СССР-2010. В спорте надо жить ярко! (СИ)

— Так точно, товарищ генерал! — спорить, как и влезать в неприятности, у меня желания не было. — Разрешите идти⁈
— Погоди. — остановил меня генерал и оглянувшись слегка повысил голос. — Николай Викторович, вы закончили? Тогда вот вам юноша со взором горящим. Мастер аспекта Земли. Можете эксплуатировать его как пожелаете. Работаете по плану как обговаривали раньше, сначала арены, затем горнолыжные и саночные трассы.
  
— Сделаем! — кивнул крепкий мужик с волосами, тронутыми сединой. Серый костюм сидел на нём как на корове седло, но при этом армейской выправки тоже не наблюдалось. Я даже озадачился, что за структуру представляет мой неожиданный начальник, но сильно голову забивать не стал. Захочет сам расскажет. — Ну что, идём?
— Конечно. — я поднялся, пожав протянутую руку. — Семён. Можно просто Чобот.
— Николай, — не стал чиниться Командор. — Можно Дед. У нас, пожарных, субординация не такая как в армии, но слово командира — закон!
— Не вопрос, — мне было всё равно, я в начальники не рвался. — Как будем работать?
— Всё просто, — Дед кивнул на ещё одного мужчину, поднявшегося вместе с ним. — Знакомьтесь, Дмитрий Викторович, местный инженер. Дмитрий тыкает пальцем, мы сканируем участок и сравниваем результаты. Если есть расхождения или подозрения — начинаем углублённую проверку. Если нет — отмечаем и идём дальше. Кстати, говоря, ты землю прям насквозь видишь? Какая глубина воздействия?
— Двадцать метров с гарантией, — Я почесал затылок. — Дальше уже сложнее, особенно в глубину грунта. Семьдесят пять — это предел. Ну и конечно, нужно ориентироваться на объём взаимодействия и изменений. К примеру, сместить грунт я на глубине семидесяти метров я ещё могу, но вот преобразовать его уже вряд ли.
— Нам и двадцать за глаза, — Дмитрий Викторович взглянул на меня с таким уважением, что мне даже неудобно стало. — Эх, мне бы такие способности! Но я только на первый Разряд сумел натянуть и всё.
— Я их тоже не просил и предпочёл бы что-нибудь более… эдакое, — я с ходу не сумел придумать какой именно аспект хотел бы. У каждого были свои достоинства и недостатки и для каждого нашёлся бы свой завистник. — Но оно так всегда и бывает. Будем надеяться, что в дальнейшем появится больше династий занимающихся наиболее подходящим для них делом.
— Мечтать будем потом, — прервал нас Николай Викторович. — А сейчас за работу, товарищи. Дел у нас невпроворот, а время не ждёт.
Дел действительно было много. Кроме нашей группы работали ещё две, но и объёмы оказались титаническими. По факту мы заново обследовали все олимпийские объекты, в поисках закладок, возможных проблемных мест и тому подобных неприятностей. И это было не то, чтобы сложно, но выматывающе. Даже со всеми возможностями энергета, включая параллельные потоки сознания находиться постоянно в глубоком состоянии сатори было непросто. Организм тратил силы как сумасшедший, приходилось останавливаться для выполнения комплекса развития, но на ранге Мастера он уже не давал того бешеного притока энергии. Тут куда лучше подошёл бы отдых в компании с моими девочками, но… наглеть тоже не стоило.
В итоге, нам удалось найти целых две проблемные точки, но они относились к косякам, допущенным в процессе строительства. Где-то сваю забили как попало, где-то явно проворовались при строительстве фундамента. Особой опасности эти проблемы не несли, разве что могло что-то вылезти со временем, но мы тщательно зафиксировали каждый случай, а затем я постарался всё исправить. Со сваей получилось, с фундаментом не особо, но всё равно я его по максимум укрепил, а с остальным пусть сами разбираются после олимпиады.
Но самое интересное началось, когда мы отправились в горы. Мало было проверить здания комплексов, нас погнали по самим трассам. И брести по снегу, вглядываясь в породу под собой ещё то удовольствие, но есть такое слово надо. Олимпийский городок к вечеру начал наполняться спортсменами и журналистами, начали слетаться зрители и откладывать проверку просто не было возможности, а рисковать большое начальство категорически не желало. В итоге нам пришлось чуть ли не до глубокой ночи ползать по трассам и желобам выискивая следы возможных диверсий. К счастью, ничего больше не нашли, но вот несколько ошибок строителей поправили. И в три часа ночи я наконец-то ввалился в выделенный мне номер, усилием воли заставил себя принять душ и только тогда рухнул в постель, отключившись раньше, чем голова коснулась подушки.
— Ты посмотри на эту наглую морду⁈ — выдернул меня из пучины сна недовольный голос Сикорской-самой младшей. — Мы значит, корячимся, тащим чемоданы, а он спит!
— Нам же их до номера донесли, — удивилась Лена, но поняв, что сорвала воспитательный процесс тут же принялась извиняться. — Прости, прости, я не подумала!
— А если бы подумала, поняла бы, что два Кандидата вряд ли утомились бы нести пару чемоданов, даже размером с себя. — я открыл глаза, с удовольствием потягиваясь, и так и замер, в нелепой позе, разглядывая шеренгу чемоданов разных расцветок и размеров. — Это… что?
— Только самое необходимое, — отмахнулась Софья, деловито разглядывая шкафы выделенного мне полулюкса. — Мы здесь застряли на две с лишним недели! Прикажешь ходить в одних и тех же тру… туфлях⁈ К тому же общаться будем с иностранцами, а значит и выглядеть надо соответственно. Так что мы действительно взяли минимум вещей, возможно, что-то придётся прямо здесь докупить. Не знаешь, в Сочи есть достойные магазины?
— Откуда? — я даже не пытался задуматься. — А чего это вы такие деловые? Тут мужик лежит, бесхозный практически, а они ходят, хвостами вертят, а к нему ни-ни!
— Так мужик никуда теперь не денется, — Леночка показала мне язык, но в руки не далась. — А на Олимпиаду может единственный раз в жизни попадём. А если и нет, то это будет где-то там, а не у нас, в Союзе. Так что не мешай! Мы должны быть самые самые, чтобы эти капиталисты не подумали, будто мы плохо живём!
— Действительно, это очень важно, — я стебался, но только наполовину. — Нужно будет ещё медведя помыть, начистить балалайку и отполировать ядерный реактор, чтобы блестел.
И так понятно, что западные журналюги будут раскручивать каждую мелочь, чтобы побольнее уколоть Советы, а наши начнут пускать пыль в глаза, выпячивая достоинства и пряча недостатки. С другой стороны, я помнил олимпиады прошлой реальности, и во что они превратились после двадцатого года. Вроде бы началось это с парижской, а дальше покатилось по наклонной. Наши там уже не выступали, так что я особо и не следил, но с каждым разом становилось всё хуже и хуже, а когда китайцы ушли, то и вовсе начался такой треш, что даже телеканалы отказывались это демонстрировать. Мне в память врезался случай, когда у одной из синхронисток при исполнении фигуры из купальника хозяйство вывалилось. И там было чему позавидовать, несмотря на то что с виду она была вроде как девушкой. Про женский бокс вообще промолчу, там спортсменки бриться не успевали, но при этому у каждой была справка, что она якобы женщина.
Понятное дело, что по большому счёту это был маркер того, что никого не волнует, как именно вы выступили или какое шоу устроили, главное можешь ли ты на любые обвинения закинуть ноги на стол и с наглой ухмылкой спросить: «И чё?» Можешь? Тогда отправляй гимнасток с бицепсом, толщиной с мужскую ногу, плотно сидящую на амфетамине, с полного согласия ВАДА. У девочки же психологические проблемы, дефицит внимания, ей надо. Или целую сборную астматиков, которые носятся по лыжне как молодые лоси и никто им слова не скажет. А нет — тогда не рыпайся, когда твоих спортсменов под надуманными предлогами будут снимать со стартов, станут запрещать им выступать под родным флагом и гимном, да и в целом будут вести себя как хозяева с халдеем. Такова участь проигравших, это ещё римляне отмечали.
  
Однако, всё это не повод отказываться от возможности продемонстрировать гостям с запада преимущества советского строя. И вот сейчас я ничуть не стебался. Я действительно считал, а сейчас и вовсе был совершенно уверен в том, что социализм куда более перспективен и выгоден чем капитализм, хотя бы потому что даёт больше возможностей. Да и если вспомнить прошлую жизнь, там чистый капитализм в итоге загнал себя в тупик, сосредоточив денежные массы в одних и тех же руках, а вот госкапитализм, который имел много сходных черт с социализмом, оказался куда более выигрышным.