СССР-2010. В спорте надо жить ярко! (СИ)
— Обещаю подумать над этим, — Сикорская не то, чтобы сдалась, но явно не хотела спорить. — Но конкретно сказать ничего не могу. Слишком многое зависит не от нас. К тому же Семёна могут вообще не выпустить, в том числе из-за родни. Сами понимаете, внук командующего Западно-Сибирским военным округом слишком лакомая цель для ваших спецслужб.
— За это не переживайте, у нас хватит влияния чтобы ни ЦРУ, ни АНБ даже не посмотрели в вашу сторону, — в голосе Джона прозвучала гордость за родной олигархат. — Но, конечно, сначала надо поговорить с дедом и всё согласовать. Но для этого требуется ваше принципиальное согласие.
— Принципиально мы согласны, — видя, что Соня замялась, я взял на себя решение, тем более что оно ровным счётом ничего не стоило. Поедем мы или нет, ещё писями по воде виляно, слишком много разрешений нужно для этого получить лично мне. И не факт, что их дадут. — Наши телефоны у вас есть. Звоните, обсудим что делать дальше. А сейчас предлагаю отправиться на концерт. Это конечно, не ваши звёзды рок-н-рола, но девчонки из «Фабрики» тоже зажечь могут. Это я гарантирую.
— Оу! Конечно! Едем! — тут же оживились американцы. — Это будет интересно!
— А все их песни Семён написал. — тут же сдала меня Лена. — Он у нас вообще популярные поэт-песенник.
— От композитора слышу, — щёлкнул я вредину по носу, заставив возмущённо ойкнуть. — Но песни — это так, баловство. Я уже считай, от этого отошёл, так что Лена не совсем права, последние треки у «Фабрики» уже не мои. Как раз будет случай сравнить. Выступите как независимые эксперты?
— Конечно! — Идея была воспринята с энтузиазмом. — Едем!
Естественно, я не собирался бежать ловить попутку, поэтому тут же через администратора вызвали такси. Зуб даю, что машины будут не любые из автопарка, а исключительно с прикормленными водилами, место то рыбное. Поддатые клиенты щедрые, правда и на проблемы нарваться легче. Но сейчас, с обилием иностранных гостей шансы заполучить чаевые в валюте перевешивали любые возможные неприятности, так что, когда за рулём обеих машина, а в одну мы никак бы не поместились, оказались носатые армянские товарищи даже не удивился. Но и напрягаться не стал. Ну любят они блат и халяву, если не во вред общему делу, то бога ради. И махнув американцам, загрузился с девочками на заднее сиденье. По дороге как раз можно было поболтать и обсудить новых знакомых.
— Ай, какие девушки! Садитэсь, садитэсь, Армен довезёт быстро как пуля, и мягко как у мамы за пазухой! — как и ожидалось, водитель оказался шумным, словоохотливым и тут же обмазал сальным взглядом моих девочек. Впрочем, к этому я уже привык, хоть иногда хотелось самым наглым зенки повыдирать. — Куда едем, а? Таких красавиц я на край свэта увезти готов! Мамой клянусь, всю жизнь би на руках носил!
— Концер-холл, плиз! — я устроился между своих красавиц, и пока они не успели ничего сказать предупредил. — Говорим по-английски. Не думаю, что водила заряжен, но мало ли. Не стоит рисковать.
— Хорошо, — кивнула Соня и тут же выкатила мне претензию. — Зачем ты вообще начал с ними разговаривать? Ещё и меня заставил! Это же…
— Это твоя родня. — отрезал я. — какая ни есть, но семья. И родители за отцов не отвечают. На отца можешь не кивать, когда мы встретились он был подполковником КГБ. Да, тогда это был его потолок, но ты хотя бы представляешь, сколько людей готовы были руку отдать ради такого уровня? И сам факт, что его допустили до службы в конторе, говорит о том, что гнобить всерьёз вас никто не собирался. Не в последнюю степень из-за Татьяны Игоревны. А уж про неё вовсе не скажешь, что как-то задвигают.
— Это сейчас, — не собиралась сдаваться моя Белоснежка. — а раньше не выпускали из-за полярного круга!
— Сонь, но ты же сама говорила, что там ещё неизвестно почему это происходило. — Поддержала меня Лена и тут же переметнулась на другую сторону. — Но я с Сонечкой согласна. Ты мог бы и посоветоваться, перенести встречу на попозже. Мало ли что там было в прошлом, но, если сейчас узнают, что она общается с роднёй из-за границы, могут быть проблемы. А они узнают! Ты сам понимаешь, что все рестораны контролируются КГБ и сегодня же наши фото лягут на стол кому положено.
— Конечно лягут. — я пожал плечами. — но рано или поздно это всё равно бы случилось. Мэри Джейн права в том, что вам надо развиваться, а без выхода на европейские и американский рынки это невозможно. Азия — это неплохо, там почти четыре миллиарда потенциальных покупателей, но вот денег у них немного. Плюс подделки. Зуб даю, прям сейчас китайцы уже клепают нечто подобное. Низкого качества, из дешёвых материалов, но обязательно с надписью «Венус». И бороться с этим бесполезно. Я не говорю, что этот рынок стоит игнорировать, но и ждать чуда не стоит. Китай только выбирается из ямы, не без нашей помощи, что обнадёживает, так что населению не до дорогих украшений, а дешёвые они сами клепают.
— Ты говоришь как капиталист, — поморщилась Софья, но скорее для порядка. Чтобы я не расслаблялся и не обуржуазивался. — рынки, деньги. Разве для этого мы создавали «Венус»?
— Деньги — это универсальный инструмент и мерило качества работы. — я пожал плечами. — тем более что у вас кооператив. И чем больше вы зарабатываете, тем больше получают все участники. Плюс, если уж тебя так коробят сверхдоходы, их можно отправлять на благое дело. Помогать малоимущим, людям с ограниченными физическими возможностями или взять и помочь облагородить город. Обустроить Чемской парк или набережную Оби. Да мало ли что можно сделать имея деньги… так, продолжайте говорить и не реагируйте, что понимаете, о чём водила говорит.
— А? — девочки было дёрнулись, но сумели взять себя в руки и не выдать себя. Но прислушались. — Это он что, про нас?
— Слушай, ара, я тибе говорю, тут такие две ципочки, просто пальчики оближишь. — водила старался понижать голос, но заметив мой взгляд в зеркале заднего вида, ничуть не смутился, тут же выдав отмазку. — Брат звонит. Понимаешь? Нет? Брат! Э, всё равно ни панимаешь⁈ Б-р-а-т!!!
— Бро? — я поднял бровь, играя иностранца. — Окай.
— Ес, ес, бро!!! — закивал счастливый Армен и уже не стесняясь продолжил разговор по телефону. — Я тибе точно говорю, это вэрняк! Они уже из рэсторана под газом вышли, сейчас на концерт везу их, на Лэнина. Потом можно тёплими брать! Только бэлая моя! Э, ара, когда я тибя кидал, а⁈ Зачем так говоришь!
— Чего он хочет? — дёрнулась было Соня, но я незаметно сжал ей руку, успокаивая. — Нет, ты это слышал?
— Слышал, — я улыбнулся подружке. — Похоже или разводилы или кто похуже. Но значит сами виноваты. А пока улыбаемся и машем.
— Надо папу Сони в известность поставить, — проявила завидное благоразумие Леночка. — Конечно, в вас двоих я не сомневаюсь, но лучше не рисковать.
— Обязательно поставим, — я погладил невесту по голове. — Только не сейчас, а на концерте. И да, постарайтесь там тоже по-русски не говорить. Мало ли, вдруг соглядатаев приставят. Не будем пугать жуликов раньше времени.
— Всё, ара, я всё сказал! — тем временем шофёр закончил разговор, и отключив трубку, снова повернулся к нам, лучезарно улыбаясь насквозь фальшивой улыбкой. — Проблемы у брата. Надо было помочь. Понимаешь? По-мо-щь!!!
— Помочи, — я закивал, спародировав английский акцент. — я си помочи ин зе мусеум.
— Чего? — не понял Армен, но тут же с умным видом принялся кивать. — Да, да, музеи у нас шикарные! Я в Эримитаж в том году дочку возил. Два дня ходили, ара! Вот люди жили! Я сибе так же дом украшу! Чтоби лэстница мраморная статуи…
— И золотой унитаз, — подала голос Софья. — Как у африканских царьков.
— Точно, — улыбнулся я, мысленно попросив прощения у краснодарских гаишников. В этой реальности пальму первенства цыганского шика у них забрали негры. — видишь какие культурные жулики пошли. По музеям ходят.
— Да, я жи говорю, били в музее, — ничего не поняв, продолжил разглагольствовать шофёр. — Туда дэтей пускать нэльзя, ара! Я зашёл — вах! Все баби голие! Ладно би хоть ладошкой срам прикрили! Нэт! Стоят, сиски вивалили! Срамота!