
Глава 3. Сто дней. Начало.
 
Милена 
«Составь список всего необходимого…» – желание устроить бунт было велико, вплоть до голодовки, скандалов с «выносом мозга», крушением мебели и предметов интерьера, но…
Тут же передумала…
Во-первых, такое неадекватное поведение мне несвойственно, да и опускаться до уровня истерички не собираюсь, даже ради того, чтобы Андрей пожалел о своём решении, а, во-вторых, это всё равно не имеет никакого смысла... С этим мужчиной возможен лишь один сценарий по принципу: «не умеешь вести себя хорошо – научу, не захочешь – заставлю». Он уже дал понять, что моё положение тут вполне конкретно – пленница, несмотря на якобы благие намерения помешать планам отчима. Неизвестно ещё, какие цели преследует сам…
Поэтому, раз выбора не остаётся, сижу и послушно строчу список, пункт за пунктом, стараясь не забыть что-нибудь важное. Понятия не имею, насколько задержусь в доме Андрея, но если его, как хозяина, заботит мой комфорт (будем считать, что это так) – мелочиться не буду, закажу с размахом, человек он явно обеспеченный, раз отчим с «супер-предложением» обратился именно к нему.
Интересно, о какой сумме идёт речь? Хотелось бы представлять масштабы проблем. А мама? В курсе ли этих долгов? – сомневаюсь, как и то, с кем живёт семь лет: кто ж знал, что доктор исторических наук окажется заядлым игроком. Это болезнь – зависимость, сродни наркотической. Бороться с игроманией так же сложно…
И вроде приняла правду, как есть, какой бы жестокой она ни была, но до сих пор не верится.
– Где бы сил и терпения набраться… – обречённо вздохнув, отложила блокнот в сторону, поднялась с кровати и подошла к окну.
Вид шикарный… Потрясающий сад раскинулся возле дома: деревья и кустарники припорошены пушистым недавно выпавшим снегом, а в свете фонарей всё серебрится и сверкает – настоящая зимняя сказка, устроенная природой.
«Погулять бы там…» – может быть, Андрей разрешит? Не станет держать взаперти? Да, пожалуй, лучшая тактика в отношениях с ним – попробовать договориться. Протесты ничего не дадут, только хуже сделаю, себе, разумеется – в очередной раз свожусь к этой единственно правильной мысли.
Внезапно послышался звук открывающегося замка.
Я резко обернулась. Внутренне напряглась в ожидании.
В комнату вошёл мужчина (тот самый, что следил в торговом центре), он широко распахнул дверь, пропуская девушку с подносом в руках. Она быстро накрыла на стол и тут же удалилась. А вот мужчина не спешит уходить. И почему-то смотрит виновато, как показалось…
– Меня зовут Вадим, – представился.
Кивнула в ответ. Своё имя можно не называть.
– Ешь, – сказал он. Потом устроился в кресле, наблюдая внимательно за мной.
«Та-а-к, понятно... Решил проконтролировать» – а то была идея смыть ужин в унитаз, сделать вид, будто поела, чтоб не создавать конфликт, ведь о еде совсем не мечтаю сейчас.
Я подошла к столу, убрала в сторону клош, которым было накрыто блюдо: на тарелке лежит паста с морепродуктами – моя любимая, а ещё тут есть салат «цезарь», пресные булочки и стакан апельсинового сока.
– Не стесняйся, – мягко произнёс Вадим. Возникло ощущение, что он относится ко мне, как к маленькому ребёнку, уговаривая поесть. Осталось добавить: «если всё съешь – получишь вкусненькое».
– Спасибо… – села за стол, хотя приступать к трапезе не торопилась. Пристальный взгляд мешает.
– Не за что благодарить… Это я был в паркинге, – говорит с извиняющимися нотками в голосе. Совесть очнулась? – удивительно.
– Я уже поняла, – и хорошо его запомнила: уж очень приметная внешность, на такого в толпе людей сложно не обратить внимание – высокий широкоплечий амбал с лицом убийцы. Поэтому нахожусь в растерянности: поведение мужчины никак не стыкуется с тем, как выглядит.