Урга и Унгерн

– На восток – это в Приморье? – уточнил я.
– На восток – это в Китай! – поправил Резухин.
– А зачем Дедушке Китай?
– Надеюсь, что незачем. Но ведь для чего-то же он женился на китайской принцессе! Идею воссоединения всего азиатского мира в могучую монархическую державу он вроде как не забросил.
– Китайская принцесса? Барон что, женат?
– Вы не знали? Да, женился на китайской принцессе, однако, если вам любопытно, расспросите о подробностях у него самого! Теперь же вынужден прервать нашу беседу, скопились дела, которые необходимо решать.
– Да, конечно. – Я поспешил откланяться.
Рериха я нашел не сразу. Пришлось помотаться по городу. Он оказался в госпитале у Клингенберга. Выглядел уставшим и нервным.
– Здоро́во, Ивановский! Что у тебя опять стряслось?
– Привет. Да вот разговор к тебе есть недолгий, может, отойдем в сторонку?
Рерих нахмурил лоб, взял меня под руку и отвел во дворик, где больные и выздоравливающие бойцы гуляли, курили или просто сидели на выструганных из цельного бруса скамьях. Рерих выбрал место подальше от всех и приготовился меня слушать. Я вкратце рассказал ему историю о своем визите к Сипайло – про отрезанные головы, украденные кристаллы и человеческое сало, которым Макарка меня угощал. Рерих слушал не перебивая, а когда я закончил, еще некоторое время молчал.
– Кирилл, ты совершил несколько грубых ошибок, и они могли не только стоить тебе жизни, но и поставить под удар меня. Если бы ты послушал моего совета и перед визитом к Макарке принял метамфетамин, то всего этого ералаша не возникло бы. Еще возьми за правило никогда, слышишь, никогда не принимать из рук Сипайло еды! В дивизии хорошо известны случаи, когда он травил людей ядом, предлагая им угощение.
– Я как-то не подумал об этом… – начал я оправдываться, но в этот раз был грубо прерван Рерихом:
– Это не игра в разведчиков, Ивановский! У нас не будет второго шанса. Если что-то пойдет не так, мы погибнем. При этом наша участь как заговорщиков будет самой незавидной. Соберись уже, нам нужно действовать осторожно и слаженно, иначе мысль о побеге можно похоронить. Теперь по поводу кристаллов… Их запас не бесконечен. Гашиша у меня довольно много осталось, есть и опиум, а вот метамфетамина я хоть и успел произвести в значительном количестве, да только много его ушло на штурм Урги. Восполнить запасы можно лишь новым производством, а это процесс хлопотный, потому, когда в следующий раз получишь от меня склянку с веществом, спрячь ее в укромном месте и используй лишь в самом крайнем случае. К Сипайло пока не лезь. Он очень подозрительный, сразу почует неладное.
– Не полезу, уж будь спокоен! Кстати, сегодня утром, когда я выходил из комендатуры, внизу никого из охраны не было. Может быть, это случайность, а может, и нет.
– В какое время ты покинул здание?
– Ну, часов в шесть или семь утра.
– Хорошо, учту этот момент. Теперь иди в штаб, запри его и хорошенько выспись, пока Унгерн не в городе, а то вид у тебя потрепанный. Вечером, часикам к семи, ты мне нужен в мастерских, назначено совещание по вопросу производства скипидара.
– Буду, – кивнул я Рериху и двинулся отсыпаться в штаб.
Дуся встретила меня радостно. Заперла штаб, разогрела воду на появившемся непонятно откуда примусе. Помогла мне помыться и напоила чаем. Она не расспрашивала меня ни о чем, и я это высоко ценил. Укладываясь спать, я попросил ее разбудить меня часиков в шесть, если, конечно, к тому времени сам не проснусь.
В мастерские пришел чуть раньше назначенного срока, однако все уже были в сборе. Пахло гашишем, наверняка уже была выкурена не одна папироса. Кроме Лисовского, Торновского, Дубовика и Рериха, в обсуждении участвовал и Бурдуков. Я не ожидал его встретить тут. Как оказалось, Бурдукова привел Торновский, рекомендуя его как весьма полезного человека в предприятии по производству скипидара. Видимо, у старых знакомых были до этого общие дела, и Торновский Бурдукову доверял.
– Я смогу обеспечить подводы и вывоз сырья, еще выделить работников и инструменты, – утверждал Бурдуков. – Разумеется, это потребует определенных расходов, которые я рассчитываю компенсировать. Китайцы разграбили мой дом и склады в городе, и я понес огромные убытки.
 
– В обиде не останетесь, – пообещал Рерих. – У вас ведь есть нетронутая фактория в Кобдо и склады?
Бурдуков снял с носа очки, начал их усердно протирать, шевеля своими усищами. Было видно, что он волнуется.
– Нам понадобится больше соляной кислоты для стимуляции деревьев, сумеете достать?
– Да, пожалуй, смогу, на моих складах, конечно, такого экзотического продукта нет, но можно закупить на кожевенном заводе, там наверняка есть запас.
– Хорошо. – Рерих протянул Бурдукову бумажку. – Вот список всего необходимого. Постарайтесь в ближайшие дни собрать информацию о том, что можно достать и по каким ценам.
Бурдуков взял бумагу и, пробежавшись по списку, закивал. Он бережно сложил листок в несколько раз и спрятал во внутреннем кармане пальто.
– Я могу еще быть вам полезен?
– Можете идти. – И Рерих отвернулся от Бурдукова, который, что-то бормоча себе под нос, поспешил покинуть мастерские.
– Будьте уверены, он все достанет! – Торновский улыбался, глядя вслед удаляющемуся Бурдукову. – У меня готовы две команды, могу отправить экспедицию на взятие проб живицы хоть сегодня. Только вопрос теперь: куда мы их пошлем?
– Я закончил с картами, – уверил Лисовский. – Если двигаться на северо-восток по долинам, можно отыскать довольно много хвойного леса, только он почти весь находится на возвышенности. По Тэрэлжинскому тракту на север есть неплохое место, окружено с обеих сторон долины довольно густыми хвойными массивами, рядом несколько монастырей и храмов.
– Мы там заготавливали древесину! – Торновский глянул на развернутую Лисовским карту и ткнул в нее пальцем. – Вот сюда надо отправить одну команду, а вторую – севернее, там от Тэрэлжа на запад долина есть, тоже в окружении хвойных гор. Тут всего пара дней пути; если вывозить живицу отсюда, то даже на волах несложно будет.
– Добро! Торновский, отправляй свои команды завтра же. Пусть постараются за неделю обернуться, каждый день теперь дорог. – Рерих посмотрел на Лисовского. – А что по печи? Сколько времени нужно будет на ее постройку?
– Да это недолго, материалы вроде есть. Только вот перегонные шланги и прочее оборудование понадобится, ну и угля порядочно для растопки.
– Угля тебе добудем, а по шлангам и прочему списочек составь, Торновский Бурдукову передаст, а тот уже достанет.
– Достанет, – улыбался Торновский, – этот достанет.
– Дубовик, как по стеклянным пулям идет дело? Сколько удалось уже отлить? – Рерих вытащил папиросу с гашишем, и Дубовик подошел поближе.
– Ну пару тысяч отлили. Скорость производства чуть ниже запланированной, так ведь производство кустарное, и еще приходится винтовки ремонтировать параллельно – старья много.
– Как первую сотню тысяч закончишь, подели пополам и одну часть передай Торновскому для военной школы в Урге, а вторую Ивановский отвезет в Ван-Хурэ для военной школы Казагранди, там сейчас новобранцев вал пошел, нужны патроны и оружие.
– Лисовский, про автомобили что скажешь? Турели пулеметные когда приваривать начнешь, броневые листы ставить?
– Сначала надо кузов переделывать, я же говорил. Ковки много. Броневые листы, думал, получатся из пулеметных щитков, да там тоже больше барахло, четверть дюйма всего и металл мягкий, разве что внахлест делать. В Ижоре для системы «Кольт» листы в полдюйма толщиной производят и металл что надо, вот такие бы нам сюда, – мечтательно закатил глаза Лисовский.
– Нету горничной – еби дворника! Делай внахлест из того, что есть! – хохотнул Торновский и, приняв от Дубовика папиросину, сделал глубокую затяжку.
Совещались еще около часа. Рерих поставил мне задачу записать все поручения и ответственных, обозначить сроки, собрать смету и подать на утверждение барону, когда тот прибудет в город. После совещания я отправился к себе в штаб. Некоторое время потратил на составление отчетов и теперь планировал пообедать приготовленным Дусей в котелке варевом из чумизы с бараниной. Запах от мясной похлебки распространился по «тронному залу» и пробуждал аппетит, мешая сосредоточиться на работе. Я помыл руки и убрал со стола бумаги, а Дуся с хитрой улыбкой принесла тарелку с варевом, чайник чая и села за стол напротив меня, приосанившись и артистично расправив плечи. Мне показалось, что она ожидает чего-то, я не мог не заметить в ее движениях игривого лукавства. Пригляделся повнимательнее и обнаружил, что волосы у нее аккуратно уложены, а сама она нарядно одета в шелковое синее платье. Теперь она, очевидно, ожидала моего одобрения, и я уже начал подыскивать нужные слова, для того чтобы сделать изящный комплимент, но внезапно раздался шум шагов и трое бойцов из Комендантской команды проследовали к моему столу. Из-за их спин выскочил Сипайло. Он протянул мне свою прохладную вялую руку для пожатия, сам при этом уставился на Дусю. Мне не понравился его взгляд, да и нежданный визит Макарки не сулил ничего хорошего. Я попросил Дусю выйти, и она поспешила скрыться в своей комнатке. Сипайло провожал ее взглядом, нервно дергая своей приплюснутой головой.