Час пробуждения

Волк в мгновение ока оказался на стене и пополз по ней, виляя всем телом. Поверхность оказалась очень гладкой, и если бы не оставленные прошлыми захватчиками следы, то мы бы не смогли взобраться по ней. Боюсь представить, сколько труда и времени ушло у волков на этот подвиг.
– Они увеличили стаю, – Рагни прочитал мои мысли, – уверен, что их было несколько сотен. Они создали живую лестницу и забрались.
– И никто не помешал им?
– Нет. Маги не охраняют внешний периметр. У них нет на это сил.
Мы забрались на стену, и я прифигел от ширины ее стен. Метров двадцать, не меньше. Причем сложена она была из гигантских блоков, каждый размером с добротный садовый домик.
– Это строили гиганты, ну и без магии не обошлось, – пояснил Рагни, – стройка стен заняла почти пятьдесят лун.
– Нехило, – я присвистнул, – от астральных монголов спасались, не иначе.
– Нет, – волк не понял шутку, – это была защита от частицы. Опасность была не снаружи.
– А внутри. Понимаю. Они надеялись, что ветер не сможет вырваться за пределы этих стен. Это какой-то особый материал?
– Да. Бакегор. Он очень устойчив к любым магическим воздействиям.
– Потрясающе.
– Чтобы заполучить доступ к местам добычи, пришлось сжечь дотла несколько королевств, а их жителей превратить в рабов.
– Цель оправдывает средства, – брякнул я.
– Не в этом случае.
Мы пошли по стене. По пути попадались огромные котлы, в которых до сих пор бурлила коричневая жижа, стояли готовые к бою гигантские аркбаллисты, катапульты и множество истлевших доспехов.
– Здесь была великая битва, – неожиданно сам для себя сказал я, – когда частица вышла из-под контроля и первые порывы Ветра перемен ударили по соседним государствам, те сразу же отправили свои армии. Сотни тысяч воинов пали под этими стенами и на них. Сражение у древних стен длилось несколько лун, а потом очередная волна ветра изменила всех осаждающих.
– Частица стала оружием в руках безумных магов, – закончил за меня волк, – мы рядом.
– Но откуда я знаю все это?
– Мы подключаемся к воспоминаниям стаи. Многие из нас стояли у ворот этого города и превратились в отвратительных чудовищ, которые набросились на своих же собратьев.
Мы спустились со стены, прошли через разрушенную площадь. В небе блеснула яркая голубая нить, и я остановился.
– Похожа на паучью, – пробормотал я.
– Это вряд ли, – волк отрицательно покачал головой, – их здесь нет и быть не может. Они не придут в мертвый мир.
– Значит, тут нечто подобное.
Перед нами возвышалось монументальное здание с исполинским куполом. Массивные каменные ворота превратились в груду обломков. Да, здесь прошла грандиозная битва, которую мы не застали. А жаль. Мы осторожно поднялись по булыжникам и замерли на краю разрушенной стены. Внизу было нечто невероятное. Светящий яркий шар, похожий на клубок разноцветных молний, искрился и дрожал.
– Фига он огромный, – я аж поежился, почувствовав себя ничтожным карликом, – метров сорок в диаметре, да?
– Около того.
– Это защитное поле колоссальной силы, а внутри… – Я аж обомлел, потому что внутри этого шара сидело настоящее чудовище исполинских размеров. Седая косматая грива с торчащими во все стороны шипастыми крючьями, длинный, как у крокодила, череп с шестью светящимися глазницами и почему-то раздвоенной челюстью. Да это же Вожак стаи! Но почему он размером с восьмиэтажку? Да и сам на себя он не похож. Почему у него шесть лап и четыре хвоста?
– Что с ним случилось? – воскликнул я в изумлении.
– Судя по всему, ничего хорошо, – раздался голос откуда-то сверху. Он показался мне чертовски знакомым, но этого просто не могло быть. Я моментально выставил руки вперед, поглядел на них, повернул к себе ладонями, а затем быстро потер их. Нет, осознанность никуда не девалась. Это не обычный сон, а осознанный!
– Наверх! – громко скомандовал я, и мы с Рагни снова стали единым целым. Пришлось опять подняться по стене, чтобы оказаться на самой вершине купола. Вид отсюда был просто потрясающий. Древний город пылал синим пламенем в зеленоватой дымке, окрашенной светом перевернутой луны. От этого контраста захватывало дух. Я буквально чувствовал агонию этих величественных зданий. Наверное, с таким же чувством Нерон смотрел на подожженный им Рим. Да! Я знал, что это пламя – моих рук дело. Это я уничтожил город!
 
– Ну не совсем ты, – Рагни снова вклинился в мои мысли, – это сделал Вожак, но так как ты и его часть, то и эмоции тебе передаются соответствующие.
– Но почему Вожак не вступит в связь, и почему он внутри шара?
– Поле не дает ему этого сделать. – На краю купола стояла тощая взлохмаченная фигура.
– Что ты тут делаешь?! – спросили мы с Рагни одновременно. Даже волк был сильно удивлен и издал нетипичный для него кашляющий звук. Это значило что-то типа «Ого-го». Обычно он так кашлял, когда видел на экране задницу представительницы племени готтентотов. Видимо, эти объемы приводили его в изумление, граничащее с экстазом. Сейчас, конечно, перед нами стояла не красотка из данного племени, а вполне себе обычный мужик из России.
– Честно, сам не знаю, – Витюша меланхолично пожал плечами и сунул в рот мороженку, – я просто проснулся и пошел в туалет по маленькому, потому что выпил много чаю на ночь. Мама говорила, что мне столько нельзя, но я, как обычно, ее не послушал, и вот я здесь.
– Погоди, – я выскочил из волка и встал рядом с поехавшим магом, – ты просто пошел в туалет, а оказался в Погасшем мире?
– У меня всегда были проблемы с топографией.
– Это было ложное пробуждение?
– Или его не было вовсе.
– Вот теперь я не понимаю! – воскликнул я. – Ты же сейчас спишь?
– Нет, – Витюша быстро заморгал глазами, – я сижу на унитазе, а маменька уже стучит в дверь. Говорит, я застрял.
– Где? Между мирами?
– В туалете.
– Охренеть, – я хлопнул себя по лицу, – ты находишься одновременно и тут и там?
– Да. Тебя это удивляет? Любой маг умеет расщепляться подобным образом. Поверь, в этом нет ничего сложного. Другой вопрос – зачем тебе это надо.
– А тебе зачем? Чтобы жрать мороженку в Погасшем мире, не слезая с унитаза?
– Извините, – смущенно пробормотал Витюша и покрылся серой рябью.
– Маменька в туалет пробилась, не иначе, – догадался я, – точка сборки решила собраться в первоначальное состояние, и поэтому перед нами тусклая проекция.
– Но это поддерживаемая светом проекция, – заметил Рагни.
– А никто и не умаляет скилла Витюши. Все-таки это он настоящий маг, а не я.
Объект нашего обсуждения снова стал ярким, скромно улыбнулся и высунул мороженку изо рта.
– Меня опять уложили спать, – пояснил он, – тяжело все-таки удерживать так вот сознания на разных уровнях.
– То есть ты сейчас не только здесь?
– Конечно нет. Еще я стою на вокзале и жду поезд. Хочу насладиться поездкой к Мертвому морю. Там иногда попадаются потрясающие попутчики.
– Спасибо, запомню, – поблагодарил я.
– Не стоит. Главное – вовремя выйти, – Витюша подмигнул правым глазом, и тот почему-то увеличился почти в три раза. Выглядело жутковато, но я к таким закидонам сна был уже привыкший. Что-то меняется. Причем именно в нас и в ближайшем окружении.
– Большой волчок чувствует нас и пытается искажать реальность. Правда, у него это не выйдет. – Витюша подошел к самому краю купола и сел на низенький золоченый бортик. – А хорошо горит.
– Город?
– Да. Тут прямо все пропитано светом древних. Их тела даже не доели толком. Так, погрызли и раскидали по улицам.
– Ты видел? – спросил Рагни.
– Да. Я сюда частенько попадаю. Наверное, меня ведет путь. Или боги Лимба стараются. Ты ведь отмечен светом богини. Не так ли?
– Так, – я кивнул и присел рядом с ним. Шоу синего света было и вправду впечатляющим.
– Они играют в свою собственную игру, где мы – лишь фигурки. Кто-то пешка, а я слон! Ну, маленький такой, зелененький, с хоботом. Понимаешь?