СССР-2010. В спорте надо жить ярко! (СИ)

— То есть получается, что, если комитет читает сообщения пользователей — это плохо. — а вот Леночка прекрасно умела делать вид недалёкой, прелестной дурочки, чем часто пользовалась. Но я-то знал, что голова у неё варит не хуже, чем у Софьи. — А когда ЦРУ — это хорошо?
— Наши хорошие агенты и их плохие шпионы, — я одобряюще улыбнулся подруге. — Двойные стандарты во всей своей красе. Когда в Америке хватают людей и кидают их в тюрьму без суда и следствия — это ради защиты демократии. Когда у нас людей отправляют в лагеря по решению суда — это потому, что коммунисты бесчеловечные монстры и жаждут крови. Смотри не перепутай.
  
— Пропаганда все была и будет, — отмахнулся Эмпельман. — Разумный человек прекрасно понимает, что есть истина, а что ему пытается навешать на уши государство.
— Только вот толпа сама по себе темна и не образована, какими бы умными ни были люди отдельно. — я не собирался отрицать влияние пропаганды на мозги населения. Если человеку постоянно говорить, что белое это чёрное рано или поздно он сам в это поверит. — У вас же поэтому существует институт выборщиков. Чтобы тёмные и глупые людишки не проголосовали за кого не надо. При этом из каждого утюга кричат о справедливости демократии и Америка пытается нести её на острие клинка другим государствам. Получается так себе, поэтому приходится врать и изворачиваться. Инцидент в Тонкинском заливе, операция «Нортвудс». Ложь во благо, да? Меня всегда поражала готовность вашего правительства и армии жертвовать своими людьми для достижения сиюминутных политических целей. Нужно обосновать вторжение на Кубу? Давайте устроим теракт в Майями и свалим его на Фиделя. А на людей, своих граждан, плевать.
— Как будто вы не такие, — пожал плечами Чарльз. — Много вы заботились о людях, когда отбирали у них последнее во время продразвёрстки? Когда обрекали на голодную смерть?
— Об этом, думаю, лучше спросить британцев, устроивших голод в Бенгалии. — я не собирался оправдываться. — Или у вас, американцев, в тех же тридцатых годах, во время великой депрессии, когда тоже разразился страшный голод, предпочитавших уничтожать урожай фермеров, который не могли реализовать, но не отдать его голодным. Кстати, вы ведь так и не опубликовали демографическую статистику за то время? Просто поверь, Чарли, я могу продолжать весь вечер. Но мы же собрались здесь не странами мериться?
— Ты чертовски прав! — Эмпельман подхватил свой бокал. — Давайте выпьем за дружбу! Неважно откуда мы и каких придерживаемся взглядов, здесь и сейчас мы все любители спорта. Так выпьем за честные старты и победу сильнейших!
— За победу! — мы с девочками тоже подняли бокалы, со звоном сдвинув их над столом. — Надеешься, что ваши возьмут золото в хоккее?
— Надежда удел слабых, — отмахнулся Чарли. — Я знаю, что мы выиграем! Наша команда состоит из лучших звёзд НХЛ и у нас просто нет конкурентов. Разве что Канада, но те отправили игроков второго дивизиона, куда им до лучших.
— Честная игра, да? — я от души рассмеялся. — Даю рубль за сто, что лучших канадских игроков не отпустили их клубы. Так?
— В точку! — юрист отсалютовал мне бокалом. — Ничего личного, просто бизнес.
— Не думаю, что вам это поможет, — Софья в вечернем платье, украшениях с сапфирами и с бокалом шампанского в руке выглядела светской львицей. Белоснежные волосы, уложенные в сложную причёску, подчёркивали тонкую шею и черты лица. Я даже залюбовался красавицей, но взял себя в руки. Лена выглядела ничуть не хуже и в любое другое время мне пришлось бы отбиваться от желающих познакомиться. Плавали знаем. Но сейчас к нашему столу подходили только официанты. Парочку любителей женской красоты перехватили на подходе работники ресторана, от которых явно веяло почти родной конторой. — Наши ребята выиграли чемпионат мира и находятся на пике формы. Плюс Пыжьянов и Махинько взяли пятый Разряд и задавить их физически не получится, а в искусстве дриблинга с ними у вас мало кто может потягаться.
— Оу, вот это новости! — оживился Эмпельман. — Надо позвонить, сделать пару ставок. У вас шикарные инсайды, миссис Софи. На них можно прилично заработать.
— Благодарю, не азартна, — отмахнулась Сикорская. — Мне в спорте интересен скорее процесс, чем результат.
— А я вот люблю сыграть на ставках, — признался юрист и тут же попытался оправдаться. — Не ради денег, нет, хотя там тоже бывает удаётся поднять за раз месячную зарплату. Меня привлекает возможность проверить себя как аналитика. Какие были предпосылки перед игрой, были ли проблемы у игроков, даже погодные условия. Всё это может сыграть свою роль. И свести всё вместе в единый узел, отсортировать, и сделать правильный вывод — вот где искусство!
— Ты наверно и на бирже играешь, — не то, чтобы мне было интересно, но разговор стоило поддержать. Уходить было ещё рано, хоть в целом я уже понял, что хотел цэрэушник. Связь Эмпельмана с Лэнгли уже можно было считать абсолютной истиной. — Или в казино? Я, кстати, слышал забавную пословицу, мол, хочешь выиграть у казино — купи себе казино.
— Чертовски, верно, сказано! — хлопнул себя по коленями Чарли, уже изрядно набравшийся. — Но нет, казино это не моё. Там результат слишком непредсказуем, хотя в покер я люблю перекинуться. А вот биржа — это интересно, у меня есть небольшой фонд. Жаль только не всегда получается выкроить время.
— Ничего, ещё года два — три и можно будет торговать акциями прямо с телефона. — выдал я прогноз. — Хотя может быть у вас попозже, лет через пять, а то и больше. Нужна инфраструктура, а далеко не все сотовые сети смогут осилить такие расходы. Вот, кстати, ещё одно преимущество социализма. У нас взяли курс на цифровизацию и всё, вся страна стремительными темпами переходит на новый формат связи. Выше скорость передачи данных, шире охват. Наступает эра мобильных устройств. Вот увидишь, лет через десять даже чайники будут выходить в сеть и присылать хозяину сообщение что вода согрета до определённой температуры.
— Тебе бы фантастические книги писать!!! — засмеялся Эмпельман, а вот девчонки не удивились. Я им это говорил уже много раз. Более того, мы усердно готовились к этому времени чтобы занять лидирующие позиции не только в Союзе но и за рубежом. — Надо же, чайник!!!
— А что тебя смущает? — я подозвал официанта, попросив кофе и посчитать стол. — Слышал про закон Мура? Сейчас технологический процесс добрался до четырнадцати нанометров. Это примерно один и три миллиарда транзисторов. Но это не предел и через два года уже будет семь нанометров и количество транзисторов достигнет трёх миллиардов. Мощность обработки данных процессорами вырастет пропорционально. Если к этому времени подготовить сетевую инфраструктуру, то из телефона можно будет создать полноценный развлекательный центр. Не только послушать музыку или посмотреть кино, но и поиграть в полноценные трёхмерные игры по сети, или, к примеру, отслеживать биржевые котировки, продавая или покупая акции щелчком пальца. Банки так же уйдут в сеть, потому что безналичный расчёт удобнее и быстрее. Нет нужды таскать с собой кучу мелочи, а в дальнейшем и вовсе можно будет настроить оплату по сканированию лица.
— Ты сейчас серьёзно? Союз работает над такой программой? — Чарли с виду протрезвел, но коньяк явно ударил ему в голову, потому что иначе, он никогда бы так не спалился. — Или смеёшься надо мной?
— Зачем мне это? — я кивнул, принимая у официанта кофе и положил в папку со счётом свою карточку. — Это логичные предположения о возможном развитии отрасли. Мне положено анализировать и делать выводы, только я не играю на бирже, да и ставок не делаю. Точнее делаю, но не такие. Выиграть пару сотен на победе какой-то команды — мелочь. Выиграть миллиарды, потому что верно составил прогноз будущего и удачно вложился — вот где интерес.
  
— Но ведь выиграешь не ты, а государство, — Эмпельман даже подался вперёд от возбуждения. — У вас же запрещена частная собственность, значит и денег ты не получишь. Но есть места, где тебя примут с распростёртыми объятиями.