Стужа (СИ)

Василий кивнул:
— Хорошее решение. Сколько вас там всего?
— Моих сорок ребят, плюс некоторое число специалистов, что мы успели спасти. Кстати, трое ваших коллег. Они хотели с вами позже переговорить.
Новости Фролову крайне понравились. Еще спасенные люди. И это специалисты, в том числе еще три спасателя. Это дополнительные три машины. Но затем он вспомнил причину разговора, и его голос заледенел:
  
— Вы должны в обязательном порядке эвакуироваться.
Ким вздохнула. Видимо, предвидела непростой разговор с командиром СпаСа.
— Василий Иванович. Часть людей уйдет с вами. Но большая часть биологов и некоторые из персонала пожелали остаться на двадцать четвертой и не дать ей угаснуть.
— Но вас слишком мало! Да и реактор. Мы же увезем топливо!
В разговор вмешался Михалыч:
— Только НЗ. Да и второй запасной мы можем приглушить. Если остановим основной, то потом не запустим. Конструкция на такое не рассчитана. То есть потеряем станцию навсегда.
Командир СпаСа помотал головой:
— А зачем она нам?
Механик вкрадчиво заметил:
— Иваныч, ты сейчас вокруг что наблюдаешь?
— Катастрофу.
— Считаешь, что она у нас последняя?
Василий задумался. Всякое может случиться. Впереди еще десятилетия подземного заточения. А предложение местных понятно. Оставить станцию рабочей. Правда, хватит ли для поддержания её работы народу?
— Кроме нас останется большая часть людей из карантина. Да и остальных вы в случае чего увезете уже в следующем году.
Фролов нахмурился. Что еще за намеки?
— Та-а-а-к. Считаете, что нам что-то угрожает?
Завлаб смотрела на него прямо и жестко:
— Пока мы не знаем, но не хотим рисковать еще одной станцией. Я и мои люди останемся расследовать ситуацию. Следующим летом мы будем готовы ответить вам.
Фролов задумался:
— Но все равно это риск. Хватит ли людей, и что вы будете есть?
Ким недоуменно вскинулась:
— А разве наш механик не рассказал вам, что большая часть оранжерей спаслась. У них замкнутый цикл. Они смогли вовремя закрыться. Жаль много персонала потеряли по глупости, разрешили им уйти к близким.
Фролов представил, как те бы сейчас себя чувствовали, и покачал головой. Так и так всем было несладко.
— Кто еще выжил?
— Несколько обособленных групп. И все внизу. Около биологического очистителя.
— Так, подождите, — Василий кинул на женщину-ученого недоуменный взгляд, — вы же утверждали, что он умирает.
Ким кивнула:
— Основной да. Но у нас отдельно находился исследовательский, для экспериментов. Он как раз в полном порядке.
— Ага, для небольшой группы людей его возможностей хватит. А вы все просчитали!
— Потому меня и выбрали на такую ответственную работу.
Василий не сдержался:
— Угу, только вот ваши коллеги умудрились убить несколько десятков тысяч людей и выключить из пояса крайне важную станцию.
Михалыч стукнул спасателя в спину:
— Не борзей, Иваныч.
Ким тряхнула головой, в ей голосе звякнул металл:
— Мы не снимаем с себя ответственности, командир. И обязательно расследуем обстоятельства произошедшего. Начальник закрытой лаборатории не имел право вести такие исследования. Я его знала лично. Он бы сам никогда не пошел на такой опасный эксперимент.
— То есть ему приказали?
— Скорее всего. Но нужно время. Да и нам следует исследовать вирус точнее.
Фролов живо обернулся к экрану:
— Вы уже занимаетесь этим?
Женщина важно кивнула:
— Разумеется. Не бойтесь, мы выделили отдельное помещение, и оно закрыто полностью. Люди туда не заходят. Исследования идут дистанционно.
— Ты чего, Иваныч, — прошипел в ухо механик. — Лина у нас девушка серьезная.
Фролов задумался, потом решился:
— Мне нужны все данные о спасенных у вас людях. Кто остается и, кто уезжает. И анализы на последних.
Ким живо ответила:
— Мы уже их готовим, командир. Так что вы решили?
— Я подумаю и посовещаюсь со своей командой. У нас принято в таких ситуациях решать сообща.
— Понимаю, это правильно. До свидания.
Экран погас, командир СпаСа повернулся к Михалычу:
— Что еще за сюрпризы ты нам приготовил?
Пожилой механик и одновременно член тайной организация «Сеть» деловито подал термос.
— Чайку? Он у нас особенный.
— Зубы не заговаривай.
Михалыч не спешил, сначала выпил половину чашки и только затем, поглядывая на кэпа,сделал заявление:
— К нам к концу лета перейдут недовольные режимом с двадцать третьей.
Василию даже нечего было сейчас ответить. Вечер сплошных сюрпризов.
— Ну ты и…
— Иваныч, может, чего покрепче?
— Доклады по очереди.
Они сидели в единственном теплом помещении Подкупольного пространства. Стандартный обогрев тут не работал. СпаС двадцать четвертой был меньше и выходил наружу реже. Вся жизнь их станции сосредоточилась внизу. А спасатели лишь катались к соседям и следили за обстановкой. Метеорологические сведения с каждой станции были крайне важны для остальных. И если даже станции особо между собой не общались, то такой информацией обменивались.
Валов начал первым. Он отвечал за погрузку и работу внешнего оборудования. И только в самом конце операции сядет за руль грузовика. Их отчего-то на СС 24 имелся избыток. Кавардак последних месяцев конца света, видимо, сказывался. Ходили слухи, что где-то на крайнем юге почти готовая станция в итоге оказалась не готова принять людей. Туда забыли доставить биологический очиститель. А без него нельзя было выжить. Так никто и не узнал, что стало с теми несчастными. По идее можно было прожить и на оранжереях, но заметно меньшему числу народу. А из умерщвленных позже создать биореактор.
— Первая партия прибыла на двадцать пятую. Всех поместили в карантин. Мы передали с Алексеем образцы, из уже изучают. Завтра они после подзарядки рано утром уйдут обратно. С ними все рабочие машины. Перед рассветом на СС 25 пойдут грузовики местных. Идут без людей лишь с грузом.
— Кэп, мы не слишком рискуем? А если застрянут? Да и ночи холодные.
— Ничего, там ребята опытные. Разберутся.
— Как прибудет большая партия, сразу под временным куполом меняем им батареи на заряженные, чтобы не терять времени. Сани с модулями будут заранее подогреты перед отправкой. Кабеля и переходники готовы. Цепи запитаны.
— Это правильно.
Гул спасателей подтвердил мнение командира. Илья Валов слыл опытным специалистом. Мастер на все руки.
Леня Карачун в подобной переделке бывал в первый раз, но держался хорошо.
— Нужное оборудование подготовлено. Нам снизу прислали все необходимые инструменты. Так что задержек не случится.
— Когда сможет пользоваться большими лифтами?
Вот здесь Леня пожал плечами:
— Ребята с реакторного проводят герметизацию стыков.
В разговор вмешался Фаткулин. Он часто бывал внизу и взаимодействовал с местными. Побывала даже в их биолаборатории. Требовалось прочистить коридоры для поставок еды и оборудования. Затем в них проложат ленточные транспортеры, и люди станут не нужны.
— Проще пластиком герметизировать саму кабину.
Василий кивнул:
— А это мысль! Вот и займись!
Народ заулыбался. Инициатива нашла своего героя. Иначе не предлагай! Было заметно, что все устали. Напряженность последних трех дней сказывалась. Но зато они воочию видели итог работы. Спасти несколько сотен людей и привезти топливо для реакторов и дополнительное оборудование стоило того! Чрезвычайное и опасное происшествие внесло некоторое мрачноватое разнообразие в обыденное существование спасателей. Пусть и такой ценой. Но они почти не знали никого на двадцать четвертой кроме четверых выживших спасателей. Те сидели тут же, привыкая к новому коллективу. Куда им еще деваться? Оставаться тут не пожелал никто. Слишком много мрачных воспоминаний. Да и на СС 25 им работы хватит! Спецы толковые. Так и в Спасы других не брали.