Плохиш. Студентка. Препод (СИ)

Залипаю на ней на несколько секунд, забывая по пытку едой. Чёрт… как бы мне хотелось быть таким же безответственным, как Никита и просто наслаждаться вечером!
— Фу! — хмурится племянник. — Хрень какая-то. Никогда их не любил.
— Правда? — Олеся закусывает губы. — А ты, Андрей?
— Ради тебя съем, — стараюсь выказать энтузиазм. Устрицы — не моё. Сырой я могу есть только красную рыбу, а остальные морепродукты предпочитаю приготовленными.
  
— Тебе тоже не нравится? — растерянно спрашивает Олеся.
— Если честно, не особенно, — усмехаюсь. — А тебе?
— И мне! — с чувством говорит она, озадаченно глядя на каждого из нас по очереди. — И мне тоже! Ненавижу устрицы!
Я улыбаюсь, но Олеся, наоборот, кажется расстроенной.
Что с ней такое? Она достаёт свой телефон и принимается в нём что-то строчить. Она делала тоже самое и в предыдущих ресторанах…
— Дай-ка сюда! — Никита резко наклоняется вперёд и выхватывает у малышки смартфон.
— Эй! — её большие карие глаза ещё сильнее округляются. — Отдай!
Олеся тянется через стол, но Ник отворачивается от неё, опуская взгляд на экран.
— Какого чёрта, Никита?! Не читай! Это… личное!!!
— Ник, правда, отдай ей, — тру переносицу. Твою ж мать, с этими двумя складывается такое чувство, будто пиздец, который неизбежно накроет нас уже совсем скоро, может и вовсе не наступить… Однако, я знаю, что это ощущение очень обманчиво.
— Хм… — Ник быстро пробегается по её записям. — Серьёзно, татухи мои нравятся?
— Не читай! — Олеся подскакивает на ноги и тянется через стол.
— А у тебя, Андрей, ей смех приглянулся! — хмыкает Никита. — И, кажется, еда была испытанием, в котором мы с тобой заработали одинаковое количество баллов!
— Что? — теперь мне тоже становится интересно и я пытаюсь заглянуть в телефон.
— Прекратите! — Олеся, всё же, выхватывает смартфон у Никиты, и дрожащей рукой прячет его в сумку. — Нельзя так делать! Это личное!
— Это что за стремный список такой? — Никита складывает руки на груди. — Только не говори, что ты про нас с Андреем список составила, чтобы выбрать одного с наибольшим количеством плюсов?
— Да что ты такое говоришь! — Олеся краснеет как одна из лежащих перед нами креветок.
— Правда, что ли? — я смотрю на неё, и вижу неопытную девчонку. Чувство отвращения к себе снова накатывает. Блядь, какой же я мудак… Она же, почти ребёнок! Никогда ни с кем так далеко не заходила! А тут… сразу двое. Понятное дело, она растеряна.
Олеся отворачивается к окну, и непринуждённость, под эгидой которой проходило наше свидание, исчезает.
— Только не говорите, что вы сами не думали об этом… — малышка неопределённо обводит глазами нас.
— О чём? — уточняет Ник.
— О том, что нельзя вот так… — она понижает голос до шёпота. — Встречаться втроём!
— Почему же нельзя? — хмыкаю.
Конечно, я и сам прекрасно понимаю, что она имеет ввиду, но мне интересно, что ответит Олеся.
— Потому что… — она закусывает сочные губки. — Люди так не поступают… Это… ненормально…
— А тебе хочется всю жизнь прожить «нормальной»? — Никита откидывается назад, испытующе глядя на неё.
— Ну… да… — с сомнением в голосе отвечает Олеся.
— Нормально — это то, что внушают тебе другие! — с чувством говорит Ник. — В своей жизни ты сама должна решить, что для тебя «нормально»! Если ты хочешь сразу двоих, и получаешь от этого удовольствие, то что в этом ненормального?
Олеся кажется расстроенной и растерянной. Мне жутко хочется прижать её к себе и успокоить.
— Просто родители… — шепчет она. — Нам, ведь, придётся им обо всём рассказать? Как я… — она сбивается. — Как я приведу вас обоих на знакомство? Как объясню… — её глаза наполняются слезами.
— Не нужно им ничего рассказывать! — тут же предлагает Никита. — Просто давай оставим это в тайне! Это же твоя жизнь, а не их! Потом, спустя время, они всё… поймут!
— Они не поймут! И не примут такие отношения… У меня с родителями очень доверительные отношения! Я им всегда всё рассказывала, и сейчас мне плохо от того, что я им вру…
Олеся расстраивается всё сильнее, и я понимаю, что наша беседа идёт совсем не в то русло.
Достаю бумажник и бросаю на стол купюру.
— Идёмте, — подхожу к Олесе и беру её за руку.
Когда она так близко, как сейчас, да ещё и расстроенная, мне тоже становится херово. А от мыслей о том, что нас всех ждёт дальше, сердце начинает болезненно ныть. Блядь… ведь этот вечер последний! Наше последнее свидание… А после — конец всему. Почему же это так невыносимо больно? С чего я, вообще, так мощно залип на ней? Думаю постоянно… засыпаю и просыпаюсь, представляя малышку в своих объятиях…
— Так, — говорю, крепче прижимая её к себе. — Давайте сменим тему? Раз уж проверка едой не удалась, то я предлагаю… просто прогуляться.
Ник с сомнением смотрит за окно.
— Кажется, там собирается дождь.
Мда уж. Видимо, прогулки не получится.
— Может, пойдём к нам? — тут же предлагает племянник.
Я выразительно смотрю на него. Блядь, Ник, какого хера?!
— Да, давайте! — тут же соглашается доверчивый Оленёнок. — Мне очень интересно увидеть, где вы живёте!
В панике соображаю, где лежат те документы, что мы украли у её отца… Последний раз я разглядывал их в своём кабинете… Вдруг, забыл на диване?
— Я вызвал такси, — тут же говорит Никита, игнорируя мой красноречивый взгляд.
Его ладонь ложится на её талию.
— Ну что, идём?
Олеся снова улыбается.
Чёрт… и почему она такая доверчивая?
— Не терпится увидеть ваши детские фотографии! — мечтательно говорит она, когда я помогаю ей надеть пальто.
Открываю перед малышкой дверь, и в этот момент незаметно провожу большим пальцем по горлу, глядя Никите прямо в глаза.
Когда всё кончится, я его прибью!
  
Глава 39
 
Олеся
— Вот, смотри, тут я совсем мелкий, — Никита листает альбом, показывая мне очередную фотку.
— Сколько тебе тут? — улыбаюсь, глядя на озорного мальчугана с вихрастыми висками.
— Лет шесть, наверное…
— Тебе тут семь, — вставляет Андрей. — Я как раз школу закончил, поступил на первый курс. Вот, кстати, — он переворачивается ещё одну страницу. — Это я.
Андрей показывает фотку, на которой он всего на два года младше меня сейчас. Даже в восемнадцать он выглядел серьёзным, задумчивым и очень привлекательным….
Смотрю на следующее совместное фото троих мужчин.
— А это твой отец? — показываю на взрослого мужчину в кожаной куртке.
— Да, — Никита хмурится.
— А где он сейчас? — спрашиваю, замечая, что сидящий справа Андрей тоже напрягается.
— Уехал, — тут же отвечает он и внезапно забирает у меня альбом. — Ты кофе будешь?
— Нет… наверное. Спасибо… — опускаю глаза.
Я сразу поняла, что отец Никиты, он же старший брат Андрея, больная тема. Странно, ведь на фотках они выглядели очень дружными… Интересно, что у них произошло?
Конечно, несмотря на любопытство я не решаюсь задать этот вопрос. Буду ждать, когда мои мужчины будут сами готовы мне всё рассказать, ну а пока…
Мы сидим на просторном кожаном диване у них в гостиной. Квартира очень современная и кажется новой. Интересно, они её снимают, или она принадлежит им? В этом районе жильё стоит довольно дорого… Как же студент и преподаватель ВУЗа смогли её себе позволить?
Тут две спальни, гостиная и просторная кухня. А ещё есть кабинет, но туда меня, понятное дело, никто не приглашал. Внезапно я начинаю представлять, как мы живём тут втроём… Вместе проводим свободное время, вместе ходим на учёбу… А когда все дела сделаны, я готовлю для них вкусный ужин, и мы смотрим какой-нибудь забавный фильм.
  
— О чём задумалась? — пальцы Никиты пробегаются по моей щеке.
Он поворачивается ко мне в пол-оборота и проникновенно заглядывает в лицо.
— Да так, — смущённо пожимаю плечами, чувствуя, словно меня поймали с поличным на чём-то запретном. — Просто задумалась о нашем будущем… О том, как мы проводим время вместе. Так, как сейчас. Втроём…