Красный орёл (СИ)

Из-за объявленного траура запах стоял хуже, чем в инсулах Норт Аурума. Шутка ли — не мыться девять дней? Плюс до этого мы ещё трое суток не мылись. А форма у нас и так чёрная, словно мы постоянно в трауре. Самое обидное, что мы даже кремировать наших павших не можем. Хотя бы тех, чьи тела удалось вытащить. Их просто разложили в палатках (но обогреватели там не устанавливали, разумеется), чтобы все могли проститься с братьями-легионерами. Затем павших погрузили на самолёт и увезли в столицу провинции.
Все девять дней я старательно наблюдал за горизонтом, глядя в сторону Норт Аурума и пристально вслушиваясь. Солнце уже не поднималось, поэтому какую-либо яркую вспышку от взрыва пропустить было невозможно, но ничего такого я не увидел. Пытался узнать у нового исполняющего обязанности первого центуриона, что вообще происходит, а также почему мы безвылазно здесь сидим, а не идём в атаку, но он тоже ничего не знает. К нашему легату я больше не хотел подходить. Не мог заставить себя морально. Да мне вообще по должности такое не положено, только кто меня остановит?
Все, с кем я столкнулся за девять дней (а это очень много легионеров и командиров), считали нас чуть ли не бессмертными и искренне восторгались прорывом под моим руководством. Приятно, само собой. Но факт в том, что мы с моими легионерами сохранили жизни друг другу. Вынь один кирпичик — и всё бы развалилось. Убери одного легионера с тяжёлым скутумом, и при перестрелке у нас были бы жертвы. Убери Массиниссу, и враг мог бы не дрогнуть, а мы могли бы разбежаться. Убери Гнея, и мы убились бы, пытаясь прорваться прямо через укрепления. Убери Рикса, и мы бы вообще никуда не пробились. Поэтому при каждой похвале, направленной в мою сторону, я отвечал: «Это наша общая заслуга».
Хорошо, что из лагеря первого легиона успели почти всё вывезти: транспорт, провизию, оружие. Но всё же надеюсь, что восставшие не доберутся до нашей казармы. Там же много личных вещей, фотографии и письма Аши, денарии, заработанные не совсем честным трудом…
На десятый день пребывания в аэропорту поступил приказ всем командирам (начиная с заместителей деканов) явиться на склад и готовиться к отправке в Норт Аурум. Это было странно. Точнее это очередная маленькая странность в огромной череде других странностей. Атаковать город одними только командирами? Надеюсь, что нет. Да и полученное на складе поставило нас в тупик.
Мы с Гнеем и с остатками командования нашей центурии загрузились в большой автобус. На таком я когда-то ехал из аэропорта в лагерь легиона в свой первый день службы здесь. Вместе с нами были десять преторианцев, включая центуриона Вергилия Мария. Приятно увидеть знакомое лицо.
— Итак, внимательно слушайте и исполняйте инструкцию легата преторианцев, помогайте друг другу при необходимости. Обращайтесь, если возникнут вопросы, — огласил мужчина в пурпурном плаще, начав снимать с себя этот самый плащ.
— Уважаемые сыны Республики! — началась запись «инструкции». — Сейчас Норт Аурум и его окрестности должны быть безопасны, однако предосторожность никогда не бывает лишней. Для начала поднимите щиток на вашем шлеме, снимите его и наденьте выданный вам респиратор.
Да, маска действительно похожа на респиратор, используемый при определённых строительных работах, только с очками на глазах.
— Его края должны плотно прилегать к коже. При необходимости зафиксируйте респиратор ремешками, расположенными на затылке. Командиры, обладающие огнестрельным оружием, должны упаковать его в специальный чехол. Это не помешает вам стрелять при крайней необходимости. После этого временно отложите оружие и наденьте шлем. Затем наденьте белые штаны и накидку, зафиксируйте накидку таким образом, чтобы кожа на лице была полностью закрыта, закрепите на талии тканевый пояс. Только потом наденьте чехлы на обувь и перчатки. Сейчас вы можете положить барабанники в холстер на груди накидки. Заместителям деканов необходимо повесить выданный вам лом на тканевый пояс.
Мы, словно заворожённые, выполняли каждое слово легата, абсолютно не задумываясь над своими действиями и их смыслом.
 
— Ни в коем случае не снимайте респиратор, находясь в Норт Ауруме и его окрестностях. Тем более, ничего не пейте и не ешьте там. Не берите с собой никакие вещи, в том числе деньги, найденные там. От этого зависит жизнь и здоровье ваших близких…
Запись крутилась по кругу, хотя мы вроде как уже собрались и выехали в путь. Сначала я думал, что город просто хотят заморить голодом. Плохая идея, конечно, ведь на это потребовалось бы месяца три, так как в Норт Ауруме существует запас продуктов на случай перебоев в поставках, пускай это и запас самой плохой еды во всём мире. Теперь я понимаю, что всё куда серьёзнее.
— Выходим из автобуса, идём к грузовику, берём носилки. Выносим тела из инсулы, складываем в грузовик, — распоряжался центурион преторианцев. Я уже даже не удивлялся, почему он раздаёт нам команды. Видимо, в критических ситуациях мы становимся лучшими друзьями, а все противоречия разом забываются.
Мы выполнили первую часть приказа и направились к зданию. Ко всем соседним инсулам тоже пристыковались автобусы и грузовики с легионерами и преторианцами других центурий. Причём нам досталась инсула с моей любимой огромной надписью на стене «Морс — Аурум» — «Смерть — Золото».
Хорошо, что запахи мы не чувствуем благодаря респираторам. Тут и раньше не прям уж прекрасно пахло, страшно представить, какие ароматы витают в воздухе сейчас. Особенно учитывая то, что прямо у выхода из здания мы обнаружили два бледных тела. Повсюду была рвота, фекалии, изо рта текла запёкшая кровавая пена. Мы с Гнеем молча взяли один труп, положили на носилки и вынесли к грузовику.
В городе слышались выстрелы, но то, что я вижу сейчас, лишает вообще кого-нибудь шансов на выживание. Видимо, контрольные. В уже остывшие тела разряжают барабанники. На всякий случай.
Гней ломом вскрыл первую комнату, мы обнаружили там парня и девушку, лежащих в обнимку на одноместной кровати. Разумеется, они тоже были мертвы. Мы решили сразу вынести обоих, не размыкая их объятий. Тяжело, но на душе ещё тяжелее.
— Господин центурион преторианцев, — обратился я к Вергилию, выйдя наконец из ступора послушного выполнения приказов. Кстати, в респираторе было крайне сложно говорить. — Что тут вообще произошло?
— Марк, тебе подробно об этом расскажут на Марсовом поле, — ответил он без какой-либо злобы или надменности.
— Зато теперь я понимаю, как мы победили Серес и Новую Римскую Республику, — вздохнул я, присев на снег. Гней отошёл в сторону, оставив нас наедине.
— Такое бывает, первый декан, — присел рядом преторианец. — Сто двадцать лет назад, когда произошёл крах финансовой системы, в негражданских городах начали вспыхивать восстания. Наши предки пытались подавить их лёгкими методами, но недовольство продолжало разрастаться, захватывая новые территории. В итоге пришлось уничтожить население 16 городов. Пришлось убить 3 миллиона человек.
— Поэтому Норт Аурум зачистили до того, как разгорелся пожар, — догадался я.
— Как я сказал, такое бывает. Приблизительно раз в десять лет приходится жертвовать сотней-другой тысяч человек, чтобы потом не уничтожать миллионы.
— Если бы не второй легат, не пришлось бы никем жертвовать…
— Я приезжал, чтобы обуздать его буйный нрав, который начал выходить из-под контроля. Я даже попросил твоего легата надавить на этого безумца. Не помогло, как видишь…
— И что будет теперь?
— С легатом? Дукс отправил его в отставку, — с легкой грустью сообщил преторианец. Да уж, из-за одного психа погибает более 90 тысяч человек, а он всего лишь уходит на пенсию. Высшая степень несправедливости. — Твой легат тоже подал в отставку. Доработает три месяца, передаст дела своему приемнику и уйдёт. К сожалению. Он был умным командующим, пускай и не с совсем чистым на руку.
— А Норт Аурум?
— Вывезут тела, окончательно обезопасят, потом ближе к лету или даже к осени заполнят жителями из других негражданских городов.