В ад и обратно (СИ)

Когда за спиной хлопнула дверь, все головы дружно повернулись в сторону Дианы. А ей сразу стало очень неуютно. Несколько секунд она рассматривала присутствующих, пытаясь выловить взглядом хоть какие-то знакомые лица, но у нее ничего не вышло. То ли из-за натянутых нервов, то ли от того, что знакомых в зале не было.
— Хани! — удивленный возглас разрезал внезапно наступившую тишину.
И тогда Диди наконец заметила Джо. Та вскочила со стула, со скрипом отодвинув его назад, поднялась из-за стола и припустилась в сторону Дианы. Среди гостей именинница выделялась самым адекватным нарядом: простым летним платьем. Но при этом выглядела восхитительно. Длинные каштановые локоны красиво развивались на бегу, подол платья скульптурно облепил бедра. Не успела Диана опомниться, как кузина заключила ее в объятия, вроде бы вполне искренние.
— Мы уже думали, что ты не придешь! Почему не позвонила? Хорошо, что мы еще не начали, только подготовились! Пойдем, твое место тебя ждет.
Она схватила Диану за руку и потянула в сторону стола.
— С днем рождения, — пробормотала на ходу Диди, даже не пытаясь вырваться из захвата. Она была слишком ошарашена дружелюбием именинницы. — Мы чуть задержались с девочками, звонить было некогда. А еще я забыла твой подарок дома.
— Да брось, какой подарок? — отмахнулась Джо, отодвигая стул (почему-то во главе длинного стола). — Садись. Сейчас тебе нальют вина… Официант? — кузина крутанулась на пятках. — Вот сюда тоже нужен бокал! Ребята! — она развернулась к замершим гостям «скачек Дерби». — Это Ханна, моя любимая кузина! В детстве мы с нею постоянно из-за чего-то дрались, — звонкий смешок. — Я почти всегда побеждала, — еще смешок. — Но это в прошлом. Хани, познакомишься с ребятами? Некоторых ты знаешь, а те, с кем не знакома, тебе наверняка понравятся!
Джо силой усадила Диану за стол и упорхнула на свое место. Она не дала вставить и слова, хотя очень хотелось поправить ее речь в нескольких местах. Диди чувствовала, что имя «Диана» кузина игнорировала сознательно. А еще она не озвучила, что сама же и начинала драки, если вдруг заслуги Дианы затмевали вечный триумф Джо. Таким образом кузина как бы напоминала, кто звезда в семье. Может и хорошо, что Диди не было позволено вклиниться в речь, иначе вышло бы язвительно и некрасиво.
Гости, наконец, перестали на нее таращиться и вернулись к своим делам и разговорам. На столе материализовался бокал, а рука в белой перчатке налила в него красное вино. Вот она, прелесть арт-вечеринок. Диана взяла бокал, блаженно втянула запах, пригубила бордовую жидкость. Когда официант отошел, за спиной возник еще какой-то человек, перед глазами мелькнул и опустился на стол такой же как у всех мольберт.
— Хани, значит… — услышала Диана тихий низкий голос у самого своего уха.
Слишком неожиданный голос. По телу прошла мелкая дрожь.
Рука, поставившая мольберт исчезла, и тут же снова появилась, опустив на скатерть тарелочку для красок. Диди резко обернулась. И уткнулась взглядом в самые голубые в мире глаза с разбегающимися от них морщинками-лучиками. Ричард Райан в белой футболке, прикрытой длинным профессиональным фартуком, нависал над нею, с напускным спокойствием расставляя на столе всякие принадлежности.
Сегодня точно не ее день. Пить вино расхотелось.
— Я надеюсь, тебе понравилось, какую аудиторию ты сегодня собрала, — проговорил Рич, выдавливая краску из тюбика на тарелку. — Они остались довольны?
Диди внутренне содрогнулась. Его не было сегодня среди отцов девочек, но он конечно же узнал об их флэшмобе.
— Как же мне везет, — вместо ответа вздохнула Диана. — Кто же еще мог оказаться здесь в качестве образца для подражания? Только Ричи Райан.
— Ты знала, куда шла… Хани, — он тихо, но весомо сделал акцент на имени.
— Знала, — ответила Диди, игнорируя обращение. — Но не думала, что Джоджо наймет тебя. Чему может научить главный сердцеед нашего маленького мирка? Очевидно, ничему хорошему.
Шах и мат. Пришло время ответить за все необоснованные претензии. Однако он не дрогнул. С самым спокойным видом Ричард продолжал выдавливать краски, периодически касаясь плеча Дианы то грудью, то предплечьем, посылая по телу электрические заряды.
 
— Не волнуйся, у меня богатый опыт общения с клиентами.
— Верю, — она заговорщицки понизила голос. — Скажи по секрету, чем Джо обещала расплатиться за работу?
Его густые брови чуть приподнялись.
— Не стоит судить всех по себе, — если бы не множество гостей за столом, его шепот можно было бы принять за интимный. — Не знал, что вы с мисс Спенсер родственницы. Будет сложнее устроить твое увольнение, но я постараюсь.
Температура в помещение подскочила на несколько градусов. Диана не была уверена, от чего именно: от жаркого августа, от крепкого тела в обтягивающей белой футболке, или от волны гнева, которая кипятком обрушилась на Диди.
— Удачи, — пробормотала она. — Старайся усерднее. Я слышала, Джоджо очень привередлива.
Пора бы ему уже перестать дышать Диди в затылок и отстраниться, что Рич и сделал, не удостоив ее выпад ответом. Он молча отошел в сторону, а Диана прожгла его рельефную спину взглядом, мечтая запустить в нее бокалом. Почему, ну почему она не задумалась, откуда на арт-вечеринке возьмется профессиональный художник? Этот вопрос должен был первым выстрелить в голову после приглашения. Но он не выстрелил. А убегать было слишком поздно. Теперь предстояло выдержать три часа в одном помещении с божественно-красивым светловолосым арийцем, который из всех возможных объектов для неприязни выбрал именно Диану. А лучшая защита, как известно, это нападение.
Отходя от стола к своему мольберту в центре зала, Рич пребывал в состоянии тихого бешенства. Что конкретно его взбесило, он не мог ответить даже себе самому. А ведь начиналось все неплохо…
Разодетые девушки и не менее разодетые парни с шумом и улыбками ворвались в зал ресторанчика на набережной. Они о чем-то переговаривались и смеялись, но увидев стол с реквизитом и Ричарда в фартуке, замерли и обомлели. Девушки переводили ошеломленные взгляды с красок на свои яркие платья-футляры, явно не представляя, что им делать. Рич тоже не представлял. Но это была не его проблема. Потом взгляды все тех же девушек цепко и заинтересованно пробегали по художнику, и они уже были готовы нырнуть в краску с головой.
Ричу еще не приходилось заниматься чем-то подобным. Предложение поработать от Джоджианны Спенсер поступило неожиданно и, можно сказать, в последний момент. Наверное, она планировала позвать кого-то другого, но ей отказали, а девушка не собиралась изменять намеченный план. За время не слишком долгого делового общения Рич успел заметить, что Джорджианна обладала напористым характером, несмотря на свою миловидную мордашку.
Он знал о таких мероприятиях, но быть мастером приходилось впервые, хотя работа мало отличалась от обычного урока рисования. Существенным отличием выступало красное вино, разлитое по бокалам возле каждого мольберта на столе. И когда все расселись по местам, пригубили это самое вино и были готовы обогатить свой внутренний мир, в зал влетела она.
В тот момент Рич понял, что нужно было запросить у Джорджианны Спенсер список гостей. Своим появлением мисс Мастерс поставила его в тупик. Растрепанная, с глазами олененка Бэмби, непривычно растерянная. Стояла в дверях и переводила испуганный взгляд с одного лица на другое. Ричард даже усомнился, что перед ним та самая непробиваемая девица, которая не так давно тыкала пальцем ему в грудь и шипела «Пошел вон с моего газона». Именинница подлетела к ней, обняла, и карие глаза расширились еще больше. Она стойко пережила процесс представления гостям, но в какой-то момент выражение лица изменилось. Исчезла растерянность, брови чуть заметно сошлись, а губы сжались. И все быстро стало на свои места. Это была действительно Диана Мастерс. Точнее, как выяснилось, Ханна Диана Мастерс.
 
И Рич вдруг вспомнил, какой вереницей входили и выходили отцы девочек в здание танцевальной школы, и как Келли взахлеб рассказывала о шестерых зрителях на их тренировке. А еще был этот дурацкий салатовый велосипед на дороге… Господи, это же просто велосипед! Все ездят на велосипеде! Это так же естественно, как ходить пешком. Но Диана Мастерс ездила как-то по-особенному. На ее езду хотелось смотреть снова и снова, и это ужасно бесило Рича.