Красный орёл (СИ)

Оказывается, гладиус в строевом бою — это на 99 % колющее оружие, а не рубящее, как наши резиновые потомки великих мечей прошлого. И, исходя из этого, даже скутумы держали слегка по-другому, а строй легионеров был несколько иной, чем сейчас. Гай Гракх — это просто настоящая ходячая библиотека (в исключительно хорошем смысле). С ним не только приятно беседовать, но и можно узнать много нового и невероятно интересного.
А вот кино, даже историческое, нагло врёт. Я это давно заметил, ещё в детском городе, только не совсем понимал, зачем так делают. Изначально думал, что исключительно ради красивой картинки. Однако тот же первый центурион расставил всё по своим местам. Он сказал, что бои в кинематографе нереалистичны для того, чтобы никто не мог обучаться по ним военному делу.
Собственно, именно поэтому любые драки и конфликты жёстко пресекаются в детских городах, а из физической подготовки только бег и плавание. Всё это только ради того, чтобы дать весомое преимущество обученным и подготовленным легионерам в случае мятежа. Ведь легион составляет всего лишь один процент от общего числа людей по всей Республике. И в случае восстания хотя бы нескольких процентов людей, легионеры столкнутся с серьёзной проблемой.
— Гладиусы достать! Гладиусы убрать! — пускай бойцы будут меня недолюбливать, мне главное, чтобы они смогли выполнять поставленные задачи и не погибли из-за какой-нибудь глупости, вроде застрявшего на поясе меча.
— Пожрать бы, — услышал я разочарованный шепот Дионисия.
— Отличная идея, боец! — наиграно поддержал я моего маленького мятежника. — Завтра количество еды будет увеличено на двадцать процентов.
— Ооо, прекрасно, — расплылся он в улыбке раньше времени. Вообще у нас с кормёжкой всё более чем идеально, даже намного лучше, нежели в детском городе. Легион выделяет своим людям какое-то невероятное количество мяса и мясных продуктов, птицы и рыбы, сыра и молока, некоторых овощей и хорошей каши, а также, что самое приятное, вина. Есть даже соусы, включая мой любимый очищенный гарум. Только хлеб мы в городе покупаем.
— А следующие два дня вы останетесь совсем без еды и алкоголя, так как условный противник напал на условную колонну снабжения, — перешёл я к самой важной части. Нас так в тренировочном лагере пару раз мучали. Мол, сегодня без еды будете, извините, выживайте. Но это касается только будущих центурионов, обычных легионеров к такому не готовили почему-то. А ведь случиться может всякое…
— Первый декан, а можно будет добыть еду в бою с условным противником? — слегка обречённо усмехнулся Дионисий.
— Нет, есть мы не будем совсем. Да, именно мы. Условное снабжение условно не дошло в том числе и до меня, — без личного примера за мной точно люди не пойдут. Кстати, я уточнил у тессерария, можно ли официально лишить контуберний еды с целью приучения к тяжёлым условиям. Он дал добро и обещал помочь оформить необходимые документы. — На следующий день после возобновления условного снабжения едим сто процентов нормы, а потом сто двадцать процентов четыре дня подряд.
Наблюдательный легионер мог бы задаться вопросом, а куда денется ещё один дневной паёк на десятерых крепких парней? Отдам мясо Олимпии, а всё остальное — Петронию. И своих закармливать не хочу, и что-то приятное желаю сделать местным жителям. Пускай и не всем.
Всем приятности организовал первый центурион при помощи легата Мания Севера, который договорился с проконсулом об увеличении поставок колбас в Норт Аурум сразу в два раза. Это не так много, как может показаться. Даже четырём тысячам легионеров поступает больше мясных продуктов, чем восьмидесяти тысячам жителей. На самом деле, в Норт Ауруме основная проблема населения — дефицит товаров. Почти у половины населения неплохая зарплата, только достать что-то обычному человеку без связей почти невозможно. Это касается как нормальной еды, так и, например, новой хорошей одежды (но телевизоров, сука, здесь завались).
Причём, насколько я понял, этот искусственный дефицит создан специально. Мол, они же все были осуждены за преступления, пускай теперь страдают. Могу понять эту логику, но только за свои проступки жители Норт Аурума уже понесли наказание в трудовых лагерях. Сейчас же они — обычные люди, которые хотят вкусно кушать, красиво одеваться, развлекаться и не жить в выгребной яме. Мы же, намеренно усложняя их существование, вызываем только недовольство и провоцируем на новые преступления.
 
Я согласен с тем, что нельзя так сразу организовать поставки всего необходимого для комфортной жизни всех и каждого. Это нужно делать постепенно, маленькими шажками.
— Хорошая идея с едой, командир, — первым поддержал меня ветеран Рикс, когда мы вечером после тренировки вдвоём уселись на кухне. — У нас бывают перебои в поставках зимой. Запасов обычно хватает, но всякое может случиться.
— Спасибо, Рикс. Вино, пиво?
— От пива не откажусь, командир, — улыбнулся наш титан, я достал банку и кинул ему через всю кухню. Он ловко поймал её, но от него другого и не ожидаешь.
— Расскажи, как вас Ганг тренировал? На что мне нужно сделать упор?
— Да так же дрюкал нас целыми днями! — рассмеялся Рикс, открывая пенный напиток и тут же делая большой и жадный глоток.
— И Аякс нас. Вы, наверное, Ганга ненавидели…
— Нет, мы его обожали! Он делал всё для нашего блага и для блага Республики, — видимо, великан скучает по прошлому декану. Я тоже по Аяксу скучаю, чего уж скрывать. Но обожать его? Нет, никогда. Как же Ганг при схожих методах смог пробудить в своих людях именно любовь, а не просто страх с долей уважения?
— Рикс, мне порой кажется, что я не готов ко всему этому, что я не справлюсь. Мне же всего восемнадцать лет! Я ещё полтора года назад в школу ходил, — признался я самому опытному бойцу в своих чувствах.
— Ты готов, — уверенно ответил титан. — Ты доказал это во время службы и своим интеллектом, и силой, и лидерскими качествами. А ещё первый центурион не ошибается в людях. К тому же могу предположить, что через три с половиной года ты будешь командовать целой центурией в звании опциона.
— Да, меня пригласили на Марсово поле ещё при получении гражданства, — нет смысла это скрывать, ведь раньше из-за подобной информации декан мог несправедливо относиться к своему легионеру. А сейчас я сам декан. — Тебя ведь тоже приглашали?
— Было дело, — начал рассказ Рикс слегка печальным голосом. — Но не при получении гражданства, а после первого года службы легионером.
— Ты, видимо, уже понимаешь, что я хочу спросить, почему же ты отказался?
— К командирам, которые не сразу получили приглашение в академию, отношение совершенно другое. Если парней вроде тебя быстро двигают по службе, то я бы лет двадцать сидел в опционах. Тоже неплохо, но не моё это. Командование — вообще не моё. Я хочу отвечать только за свои действия, а не за действия других людей.
— Ты кого-то потерял? — кажется, я понял мотивацию моего собеседника.
— Напарника, — подтвердил великан, сглотнув слюну и запив это остатками пива. Я подошёл к холодильнику и кинул ему ещё одну банку. — В провинции Южный Серес мы тогда служили. Была жалоба на строительный шум ночью в одной из комнат инсул, поэтому мы поехали вдвоём. Обычное дело. Там, кстати, инсулы куда выше, чем здесь. Могут и по тридцать этажей быть. В комнатушке мы обнаружили целую химическую лабораторию и трёх подонков.
— Наркотики?
— Хуже. Взрывчатка, — ого, это мы ещё весьма спокойно в Норт Ауруме живём! — Я тут же прорвался вперёд, уложил одного, другого, но затем услышал громкий хлопок за спиной. Однозарядный пороховой самострел буквально снёс моему другу голову. Я повалил стрелявшего за пол, затем бил по его голове сапогом до тех пор, пока от неё ничего не осталось.
— Жёстко. Я соболезную.
— А после меня пригласили на Марсово поле, — вздохнул гигант.
— В смерти твоего напарника нет твоей вины.
— Сейчас я это понимаю. Но тогда я думал, что должен был прикрыть друга, что он погиб именно из-за меня…