Билет в Ад, или по следам Валькирий (СИ)

Раздавшиеся шаги заставили меня подпрыгнуть, сердце глухо стучало — я не могла её бросить на растерзание, но Кандиэлла покачав отрицательным жестом головы, остановила меня. Прыгнув в сторону, я оказалась вновь в своей комнате.
— Нет! Боже! Кандиэлла! — на мои глаза наворачивались слёзы, мне было больно до тошноты осознать, что я её бросила. — Что за фигня творится! Кто мне ответит на вопросы!? Где сон? Где явь? Где я настоящая там или тут? Что вообще со мной происходит?
Наклонив голову, увидела артефакт, висевший на мне, взяв его в руку, зашипела на него:
— Всё из — за тебя, все погибшие — гибли из — за тебя, ненавижу!
Артефакт на мои слова отреагировал — засветившись красным, он ударил мелким током мою руку, заставив отпустить его и повиснув на верёвочке, он перестал светиться.
— Книга, с которой я разговариваю есть, теперь ещё добавился ты — умеющий бить меня током за плохие слова в твой адрес! Не хватает для полного счастья метлы и говорящего кота или вороны, а ещё колпака из комиксов про ведьм! Буду жизнь хорошим нелюдям портить, тьфу, блин! Тошно-то как!
Утро застало меня врасплох — не спавшая почти всю ночь, я резко подпрыгнула от звуков хлопающей двери. И хотя она открывалась и закрывалась отнюдь не громко, для меня это было сродни взрыву атомной бомбы — у меня вконец нервы сдали.
Покачав головой самой себе — какая стала пугливая, я протопала в ванную, выйдя из которой обнаружила горничную расправляющую мой наряд.
— Коррила, давай не это, может голубое платье? Оно не такое громоздкое! — обратилась я к горничной.
Облачившись в цвета неба платье, я глядела на себя в зеркало и повертевшись со всех сторон, осталась довольна — не стесняет движения и сидит вполне сносно — то что надо. Волосы попросила собрать в пучок, а-ля творческий беспорядок. Чувствую, сегодня будет много работы, поэтому нужна удобная одежда, да и причёска слишком замудрённая не нужна. Ох, как я была права!
Позавтракав, мы с Абигором ушли в академию порталом и понеслось: Александра, принеси отвары трав! Нет лучше кофе! Принеси этот договор! Не этот! Пригласи того, проводи этого! Здесь перепиши! Почему не придумали тут компьютер, всё вручную приходилось исправлять.
Набегалась к концу дня настолько, что гудели мои ноги как трансформаторные будки. Хорошо, что остался последний посетитель: некто граф Гершфондский, который занимался выведением редких магических животных и по совместительству являлся помощником проректора Каневьеллы.
Сняв обувь, я уселась на своё рабочее место и пока никого нет, с наслаждением вытянула их и зажмурилась от удовольствия…как хорошо…явно забывшись где я нахожусь.
— Тяжёлый рабочий день? — хриплый старческий голос заставил прийти меня в себя и, резко подобрав под себя ноги, я уставилась на говорившего.
— А вам разве назначено? — ком в горле не давал мне говорить, потому что предо мной, собственной персоной, сидел мой недоистинный — как я могла забыть о нём и быть такой беспечной?
Я и правда забыла, почему жила у богинь. Со всеми странностями, что со мной происходили, угроза от Ширвана казалась далёкой и не столь важной, что забылась даже мысль о нём.
— Мне назначено, — не сводя с меня взгляда, хрипел он, что с его голосом? Я ведь помню ноты его голоса, когда он объявлял о помолвке. Вполне был голос молодого человека, тьфу, блин, демона.
Вспомнив о его помолвке злость и горечь заполнили меня, моя неуверенность от встречи прошла и я с вызовом посмотрела ему в глаза:
— К сожалению, вы не записаны, остался лишь граф Гершфондский, а вы попробуйте записаться на другой день, — я говорила настолько нудно, сухо и безжизненно, словно автоответчик. Как говорила моя бабочка — в любой непонятной ситуации делай морду кирпичом, а хвост пистолетом и добьёшься, чего хочешь.
Вот и его лицо, которое освещало подобие улыбки, вдруг перекосило от моего приёмчика с безразличной холодностью, которую я напустила на себя, получай гранату!
— Александра! А, сир Гершфондский уже тут, хорошо, проходите, — выйдя, Абигор смотрел на сидевшего Ширвана и не замечал подвоха…может, с моими глазами что — то не то?
 
Подождав минут двадцать я всё — таки не выдержала, налила две чашки с кофе и, постучавшись в кабинет к Абигору, я зашла внутрь. Я должна удостовериться. Нет мне не показалось. Ширван сидел в кресле и чувствовал себя он там весьма свободно — откинувшись на спинку кресла, руки свободно лежали на подлокотниках, ноги скрещены — его поза просто кричала, насколько он расслаблен и уверен в себе.
Что не так? Почему Абигор не видит?
— Может, скинете маску? — ляпнула я прежде, чем подумать о последствиях вскрытия его личности.
— В смысле? — спросил Абигор, смотря то на меня, то на подставного графа, который, к слову, хорошо держится — даже ухом не повёл.
— Абигор Люциуфус, вы разве не видите, что это подставной граф? Голос изменил и всё, никто не узнает? — я не понимала, почему Абигор не видит того, что вижу я.
Вот теперь я, кажется, удивила Ширвана, вон как его мордаха вытянулась.
— Если это не граф, то кто это?
— Серьёзно не видите? Это Ширван! — ну вот, я произнесла его имя, от которого он вздрогнул и как — то задумчиво посмотрел на меня — надеюсь, не будет убивать меня за то, что я его рассекретила.
— Ширван если это и правда ты — сними личину, обещаю сильно бить не буду.
Желваки на его лице заходили ходуном, возможно, мне показалось, но, кажется, я даже скрип его зубов услышала. Повертев кольцо, надетое на палец, псевдо-граф снял его. Для меня ничего не изменилось, а вот Абигор стоял явно в шоке.
— Ширван, объяснись.
— А чего объяснять, — его голос стал нормальным, каким я его и запомнила, — вы спрятали мою истинную. А она сбежала, не поговорив. Приходится быть изощрённым в выдумках, чтоб узнать нужную для меня информацию.
— А вы вообще должны были пройти ритуал единения! Обещались разорвать эту ненужную ни для меня, ни для вас связь! И вообще, связь односторонняя, только с вашей стороны — я же не чувствую в вас истинную пару, — мой язык иногда живёт сам по себе, прикусила его, но было уже поздно — я снова привлекла внимание Ширвана.
Его глаза метали молнии, а ноздри раздувались как у быка, который сейчас пойдёт в атаку. По-видимому он себя ели сдерживает, вон как раздулся и сжал кулачищи, мамочки…если он ими махать начнёт? Его удерживало лишь присутствие Абигора, иначе чувствую, мне пришлось бы туго.
— Ты. Моя. И это не обсуждается, — каждое слово он чеканил, словно ставил клеймо на мне этими словами.
— Я ничейная, я сама по себе девушка. Своя, собственная, — заговорила я словами героя мультфильма Простоквашино, меня раздражал и бесил этот собственник, который ещё и твердолобый — кроме себя, не слышит ни кого.
— Саша, иди домой.
Открыв портал, Абигор заставил меня уйти, за что я ему благодарна — ещё несколько минут в обществе этого твердолобика я бы не выдержала, если бы он хоть капельку был таким, как Кондрик…Роксоллане однозначно повезло!
Появившись дома без Абигора, я вызвала недоумение у мамы. На её вопросительный взгляд сказала:
— Он ещё на работе, там с Ширваном общается, — его имя выплюнула из себя, не знаю почему, но вся эта история с истинностью меня нервировала.
— А он как оказался в академии?
— А он оказывается, работает помощником небезызвестной нам богини Каны, но, правда, под личиной некого графа Гершфондского!
— И как он был рассекречен?
— Я-я-я…его сразу увидела, только голос был другим, а Абигор общался с ним не замечая, что это вовсе не граф, вот… я и не сдержалась, сказала Абигору кто он… — по мере своего рассказа я смотрела на Лолли, которая хмурилась, но для неё не было открытием то, что я говорила. — Мам, ты не удивлена?! — не выдержала я и задала вопрос, который меня мучил.
— Ничуть. Я ожидала нечто подобное. Помнишь, я говорила, что истинная — это непросто слово — это смысл жизни. Он будет пытаться покорить тебя, раз за разом выдумывая новые способы, пока твоя крепость не упадёт.