Красный орёл (СИ)
У нас ритм жизни слегка отличается. Патруль днём, а следующий день, как мне сказали, «для особой работы». Если её нет, то заменяется тренировками на 6 часов. Далее — снова тренировки 6 часов и уборка всего лишь на 1 час. Лишь затем выходной. Потом четырёхдневка начинается с «особой работы», после — ночное дежурство, тренировка, отдых. И снова возвращаемся к первому циклу.
Ещё у нас есть центурии, которые вообще не ходят в патрули, они охраняют перемещение грузов. Есть центурии, специализированные на расследовании преступлений, другие — стерегут предприятия и следят, чтобы работники не воровали, а есть ремонтники и пожарные. В общем, мы — этакие универсалы. Но, в любом случае, каждый легионер должен быть готов взять в руки скутум и навести порядок в городе.
Наш транспорт, находясь в «стае» других таких же слонов, неторопливо двигался к городу. Пересменка у части патрульных, видимо, так как навстречу нам тоже двигались автомобили легиона, принося в эту ночь хоть капельку света благодаря круговым светильникам. От лагеря до города рукой подать, миль пять максимум.
То, что я увидел при въезде, навеяло на меня чувство безнадежности. Вдоль ярко освещённых дорог стоят бесконечные серые инсулы высотой в пять этажей (но фактически в них четыре этажа, как я уже выяснил) с малюсенькими окнами (на некоторые из которых установлены чуть ли не самодельные решётки), всё изрисовано и исписано зелёными, синими и красными красками прямо до крыш. Где красуется изображение мужского полового органа на всю высоту, где надписи вроде «Гай Секст — вор!», «Мы уже мертвы», «Иди поспи», «Мы — тоже люди!», «Я люблю тебя, Кассия!» есть даже фраза «Смерть легиону!».
Некоторые окна закрыты листами оргалита. Видимо, стекло выбыли, а заменить нет возможности. Проезжали мимо одного выгоревшего здания. Хотя обычно такие строения либо восстанавливают, либо сносят, если нельзя реализовать первый вариант. Автомобили легиона разъехались по районам, у каждого патруля своя зона ответственности. Так мы остались на безлюдной улице. Мимо нас иногда проезжали городские автобусы, заполненные местными работягами, редко проплывали грузовики, один раз заметил снегоуборочную технику, но личных автомобилей я не видел.
— Теперь можно остановиться, слушать приёмник и заниматься своими делами, — расслабился Аякс на водительском кресле.
— Можно я потренируюсь? Слона ведь ни разу не водил, — нарушил я его планы на отдых.
— Тут всё как на стандартном микроавтобусе, — вздохнул командир, открывая дверь, чтобы мы поменялись местами. — Просто представь, что на обычный транспорт накинули почти сотню талантов стальной брони, усилили мотор, слегка закрыли обзор решеткам и превратили переднюю часть в таран.
Глупость, но это маленькое наставление мне помогло. Я сразу смог понять, как этот зверь набирает скорость, как правильно заходить на поворот, какая длина тормозного пути. За рулём слона я испытал настоящее блаженство. Потом настала очередь Тита изучить новое средство передвижения. И тут уже даже декан испугался. Мой друг перемещался рывками, задел огромный сугроб при повороте, но потом более-менее смог наладить контакт с нашим боевым чудовищем.
— Район 4, улица 2, инсула 3, комната 211. Предположительно, драка, — донесся чёткий голос из приёмника.
— Первый-девятый, принял, — сообщил в ответ Аякс.
— Первый-девятый, повторяю координаты: район 4, улица 2, инсула 3, комната 211. Удачи.
— А вы думали, мы тут кругами кататься будем? — усмехнулся декан, глядя на Тита. — Вон у того дома останови, мы рядом совсем.
А он хорошо ориентируется. Не знаю, сколько времени придётся угробить только на изучение местности. Почему нельзя давать районам и улицам нормальные названия? Тит весьма успешно припарковался у одного из входов и заглушил мотор, после чего мы быстро выгрузились в полном обмундировании, декан приказал опустить щитки на шлемах, мы зашли внутрь.
Вопрос «почему не назвали номер подъезда, ведь инсулы далеко не маленькие» отпал сам собой. Коридоры здесь шли через весь этаж. Плохо освещённые, низкие, сырые, с отваливающейся краской, разбитой плиткой и ещё более расписанные, чем стены снаружи. Как только мы вошли, все тут же разбежались по своим норкам. Форма легиона вызывает у местных жителей настоящую панику.
— Лестница, — указал декан, мы поднялись на один этаж выше и ушли в такой же мерзкий коридор. Этот был ещё темнее. Половина светильников разбита. Аякс легко нашёл нужную комнату, хотя на ней не было номера. Видимо, инсулы здесь типовые. И какие же здесь низкие потолки, я еле-еле прохожу! Уверен, с гребнем центуриона я уже точно не помещусь.
— Легион! Немедленно откройте! — громко постучал Аякс по хлипкой дверце.
— Это на меня напали! На меня! — тут же раздался крик с другой стороны, затем вход в комнату открылся. На пороге стоял молодой парень с кровавыми подтёками на одежде.
— Подождите здесь, — приказал декан, оставив нас с Титом за дверью. Я этому сильно удивился. Разве мы не должны учиться взаимодействовать с пострадавшими?
— Вот мразь, — вышел через три минуты командир. Пока мы его ждали, все сидели по своим норкам. Во всем здании воцарилась идеальная тишина. Если бы у декана произошёл конфликт, то мы бы услышали. — Фонарики.
Мы включили маленькие светильники на наших шлемах, они хоть и слабые, но полумрак вокруг нас разогнали.
— Я вышибаю дверь, ты врываешься со скутумом и подавляешь сопротивление при необходимости, — обратился Аякс ко мне, подойдя к соседней двери, на которой кто-то очень добрый написал слово «урод». — Тит, прикрой наши спины.
— Понял, — уверенно ответил я, хотя совсем не понимал, что вообще происходит.
Декан тут же, без предупреждения, выбил ногой замок на старенькой и без того убитой двери. Я сразу ворвался в тёмное помещение. В маленькой комнате на кровати спал мужчина. Ух, не пришлось «подавлять сопротивление». Судя по запаху, оно уже подавлено алкоголем.
— Вставай, животное, — весьма жёстко пнул спящего Аякс.
— А? Что? — растерялся разбуженный мужик. Он показался мне весьма крупным, хоть и с внушительным животом, высоким, с огромной плешью на голове.
— Легион! Собирайся, с нами поедешь, — приказал мужчине Аякс. — Быстрее давай, быстрее!
Мужик мгновенно протрезвел, понимая своё не самое хорошее положение. Включив свет в комнате и засуетившись, он начал надевать на себя зимнюю одежду. Комната была достойна всего дома: шкаф без дверцы, какие-то пятна на полу, старая и грязная одежда разбросана повсюду, немытые тарелки на маленьком столе. Не думал, что люди так живут в наше время… Ничего себе! В окружении всего этого кошмара красуется новенький и весьма хороший телевизор! Эй! Ты в дерьме живёшь! Может, сделаешь ремонт, купишь новую мебель, уберешь всю эту грязь, а уже потом дорогую технику себе покупать будешь?!
— Мне тебя долго ждать? — Аякс слегка пнул ногой под задницу короля свалки.
Собравшись, мы пошли вниз. Я первым, за мной задержанный, после декан и Тит. Аякс сел за руль, Тита посадил рядом, а меня назад вместе с мужиком. Когда мы отъезжали, я заметил, что из крошечных окон инсулы на нас смотрело множество людей.
Мужчина ехал молча, опустив голову. Интересно, о чём он сейчас думает? Да и что он такое совершил вообще? Спустя минут пять слон затормозил. Странно, вокруг темнота, да и не успели бы мы до лагеря добраться…
— Выметайся, — повернулся Аякс к мужчине, заглушив мотор. — Не вмешивайтесь, — это он уже нам приказал.
— Простите, я перебрал, этого больше не повторится, клянусь! — внезапно взмолился он.
— Выметайся! — прокричал декан, сам покидая транспорт.
Мы находились на каком-то тёмном отшибе, ближайшие инсулы слабо светили немногочисленными огнями, находясь от нас в полутысяче футов.
— Умоляю, не надо, — продолжал мужчина, а я не совсем понимал, что происходит. Ровно до того момента, когда Аякс не ударил его своей левой рукой с блестящими золотыми перстнями прямо по лицу.