СССР-2010. В спорте надо жить ярко! (СИ)

— Верно, — кивнул тот. — Хотите снять домик на лето? Могу устроить. Пицунда, например, подойдёт? Если нет, просто ткните в точку на карте, я всё устрою.
— Отлично! — это объясняло и связи, и авторитет «бухгалтера». Деньги в этом бизнесе крутились совершенно фантастические и тот, кто стоял во главе мог позволить себе цыкать и на коронованного вора, и на прокурора области. Впрочем, мне от него ничего особо было и не нужно. Так, вдруг решил приобрести дачку на лето. Всё же выехать из Сибири на тёплое море это многого стоит, а бабки у меня были. Ну и если уж на то пошло, можно было обговорить строительство дома отдыха для моих работников. Социальную ответственность крупного бизнеса никто не отменял, тем более в Союзе. — Тогда у меня к вам будет разговор после игры. Думаю, мы найдём темы, интересные для нас обоих.
  
— Конечно, — с видимым удовольствием кивнул Александр Филиппович и повернулся к Аксёну. — Пора начинать игру, судари мои! И будьте добры, принесите молодым людям их напитки. Только на этот раз без сюрпризов.
— Поддерживаю, — я подхватил пару фишек и кинул их на стол. — И вот значит, загоняю я свою «Чайку» на профилактику, всё-таки два года считай стояла, пусть и под присмотром. Я, конечно, дедовым механикам доверяю, но армейцы есть армейцы. Лучше подстраховаться. И стою, пью кофе, жду такси, домой уехать и тут ко мне подходит один из мастеров. Молодой, лет двадцать пять, и рожа хитрая такая. Сразу видно, такому машину оставь, все болты поменяет на старые, а новые продаст. А я ещё после армии немного подкачался, ну и когда домой ехал, заскочил в Москву, в ЦУМ, приоделся. Не в Большевичку понятное дело, хоть ничего против этой фабрики не имею. Но надо же цивильно на дембель выйти, так что взял фирму. И подваливает ко мне этот жук, и такой, типа по секрету, а воздух в колёсах менять будем?
— Чего? — Не понял Аксён. — Воздух менять? Зачем? Поддерживаю.
— Вот и я не понял поначалу, — я удержал усмешку, потому что уже убедился, что кроме пары валетов у вора ничего не было, но он упорно лез в торги. Что ж, его выбор. — А этот хмырь такой, мол, нам австрийский привезли, в баллонах. С запахом пива «Гиннес». Четыре колеса — косарь. Брать будешь? А я мигом сориентировался и ему такой, да не, у меня американский закачан, с запахом «Мальборо». И сваливаю. Через десять минут внезапно возвращаюсь, а они всем СТО воздух из моей запаски нюхают.
— А чего, реально американский воздух был? — подал голос Ёся, вызвав второй взрыв хохота. — Я серьёзно спрашиваю! Удваиваю!
— Конечно! — жизнерадостно заржал прокурорский и, тем не менее, карты скинул. — Я пас. Ты, Ёська, как домой приедешь, сразу воздух во всех колёсах поменяй, не забудь! А то чё, как лох, на отечественном ездишь!
— Меня всегда поражает эта гипертрофированная любовь ко всему западному, — покачал головой «бухгалтер» и восемь фишек на стол. — Удваиваю. Какое-то слепое идолопоклонство. При этом там нет ничего, о чём можно было сказать, что они безусловно впереди нас. Разве что автопром, да и то очень спорно. Легковые автомобили, может быть, но грузовики у нас не хуже.
— А шмотки⁈ — больше всего это было похоже на крик души оскорблённого в лучших чувствах Иосифа. — Да вы посмотрите на то, какое говно делают у нас, и какие шикарные вещи у них!
— В этом есть доля истины, — кивнул Ванька, бросая свои карты. — Пас. Но я бы сказал, что у наших проблема с фасонами, чем с качеством. Причём если речь идёт о лёгкой промышленности в целом. А вот если брать отдельные артели и кооперативы, то там бывают очень достойные вещи.
— Самое забавное, — я докинул фишек на стол, выравнивая ставку. — что почти половина того, над чем так неровно дышат наши модники это шмотки для рабочего класса. Например джинсы. Это же одежда фермеров и пастухов. Да, техасских, как наш покер, но пастухов. А те же шузы «Доктор Мартин» изначально делались для рабочих. Как и «Гриндерсы» в которых я гонял. Металлические стаканы в носках он же не для того, чтобы калечить ближних своих, а чтобы ногу не раздавить упавшей на неё железякой. Но гляди ты, культовая обувь.
— Не, я согласен, наши многое делают хорошо, но вот нормального табака у нас как не было, так и нет, — Горохов, или Грохот, как его погоняли, — подхватил из пепельницы кубинскую сигару и выпустив клуб дыма ткнул ей в мою сторону. — Вот ты на Ёсю наехал, а сам в импорте с ног до головы!
— Ноблес оближ! — я важно поднял указательный палец. — Я всё-таки крупный кооператор и выхожу на международный рынок. Иностранцы просто не поймут, если я в «Большевичке» буду гонять. Вот дома там да. Мне всё равно, что одевать, лишь бы было качественно и удобно. А сейчас извините. Надо соответствовать.
— И чего твои эти хреновины компьютерные, они что много денег приносят? — продолжал докапываться прокурорский. — Кому ты нужен за бугром.
— Максим, иногда не стоит демонстрировать свою некомпетентность столь вызывающим образом. — покачал головой «бухгалтер». — Молодого человека не только наше государство отметило, наградив Сталинской премией, но и на Западе считают настоящим гением. Лично я уже привык слушать его радио в машине или на работе. Очень расслабляет. Семён, хочу выразить благодарность за отличную подборку джаза. Некоторых исполнителей раньше даже не слышал.
— Я передам нашему импресарио. — Мне и самому нравилось, что получилось у Иосифа Эмильевича, так что лишняя похвала не помешает. — Он специально в Штаты ездил, чтобы контракты заключить. Там забавно получилось. Местные издательства поначалу выкатили совершенно нереальный ценник, в валюте естественно. Но поскольку нас интересовали старые записи удалось сторговаться за копейки. Нам ещё и скинули как радиостанции, типа ограниченная площадь вещания, расположена где-то в Сибири, откуда у них деньги. А когда осознали масштаб охвата онлайн радио попытались через суд стребовать кучу бабла. Но обломались. Наши адвокаты им популярно нарисовали традиционное индейское жилище — фигвам. Местные утёрлись, но пообещали, что хрен мы у них ещё чего купим. И чего вы думаете? Полгода назад они сами прибежали к нам с предложением взять своих артистов в ротацию. Только… — я сделал паузу. — уже бесплатно.
— Они хотели много бабла, но потом готовы отдать всё на халяву? — впился в меня острым взглядом вор, одновременно уравнивая ставку. — Выглядит будто ты хочешь впарить нам фуфло!
— Издержки твоей профессии, — я пожал плечами, краем глаза наблюдая за метаниями Ёси. — Зачастую вести дела честно выгодней, чем кого-то кинуть и навариться один раз. Спроси у Александра Филипповича. Что скажете? Почему так произошло?
— Думаю, всё дело в отчислениях за исполнение. — оправдал мои надежды «бухгалтер». — Охват сети выше, чем у любого радио и телевидения. Плюс не имеют значения границы. Так что отдать в ротацию и получать прибыль за каждое прослушивание выгодней, чем единовременная выплата, пусть и весьма солидная.
— В точку! — я пожал руку подпольному бизнесмену. — Именно это и произошло! Мы вышли на вещание в Европе и Азии, охват уже в несколько сотен миллионов, а то и миллиард. Так что даже по копейке за одно прослушивание набегают хорошие цифры.
— А ты не боишься озвучивать такие вещи? — прокурорский прищурился, лучше многих понимая, что у воров ничего святого никогда не было и не будет, и за лишнюю копейку они мать родную удавят, как бы не плакали потом на зоне. — За такие бабки и генерала не побоятся.
— Так я и без генерала кое-что могу, — несмотря на улыбку, глаза у меня оставались совершенно ледяные. Я прекрасно представлял, где нахожусь и пошёл на провокацию вполне сознательно. Мне требовалось раскачать игроков, заставить их проявлять эмоции, чтобы завершить составление психологических портретов, чем занимался мой второй поток сознания до предела погружённый в сатори. И я уже с вероятностью в восемьдесят пять процентов мог сказать какая карта у кого на руках, но этого было мало. Я не собирался рисковать, так что теперь стоило немного притушить аппетиты. — Кроме того, трясти меня нет смысла. Деньги за музыку идут по отдельному счёту, который находится под контролем КГБ. Поэтому попытка захватить меня с целю поживиться закончится не золотым дождём, а визитом Матушки Зимы. И поверь, я видел, как работает Татьяна Игоревна. Те, кто при этом выживут, будут завидовать мёртвым. Ладно, чего мы всё об ужасах! Ёся, ты определился?