ДНК для олигарха (СИ)

— Между нашей спальней и детской есть дверь. Будем держать ее открытой. Подумаешь, проблема!
— Дверь? — переспрашиваю как дурочка.
— Ага, — фыркает саркастически муж. — Такая доска на петлях. Закрывается-открывается…
С издевкой водит ладонью из стороны в сторону. И добавляет с сарказмом.
— Хватит тупить, Крис. Глядишь, жизнь и наладится!
Вспыхиваю будто свечка. Подыскиваю такой же ехидный ответ.
Но мой новый муж, насладившись моей растерянностью, отворачивается к ребенку и восклицает благодушно.
— Вот и набережная, Лизок! Угадай, на каком кораблике мы поплывем?
— На этом? — машет в сторону оранжевого банана малышка.
— Не-е-ет! — смеется Матвей.
Улыбаюсь и я, с трудом представляя важного Шершнева верхом на надувном бревне.
— Знаю-знаю! — снова кричит дочка и подпрыгивает радостно. — На этом?
Показывает на небольшой прогулочный катерок.
— Опять не угадала! — искренне веселится Матвей и, подхватив мою дочь на руки, велит. — Внимательно посмотри по сторонам.
— Ничего я не вижу, — фыркает обиженно малышка. — Хочу на банане покататься… папочка! — добавляет подумав.
Маленькая расчетливая свинка! — с горькой усмешкой размышляю я. — Вот как дети и животные безошибочно чувствуют, кто вожак стаи? И тянутся к нему, всем своим видом выказывая любовь.
Задумчиво разглядываю причал, стараясь тоже поучаствовать в игре. И изумленно охаю, увидев около соседнего причала пришвартованную белоснежную яхту, больше похожую на космический корабль. Да и буквы, горящие золотом по борту, говорят, что я не ошиблась.
«СОФИЯ»
  
28. Кристина
 
Яхта превосходит все мои ожидания. Даже в фильмах про миллионеров я не видела таких. Многоэтажная, словно дом, посудина вмещает в себя множество спален, бассейн и даже зал для приема гостей.
— Наша спальня, — по-хозяйски распахивает дверь Шершнев. В просторной светлой каюте замечаю только огромную, будто стадион, кровать.
— Ага, — лепечу, заглядывая, и тут же тушуюсь как дурочка.
Заниматься сексом — это одно. А вот спать вместе — совершенно другое. Это больше акт доверия, чем просто желания и страсти. Засыпать и просыпаться вместе. Чувствовать дыхание друг друга. Накрывать любимого мужчину во сне… Это все не про нас с Матвеем.
Может, все-таки договориться о разных комнатах и страстных свиданиях на нейтральной территории?
Но глядя на самоуверенного и гордого Шершнева, понимаю, что время для подобных заявлений прошло. Если Матвей сказал, что я буду спать в его постели, значит, придется смириться.
Но как?
Я не люблю его! Для меня он совершенно посторонний мужчина. Еще вчера я видела его фотку в журнале и усмехалась, читая, как он решил подать в суд на администрацию какого-то городка в Центральной полосе России.
— А тут чья-та детская, — подмигивает Матвей Лизавете. Из-за плеча мужа заглядываю в уютную спаленку-каюту. Маленький комод, девичья кроватка в форме кареты. Да еще и корона сверху.
Красиво!
— А тут мой кабинет, — кивает на неплотно закрытую дверь.
— Ты собираешься работать? — спрашиваю, лишь бы что-то сказать.
— Это мое обычное состояние, Крис, — усмехается муж, словно заново изучая меня. — Если будут альтернативные предложения, дай знать. Рассмотрим.
Улыбаясь, смотрит на меня внимательным взглядом. Холеные пальцы скользят по моей щеке, спускаясь к подбородку.
— Ты — красивая, — шепчет, склонившись, Матвей и, воспользовавшись минутным отсутствием Лизы, быстрым движением кладет ладонь мне на затылок. Губы мужа накрывают мои. Язык вторгается в рот дерзким требовательным поцелуем.
Обвиваю рукой мускулистую шею. Так надо. Других вариантов нет. Сама знала, на что подписываюсь.
Стоически выдерживаю натиск Шершнева. Отвечаю ему тем же. Яростный поцелуй сводит с ума. Аж ноги подгибаются.
— А ты горячая штучка, Крис, — усмехается Матвей, насилу оторвавшись. — Думаю, в этом браке мы больше приобретем, нежели потеряем.
— Ты думаешь? — спрашиваю я, с трудом выравнивая дыхание.
— Да, — довольно кивает он. — Когда мне стукнет девяносто, будешь мне артритные кости греть…
 
— Вот спасибо! — еле слышно шепчу я. Но Матвей не обращает на меня никакого внимания. Идет вперед, открывая двери.
— Тут спальни мачехи и Ани. Дальше малая гостиная и бассейн. Можете сразу переодеться и позагорать.
— А ты? — вырывается у меня. Нужно придумать что угодно, лишь бы не дать Матвею время изучить содержимое папки.
— Да есть кое-какие дела, — лениво потягивается он.
— Они не могут подождать? — спрашиваю наивно.
Такие люди, как мой муж, работают постоянно. Но сейчас мне его надо отвлечь. И обдумать, как поступить дальше.
Самой признаться, или пусть лично докопается до истины? В любом случае она лежит на поверхности.
— Могут, — улыбается мне Матвей. Пальцы опытным движением ощупывают позвонки.
— Сегодня все-таки день нашей свадьбы. Давай проведем его вместе, — несмело предлагаю я.
— Согласен, — кивает Шершнев. — Беги переодеваться, Криста, — велит он, легко шлепая меня по заднице. — А я пока поговорю с персоналом. Встречаемся через полчаса у бассейна. Вас это тоже касается, принцесса, — дергает Лизавету за хвостик.
— Принцесса? Мама, я правда принцесса? Папа говорит…
Это вот «папа» режет слух. Кажется, сейчас кровь пойдет из глаз. Но в любом случае Лизе лучше считаться дочерью Матвея…
Переодеваюсь в новый купальник, в глубине души радуясь, что не зажала денег и прошлась по магазинам перед отъездом. Накидываю поверх пляжное платье, вывязанное в крупную сетку с цветами. А когда вместе с Лизой снова выхожу к бассейну, застаю там Матвея, лежащего на шезлонге.
Залипаю взглядом на мускулистых ногах, длинных ступнях. Набравшись наглости, перевожу глаза выше. Узкие черные плавки обтягивают крепкие бедра. Резко очерчивают плоский накачанный живот. Беззастенчиво таращусь на обнаженный торс и краснею, столкнувшись взглядом с синими холодными глазами.
— Привет-привет, — напевает Матвей, поднимаясь навстречу. — Ты прям оголодала, Криста, — добавляет насмешливо и тут же предлагает Лизавете. — Давай играть в горку. Будешь прыгать с меня в воду.
— А мама? — наклонив голову, упрямо спрашивает моя дочь.
— И мама с нами, — улыбается новоявленный отец семейства. — Буду бросать вас в воду. Кто не спрятался, я не виноват…
— А если мы утонем? — вздыхает малышка и смотрит на Матвея огромными глазищами, полными слез.
— Это в бассейне, доченька, — обнимаю свое сокровище. — За борт никто никого не выкинет…
— Хорошо, что ты это понимаешь, — шепчет Шершнев, беря ребенка на руки. — Если боишься, Лизочек, давай посидим в ванне с пузырьками.
Муж кивает на стоящую рядом джакузи и, повернувшись ко мне, роняет небрежно.
— Через пару часов пообедаем и устроим тихий час. Согласна? — интересуется мимоходом.
— Да, конечно, — киваю я, понимая, что вот-вот наш брак перестанет быть номинальным.
— Сними, — так же тихо шепчет Матвей и тянет узорчатый рукав вниз.
— Что? — охаю я, не ожидая такого напора.
— Это платье состоит из одних обещаний, — сардонически бросает он, растягивая губы в улыбке. — А их время прошло, Криста.
  
29. Матвей
 
Предложение Кристины провести время вместе, честно говоря, сбивает меня с толку.
Прошлой бессонной ночью я решил держаться в рамках. И уж ни в коем случае не ускорять события. Кристина права. Невозможно за пять минут влюбиться в другого. Хотя стоит мне закрыть глаза, и эта бестия в сетчатом пляжном платье снова изводит меня.
Никогда не выкручивался и не врал самому себе!
Мне нравится эта женщина. Она заводит меня. Даже за грудиной болит, стоит только подумать о ней. И товарищ в боксерах все норовит с ней познакомиться. Трепыхается по каждому поводу.
Вопрос времени.
Только утро расставляет все по своим местам. Криста — моя жена. Так какого хрена откладывать неизбежное?