Маша и Тёмный властелин
Глаза примостившегося на коврике единорога стали больше и удивлённее, однако я отвлекаться не собиралась. Проблем и так хватало – ведь для полноценного спиритического сеанса нужны минимум двое, а я была одна.
Зато это был реальный шанс! Ведь живые помогать повелительнице света не собирались… А если живых помощников нет, самое время обратиться к мёртвым.
Вспомнив девчачьи посиделки из школьного времени, я прикрыла глаза и произнесла размеренным голосом:
– Дух Александра Сергеевича Пушкина, приди!
Повторила формулу ещё дважды и замерла, прислушиваясь к окружающему миру и собственным ощущениям. Потом приоткрыла один глаз и поинтересовалась:
– Ты здесь?
Блюдце плавно сдвинулось с места и выписало слово «нет».
Кто как, а лично я улыбнулась. А ещё покачала головой, сильно сочувствуя этому гениальному человеку. Вроде умер стопятьсот лет назад, а до сих пор является самой востребованной личностью.
Кто виноват? – Пушкин! Кто будет это делать? – Пушкин! Кого на спиритическом сеансе вызвать? – Пушкина. Ну или Пиковую Даму на крайняк.
В общем, сложно быть классиком. Упаси бог от такой судьбы.
– Так ты здесь или не здесь? – продолжила улыбаться я.
«Не здесь», – выписало блюдце.
– А ты Пушкин Александр Сергеевич?
«М-п-р-ф-р».
– А…
И вот тут я сообразила, что Александр Сергеевич тоже Алекс, а раз так, то может подыграть моему противнику из солидарности. Улыбаться сразу расхотелось, глаза прищурились…
– Александр Сергеевич, знаете…
«Да не я это!» – перебило блюдце.
– А кто? – последовал логичный вопрос.
Блюдце плавно сместилось в центр круга и замерло, а я нахмурилась и поджала губы. Следующие несколько секунд ничего не происходило, а потом свечи резко погасли, погрузив спальню во тьму.
По спине сразу побежал холодок, вслед за ним мелькнула мысль о том, что идея была не из лучших. Ведь я вообще-то в фэнтези, а волшебные миры населены призраками под завязку, и фиг знает, какая тварь может прийти на зов.
Новая порция холода, бег пугливых мурашек, и я всё-таки взяла себя в руки.
– Ты кто? – повторила строго и решительно.
Ещё несколько секунд, и свечи вновь зажглись.
Лишь теперь я заметила, что в порыве страха сняла пальцы с блюдца, но оно всё равно поехало. Ну а я прочла:
«Это важно?»
Мм-м…
Важно ли? И да, и нет. Объективно мне без разницы, только бы неведомый кто-то помог. Но кроме здравого смысла есть ещё любопытство, поэтому я кивнула и заявила вслух:
– Не так чтобы очень, но знать бы хотелось.
«В-т-п-р-к…» – ответило блюдце. Эта абракадабра воспринялась как вздох.
Спустя ещё секунду воздух в нескольких шагах от меня дрогнул. Тьма собралась в тугой комок и начала светлеть, обретая человеческие черты. То есть сперва я увидела фигуру, а потом эта фигура стала превращаться в плечистого полупрозрачного мужчину приятной наружности. Призрак был одет в латы, а за его спиной висел огромный, просто нереальный меч.
Крестовина, которая выглядывала из-за плеча, была настолько внушительной, что я сглотнула. А потом вздрогнула, потому что призрак поклонился, очень натурально громыхнув латами, и заявил уже без всяких спиритических досок:
– Сэр Ариматим.
Не сразу поняла, что он представился, а сообразив, вскочила и спешно присела в реверансе. Тут же расцвела очаровательной улыбкой и, протянув руку для поцелуя, тоже назвала имя:
– Мария.
– Очень приятно, – ответил призрак.
Покосился на руку, затем на меня, и я догадалась…
– Ах, вы же не материальны.
– Угу. – Сэр Ариматим шумно и печально вздохнул.
Я убрала конечность за спину и улыбнулась шире. О дрожи, которая охватила коленки, старалась не думать, и вообще.
– Так кто же вы? – спросила доброжелательно.
– Рыцарь Тёмного Ока.
Миг на осознание и… бли-ин.
– То есть вы – тёмный?
– Естественно.
Это было логично, мы же на стороне мрака, но я всё равно расстроилась.
– Что-то не так? – поинтересовался мужчина.
– А светлых нет?
На повелительницу посмотрели скептически, и она, ну то есть я, немного сдулась.
– А в тёмных что не устраивает? – спросил рыцарь.
Чуть не ответила, что всё.
Но всё-таки взяла себя в руки, вздохнула и…
– А Александра Сергеевича точно нет?
Мужчина отрицательно качнул головой, однако вопроса, кто это такой, не прозвучало. Это стало поводом уточнить:
– А вы его знаете?
– Конечно.
– А…
– Я здешний аналог вашего Пушкина, – пояснил рыцарь. – Тоже призывают все кому не лень.
В его голосе прозвучало раздражение, и я слегка поёжилась. Но не отступила! Выкрутила выключатель собственного обаяния на максимум и, сделав жалобные глазки, произнесла:
– Мне очень нужна помощь.
– В чём?
Он не спросил. Он буркнул! Ещё и закованные в латы ручищи на груди сложил. Жест сопровождался настолько громким и неприятным лязгом, что я поёжилась опять, а спустя ещё миг вздрогнула. Просто в дверь спальни постучали, и с той стороны донеслось встревоженно-заинтересованное, женским голосом:
– Госпожа?
Я повернулась ровно в тот момент, когда дверная ручка дёрнулась, но я же умница, я на щеколду закрылась.
– Госпожа, – повторила… ну, видимо, одна из тёток. Что, уже проспались? – С вами всё в порядке?
Новый взгляд на призрака – выдавать свои планы не хотелось, однако было понятно, что просто так тётки не отстанут. Пришлось послать сэру просящую улыбку и пересечь комнату, чтобы отодвинуть щеколду и, подставив ногу в качестве упора, приоткрыть дверь.
В неширокую щель сразу влез нос старшей, только я не дрогнула и внутрь шпионку не пустила.
– Что вы хотели? – спросила ласково.
– Мм-м… – ответила тётка, увиливая от ответа. – У вас всё хорошо?
Я оптимистично клацнула зубами, а старшая подалась вперёд, пытаясь оттеснить и всё-таки пробиться в спальню, но я опять не дрогнула! Тоже подалась вперёд, одновременно наваливаясь на дверь и намекая – если кто-то продолжит, но носа у него не будет! Прищемлю и отдавлю!
– А что там у вас? – не пожелала отстать шпионка. И огорошила: – Что там у вас громыхает?
Э-э-э… Громыхает? То есть они слышали телодвижения сэра? Это что-то новенькое. В смысле призраки же обычно бесшумные. То есть не слышны никому, кроме того, с кем говорят.
Однако признаваться повелительница опять-таки не собиралась.
– Гремит? Правда? – Я сделала честные глаза. – Быть не может. У меня всё тихо.
– Мм-м… – повторила тётка. Теперь она извивалась, пытаясь вглядеться в пространство, но я обзор загораживала. – А почему у вас так темно? И этот запах…
– Медитирую! – рявкнула одна попаданка, не выдержав. – И свечи жгу!
Лишь теперь старшая вспомнила о субординации – о том, что я вообще-то главная, и лезть через голову не стоит. Она тут же отодвинулась и сказала, скромно потупившись:
– Мы вас на ужин ждём.
Я поджала губы, а потом выдохнула примиряюще:
– Ешьте без меня.
– Нет, ну что вы! – шпионка вновь упёрлась. – Как же без вас? Без вас невозможно! И невежливо.
– Тогда ждите дальше, – подсказала, подумав.
– Как долго?
Блин! Приставучая, как насморк в период эпидемии ОРВИ!
– Не знаю, – я продолжила гнуть линию вежливости, – как получится. Степень медитативной продуктивности не от меня зависит.
– Э-э-э… Степень чего? – нахмурилась старшая.
Я сама не очень-то поняла, что сказала, но повторила:
– Медитативной продуктивности. – И добавила: – Скорости достижения Нирваны. Познания себя в Пустоте и Пустоты в себе.
Тётка округлила глаза в явно безуспешной попытке переварить информацию, и я этим ступором воспользовалась. Сладко улыбнувшись, прикрыла дверь и снова применила щеколду. Фух. Пронесло.
Затем был крутой разворот, обворожительная улыбка в адрес призрака и просительное:
– Вы могли бы громыхать потише?
Местный аналог Александра Сергеевича нахмурился, а я сделала новый глубокий вдох и, порхнув обратно к свечам, заговорила: