Другие 100 дней плена... (СИ)

Откинув ремень в сторону, расстегнул брюки и, приспустив их вместе с боксерами, устроился сзади и ворвался в нежную влажную плоть. А в глазах потемнело на секунду от накатившего удовольствия, только в таком сочетании по-настоящему сыт и доволен.
Милена попыталась вырваться, оттолкнуть меня, но я быстро подавил сопротивление: собрал в пучок её густые волосы, намотав на руку, и потянул на себя. Обхватил за талию, крепко к себе прижимая, и стал двигаться – с каким-то остервенением, с безумным напором и чуть ли не рычу подобно зверю.
Она сдалась мгновенно, хрипло застонала, выгибаясь дугой, подставляя навстречу бёдра и максимально открываясь. Позволяет войти глубже. Для меня это как «красная тряпка» для быка, а чувствуя ответную волну и то, как трепещет в моих руках – голова плывёт в пьянящем ощущении от этих зашкаливающих эмоций.
Мы почти у цели… В ускоренном темпе оргазмом накрывает быстро, словно разрушительным цунами или снежной лавиной.
Помня об отсутствии «резинки», кладу мою девочку лицом на кровать и изливаюсь на её попу. Тут же размазываю сперму по коже – не удержался от желания пометить собой, пусть пахнет мной.
«Принадлежит мне. Моя…».
А чтобы Милена тоже успела кончить – параллельно запускаю ладонь в промежность, раздвигая складочки, и интенсивно тру клитор. Буквально несколько движений и она содрогнулась, затряслась всем телом, извиваясь змеёй, и протяжно томно простонала…
«О-о-о, эти звуки… ласкают слух…» – нет ничего приятнее, чем видеть свою женщину в состоянии неистового блаженства.
Лёг на неё сверху, уткнувшись носом в изгиб её шеи. Меня потряхивает, дыхание сбилось, а сердце бешено колотится. И уже хочу продолжить...
В этот момент запоздало настигло осознание того, что натворил. После мощной разрядки мозги, наконец, встали на место. Прокрутив мысленно всё произошедшее, стало противно – от самого себя воротит. Как я мог опуститься до насилия? Раньше за мной подобных склонностей не замечалось.
«Раньше не испытывал такой дикой жажды и желания обладать одной-единственной девушкой» – от чего схожу с ума и теряю контроль напрочь. Слабое оправдание, конечно. В моих силах исправить ошибку. Всё для этого сделаю: я буду не я, наизнанку вывернусь, но она забудет о причинённой боли.
– Прости… – приподнимаюсь и поворачиваю лицо Милены в свою сторону.
Смотрит затравленно, с опаской. Её глаза заплаканы, покраснели, а веки опухли, губа вовсе прокусана до крови.
«Какой же я мудак» – зачем так жёстко и грубо с ней обошёлся? Захотел, называется: выпороть, воспитанием заняться… Наказание получилось показательным.
А по сути, за этим кроется совсем другое:
«Люблю» – и это мне сложно принять.
  
Глава 24. Одного «прости» мало...
 
Милена 
– Прости… – опять повторил Андрей. Потом поднял меня с пола, аккуратно уложил на постель, а сам навис сверху и нежно обрисовывает контур моего лица.
«Чего добивается?» – непонятно.
Я прикрыла веки, отвернувшись в сторону. Не хочу на него смотреть. Больше всего нуждаюсь в тишине и покое.
Одного «прости» мало… И если он рассчитывает этим словом исправить ситуацию, то глубоко заблуждается. Я же теперь всегда буду помнить о его низком поступке и каждый раз думать, что любая вспышка гнева неизменно приведёт к насилию, а значит – страх станет неотъемлемо преследовать меня.
«Боюсь представить, на что ещё способен этот мужчина…» – для меня он непосильная загадка.
Наказание получилось со вкусом горького шоколада: обжигающая боль плавно сменилась сладким удовольствием... Это добавляет смешанных противоречивых эмоций, вызывая растерянность.
Казалось бы, после жёсткой порки не должна была чувствовать ничего кроме ненависти и презрения, хотя, несмотря на всё, легко открылась навстречу, стоило ему подавить сопротивление и овладеть мной. Не принадлежу себе в минуты близости, как будто внутри переключается тумблер, которым Андрей умело управляет.
– Сейчас вернусь, – он быстро встал с кровати и скрылся в смежном помещении. Послышался шум воды.
 
А я не в состоянии даже пошевелиться, вдохнуть полной грудью. Тело нещадно ноет и ломит – везде, словно все жизненные соки высосали, опустошили, выпотрошили нутро, ну а попа превратилась в пылающий огонь – кожа горит так сильно, хоть яичницу жарь…
«Танк по имени Андрей безжалостно проехался, без шансов на спасение…» – и хочет отделаться, сказав только «прости»?
Не верю в искренние раскаяния. Впереди вовсе ждёт тотальный контроль во всём – это тоже пугает. И какие меры будут предприняты? – могу только догадываться. Медленно, но верно качусь в пропасть – личный ад, откуда выбраться будет ой как не просто…
Он пришёл буквально через несколько минут, и я уже собиралась умолять его оставить меня одну, хоть ненадолго.
Моим надеждам не суждено было случиться:
– Я набрал джакузи, – приблизившись, протянул руку. Скорее всего, хочет продолжения – к чему не готова.
– Можно полежу немного?
– Вода поможет расслабиться, – настаивает. – Вымою тебя, потом сделаю массаж, – говорит мягким вкрадчивым голосом.
Такая внезапная забота удивила и поставила в ступор.
– Андрей, пожалуйста… – взглянула на него, – оставь меня в покое… я устала…
Конечно, он не стал прислушиваться к просьбе. Ловко взял на руки и понёс в ванную комнату, где избавил от домашнего платья, затем с особой осторожностью помог устроиться в джакузи.
Сам же не спешит залезать. Присел возле ванны, облокотившись на бортик, и смотрит с сожалением.
– Прости… – прикоснулся к моим волосам.
«Нет, не куплюсь на это».
— Милена, не молчи...
– Не надо, не извиняйся, – это пустые ничего не значащие слова.
– Обещаю: не обижу больше, не сделаю больно.
– Как поверить тебе после всего… я же задыхаюсь рядом с тобой…
***Андрей
«Я же задыхаюсь рядом с тобой…» – эта фраза навязчиво звенит в голове, и словно ножом режет по живому – до мяса, оставляя глубокие кровавые раны. А в груди давит тяжёлым грузом, ноет и щемит колкой болью одновременно.
Хотя на что я надеялся…
Одного «прости» мало. Сам это понимаю и не рассчитываю, что Милена быстро забудет о насилии и простит – если вообще простит. Но я приложу максимум усилий, сделаю всё зависящее от меня, чтобы завоевать доверие… и любовь…
«Да, любовь…» – любовь этой девушки нужна как воздух. Я тоже задыхаюсь, одна лишь мысль, что могу потерять её навсегда, душит, отравляя ядом…
Только говорить о своих чувствах пока не стану: внезапные признания, особенно после всего сотворённого с ней, напугают ещё больше (возможно, даже оттолкнут) и будут выглядеть откровенным издевательством, ведь мой низкий отвратительный поступок связать с влюблённостью никак нельзя. И, тем не менее, есть в этом доля истины, как бы ни звучало странно и удивительно…
Нет, я не ищу себе оправданий, ни в коем случае, но совладать с собой не просто… Потерял контроль именно из-за чувств, которыми наградила Милена и от чего схожу с ума. Да меня разрывает на части от избытка эмоций, когда смотрю на неё! Раньше ни одной женщине не удавалось добраться до того, что принято называть душой. Оказывается, я совсем не чёрствый, как привык думать о себе. Теперь понимаю, о чём говорили друзья.
«Она – моя слабость… она – мой плен…» – своим появлением перевернула всё с ног на голову, без НЕЁ всё теряет смысл, а прежней жизнь уже не будет.
– Прости, – провёл рукой по её лицу, аккуратно обхватил подбородок пальцами, заставляя посмотреть в глаза.
– Хватит об этом… – Милена отстранилась, отсела в другой угол джакузи. Подогнула к груди колени, обняв их руками. Такой жест прямо указывает: закрывается от меня.
– Послушай… – не могу подобрать нужные слова.
– Не надо... Твоё «прости» ничего не значит. Сегодняшний день был наглядным во всём. Ты даже забыл, что я хотела заехать в церковь… так торопился вернуться на виллу… – посыпались вполне справедливые обвинения.