Час пробуждения

– Потому что я не хочу быть жнецом! Не мое это. Не сейчас. И никогда!
– Я должен сбросить тебя в море за такие слова!
– Так бросай!
Кот молчал и продолжал махать крыльями.
Он явно хотел сказать еще что-то, но не мог. Я чувствовал, что этот шерстяной негодяй на самом деле привязан ко мне узами дружбы и помогает, потому что мы с ним через многое прошли.
– Земля! – крикнул я. – Посмотри влево. Там горят огни. Пристань!
– Это может оказаться причал Харона, – возразил Бизли.
– Но мы будем там раньше.
– Ладно, лысожопый, но я тебя предупреждал.
Мы сменили курс и начали снижаться. Под нами мелькали темные тени – пиявки и неведомые шипастые создания, чьи костяные спины взрезали толщу черных вод. Обугленная земля скоро оказалась под ногами, и Бизли бесцеремонно сбросил меня вниз. Я сделал сальто и приземлился. Встал ровно, как акробат какой. Несмотря на высоту падения, а это около пяти метров, больно мне не было. Сон все-таки. Хотя поутру, когда проснусь, мышцы будут болеть, как после настоящего падения. Радует, что кости не поломаются.
Кот приземлился рядом со мной и убрал крылья.
– Куда дальше? – спросил он.
– Без понятия. Давай искать рельсы, поезд по ним же ходит. Нам нужно встретиться с Мартиной.
– Она будет в ярости!
– Тем хуже для нее, – отрезал я.
Мы побрели по черным холмам. Трава здесь была бледно-серого цвета, маленькие деревца покрыты белым мхом, а сами кое-как гудят скрюченными ветками. Черно-белый мир. Сто оттенков тьмы и известки. Эльдагару бы здесь понравилось. Он тоже такой окраски. Интересно, где сейчас этот невидимый убийца? Куда его занесло? Сколько еще князей и королей пало к его ногам? А вдруг он попал в высокоразвитый мир и сражается против гигантских роботов? Увы, я этого не знал и даже догадываться не мог. Но все-таки было что-то в этом вечном астральном путешествии. Бессмертие и каждый раз что-то новое, хотя может быть, это тоже приедается. Ну побывал ты в одном прекрасном мире, а потом еще в двух сотнях других – все эти красоты сливаются в безумный калейдоскоп, и ты вообще перестаешь ориентироваться в нем. Наверное, в какой-то момент тебе становится пофиг на все это многообразие и ты просто делаешь то, к чему привык, то, зачем пришел в этот мир.
– Вот твои чертовы рельсы, – Бизли отвлек меня от мыслей о далеких путешествиях, – но куда идти?
– Так. Момент. – Я встал на дорогу, наклонился и коснулся холодных рельс. Посмотрел в одну сторону, затем в другую.
– Туда, – указал я направо от себя.
– Почему? Как ты узнал? – удивился Бизли.
– Чуйка у меня такая. Я обращаюсь к собственному сознанию, и оно мне подсказывает. У тебя разве не так?
– Нет.
– А голос, который внезапно появляется и предупреждает тебя об опасности?
– Что? – Кот почесал за ухом. – Такое только при жизни бывает. После смерти этот голос исчезает.
– Вот даже как, – я хмыкнул.
– Да. Этот голос не что иное как крайний рубеж защитной системы твоего сознания.
– Но порой он знает то, чего не знаю я.
– Да, – спокойно ответил Бизли, – но повторюсь, после смерти его не будет. Он больше не будет вести тебя.
– А жаль, – пробормотал я, – пойдем.
Мы поплелись вдоль рельс. Сколько бы ушло у нас времени, чтобы оказаться на вокзале, я даже не представлял. Но нам повезло. Позади послышался мерзкий металлический скрежет. Нас обогнала странная конструкция на тонких колесах и остановилась.
– До вокзала не дойдете, живчики! А, извините, обознался! Только один! – громко прокричало существо, заросшее шерстью с головы до ног. На нем и одежды-то не было. Только густые серые волосья.
– Почему не дойдем, жопа ты шерстяная? – сразу взбеленился Бизли.
– Далеко. Рельсы не простые, а хитрые. По ним нельзя пешком ходить. Только ездить, а у вас колес нет. У меня вот есть. Я бы вас подвез, но не за бесплатно, конечно.
– Светом принимаешь? – догадался я.
– Да. Ну что, поедете?
– Хрен с тобой. Полезай, Бизли. – Я пропустил кота вперед.
– Я ему света не дам. Ты платишь за двоих! – сразу отчеканил кот.
 
– Хорошо, договорились.
Внутри дрезина оказалась очень маленькой и жесткой. Мы сидели на стальных сидушках без какой-либо амортизации. Впереди нас расположился снежный человек и весело улюлюкал. Воистину миры Лимба прекрасны и чудовищны одновременно. Я вспомнил рынок, Лас-Вегас и ряд других локаций. Снежный человек за рулем дрезины? Да хоть дельфин в карете, запряженной карликовыми деревьями. Меня уже ничем не удивить.
Дрезина покатилась сначала медленно, но потом хорошенько разогналась. Волосатый мужик сопел и пыхтел. Я наклонился, посмотрел ему под сидушку. Мда уж.
– Эта колымага на педальной тяге, – шепнул я Бизли.
– Все лучше, чем самим тащиться хер знает куда.
Я думал, что наш водитель окажется общительным, но нет. Ему было не до разговоров. Он просто крутил педали как сумасшедший и постоянно кряхтел. Мне казалось, что мы едем целую вечность, но время во снах течет по-своему. Иногда оно ускоряется так, что пролетают целые жизни, а иногда замедляется, и ты за год даже от кровати до двери дойти не можешь.
В итоге я даже не успел обратиться к Бизли с вопросами про эмиссара, как обезьяна заявила, что мы приехали. Я выглянул из дрезины. Точно – вокзал. На перроне ни души. Приехали. Я протянул руку, и сильные могучие пальцы схватились за нее. Мне сразу стало не по себе. Добровольное иссушение – это вещь та еще. Сложно контролировать количество отдаваемого света.
– Достаточно! – рявкнул я, и у водителя шерсть дыбом встала.
– Но за двоих, – прогундосил он.
– Хватит!
Мы вылезли из дрезины, и обиженный йети покатил дальше. Даже не знаю, сколько он забрал света, но я чувствовал, что до фига. Обычного мертвого иссушил бы до конца, наверное.
– Ты в порядке? – спросил Бизли. – Может, пока не поздно, догоним этого придурка да иссушим, а телегу его с рельс сбросим?
– Жнецы на тебя плохо влияют, пушистый ты болван, – ответил я, – откуда столько кровожадности? Ты же просто жирный кот с арбалетом, а рассуждаешь, как последний гопник.
– Чего? – Бизли надулся и распушил хвост. Первый признак надвигающейся ярости.
Но до драки не дошло. Как обычно. В небе возник темный силуэт, и перед нами предстала Мартина. На ее голове блистала белая корона, а сама она была одета в золотые доспехи поверх молочного латексного костюма. Крылья коричневые с желтыми полосками. Ну прямо валькирия. В руках Мартина держала уже знакомое мне копье.
– А где Михруш и Донни? – не понимая, спросила она.
– Не придут, – коротко ответил я.
– Почему?
– На поезде случилась авария, разборка, – начал объяснять Бизли, но я прервал его.
– Они мертвы. Иссушены и беспомощны.
– Как? – глаза Мартины округлились.
– Им надавал по жопе Харон, – невозмутимо ответил я.
– Но древний перевозчик никогда не нападает первым. Его практически невозможно рассердить. Только если… – до девушки начало доходить, но я решил не играть в кошки-мышки.
– Я дернул стоп-кран, чем явно вывел дедулю из себя, – признался я и широко улыбнулся, – поверь, увидеть древнего бога в гневе – это дорогого стоит.
– Ах ты, сука! – зашипел Бизли, – я так и знал! Ты пошел в сортир и дернул ручку! А затем сказал, что не при делах! Это все из-за тебя!
– Да, – спокойно ответил я, – пришла пора расставить все точки над «и», ребята. Я выхожу из вашей игры. Не быть мне жнецом. Нет у меня времени на ваши игры в комбайны. Не хочу на бассейн работать. Мне и под ведьмами весело. С ними хоть потрахаться можно, а вот как совокупляться с бассейном, я плохо представляю. Извините, у меня плохое воображение.
– Ты… – Мартина от таких слов даже не нашлась что ответить, но я чувствовал, что она рассвирепела. Копье в ее руках засветилось.
– Ты поплатишься за свое предательство, Сергей! – грозно заявила она и направила копье на меня.
– Рагни! Вперед! – крикнул я и выхватил маузер.