В ад и обратно (СИ)

На коврике с надписью «не добро пожаловать» топталось нечто, похожее на розовый зефир. Богиня розового зефира! Розовая блузка в немыслимых рюшах и розочках, розовая пышная юбка, розовый цветок (живой!) в блондинистых волосах, розовые босоножки. Розовый лак на ногтях. Розовая салфетка накрывала розовую глубокую миску. В миске скорее всего было очередное подношение к художественному алтарю, но запаха выпечки не ощущалось, потому что в нос нещадно бил какой-то дико сладкий аромат. Ричард с трудом удержал челюсть на месте.
— Здравствуйте, Ричард, — проговорила Розовая Марианна, убедившись, что он оценил наряд. — Простите, я, наверное, снова слишком рано. Очень боялась опоздать.
Рич моргнул, сбрасывая оцепенение.
— Ничего страшного, — откашлялся он, отходя в сторону и освобождая проход. — Вы знаете, куда идти.
Конечно, она знала. Каждый раз, когда приходили ученики, в доме не оставалось открытых дверей кроме двери мастерской. Негласный указатель направления. Когда Марианна уходила в мастерскую, Рич под предлогом занятости закрывался на кухне и допивал свой кофе, пока на часах не было ровно тринадцать-ноль-ноль. Только тогда он начинал урок.
В это раз Марианна, как обычно кивнула, сделала шаг в известном направлении, но тут же развернулась на каблуках и протянула Ричу миску с розовой салфеткой.
— Чуть не забыла. Это вам, — мило улыбнулась она. — У меня сегодня день рождения, я пекла кексы, и как-то слишком много вышло… решила поделиться.
Что ж, это по крайней мере объясняет взрыв розового. Праздник все-таки. Возможно, это такой способ почувствовать себя куколкой.
— Ну что вы, не стоило, — протянул Ричард, но по традиции угощение забрал. — Поздравляю, кстати. Сегодняшний урок бесплатно, в честь праздника.
Марианна хихикнули и медленно прошла мимо него, так круто виляя бедрами, что казалось странным, почему ее не укачивает. Этот маневр, однако, породил воспоминания о других виляющих бедрах, затянутых в тонкую эластичную ткань спортивных штанов. Никакого розового волшебства, простые черные лосины, простой черный топ, и поблескивающая от физической нагрузки кожа в зоне декольте. Однако эта простота абсолютно снесла Ричу крышу пару дней назад в раздевалке школы танцев. Он не собирался вот так резко нападать на девушку, какой бы неподходящей компанией для своей дочери ее ни считал. Он правда хотел просто узнать о ее планах и высказаться «против», если ему что-то не понравится. Но что-то пошло не так.
Однако это только лишний раз подтвердило, что с мисс Дианой Мастерс стоит держаться настороже. Вместо того, чтобы затаиться и спрятать свои хищную натуру до поры до времени, она открыто продемонстрировала, что из себя представляет. Рич в тот же день хотел сказать Келли, что это было последнее ее занятие в танцевальном классе, но не смог. Он боялся. С девочкой было сложно, а если сейчас в открытую выступить против ее хобби, то можно обзавестись самым близким врагом на долгие годы переходного возраста.
В воздухе все еще витал ужасно сладкий запах, от чего к горлу подступал ком. Минуты шли, а Ричард не обращал внимания, что продолжает стоять возле входной двери и держать в руках миску с кексами. Очнулся от своих мыслей он только тогда, когда над головой раздались шаги и через пару секунд на лестнице появилась Келли.
— О, ты еще здесь, — сказала она, замерев на верхней ступеньке. — А где…? — дочь красноречиво закатила глаза.
Ричард ухмыльнулся и кивнул в сторону мастерской.
— Там.
— Фу-у, — шепотом протянула Келли, спустившись ниже и принюхавшись. — Это что, освежитель воздуха?
— Келли, — тихо шикнул на нее Рич. — Это невежливо.
— Травить нас тоже невежливо.
— Согласен.
— Если ты на ней женишься, я уйду жить к Марго, — прошипела Келли, дойдя до низа лестницы.
— Если я на ней женюсь, то тоже уйду жить к Марго.
Дочка прыснула, проскакала мимо и рывком открыла входную дверь. Свежий морской воздух прокрался в помещение.
— Иду гулять. Позвони, когда дома снова можно будет дышать.
И после этого Келли скрылась, закрыв доступ к кислороду. Ричард снова вздохнул, обреченно посмотрел на розовую салфетку, прикрывающую кексы, и вошел в кухню, чтобы оставить на столе это самое подношение. Кофе выпить он уже не успевал.
 
Впервые за месяц Диана проснулась в боевом настроении. Возможно «боевое» сказано слишком громко, но по крайней мере впервые за прошедший с «разрыва» месяц ей не хотелось деградировать на кровати в приступах жалости к себе. Это все морской воздух и танцы. Физическая нагрузка, эндорфины… Сегодня утром, взглянув на окружающий ее склад, Диди вдруг решила, что пора устроить во дворе большой костер. Такой, на котором в старину сжигали ведьм (и бабушка Ханна пнула бы в него саму Диди, ха!). Хотя вряд ли мама позволит сжечь этот комод с оторванной дверцей, но большей части мусора из комнаты давно пора перекочевать на свалку. Мама уже и не помнит о том, что у нее здесь хранится.
Поэтому позавтракав и воспользовавшись тем, что мать сегодня на работе, Диди принялась за дело.
Сгрузила в мешки все старье и лом, перебрала елочные игрушки, выбросив битые, вычистила паутину и вымыла окошко. Оставшиеся, вроде бы нужные вещи аккуратно составила вдоль стены. И, наконец, выложила часть одежды из синих чемоданов в тот самый комод. Вся операция заняла три часа. В конце концов, став в середине комнаты и осмотрев результат своего труда, Диана удовлетворенно вздохнула и навзничь упала на кровать.
Рядом, на подушке, зазвонил мобильник. Мама. Диди нажала на кнопку ответа и включила громкую связь.
— Бабуля пожаловалась? — без приветствия спросила она, глядя в облезлый потолок.
Бабушка странным образом ни разу не вышла на шум. Затаилась.
— Она говорит, ты ломаешь дом, — раздался голос Элизабет.
Диана приподняла голову на одеялом.
— Ба-а! — крикнула она. — Ты не справедлива, я ломаю только одну комнату, в которой ты не бываешь!
— Тебя никто не просил! — долетел до нее старческий голос. — Ты мешаешь мне смотреть кино!
— Больше не буду! — отозвалась Диди, и, снова уронив голову, уже тише добавила: — Мы все прояснили. Что-то еще?
Мама хмыкнула в трубку.
— Я все ждала, когда же ты наведешь там порядок. Может еще потолок покрасишь?
— Может и покрашу.
— Но я вообще-то не за тем звоню, — резко сменила тему Элизабет. — На следующей неделе Джоджо устраивает какую-то модную арт-вечеринку (ты же помнишь, что у нее будет день рождения?). Не знаю, что это такое, но она звала всех нас. Мы, старики, не пойдем, а вот тебе будет полезно развеяться.
Диана закатила глаза.
— Я лучше покрашу потолок. Чем не арт-вечеринка?
— Не говори ерунду. Там будет и другая молодежь, пообщаешься.
— Это все?
— Да, это все, — вздохнула мама. — Подумай. Я пошла работать.
И она прервала вызов.
Джоджо и арт-вечеринка. Зачем ей это надо? Показать, какая она оригинальная? Возможно, в Кливдоне это и будет каким-то событием. Мероприятие, где под руководством одного профессионала кучка непрофессионалов рисуют простенькую картинку, может быть намного интереснее, чем привычный вечер в пабе, с кружкой пива. Джоржианна, как обычно, прекрасна и изобретательна, радость и свет их семьи. Диди не слишком хотела провести вечер в ее компании.
За размышлениями Диана не сразу услышала, как во входную дверь постучали. Сначала стук был робкий и чуть слышный. Но когда ответа не последовала, удары стали более уверенными. Диди села на кровати, прислушалась. Бабушка Ханна точно не поплетется открывать, такой чести удостаиваются самые младшие члены семьи. Поэтому, встав и оправив широкую, выцветшую футболку с надписью: «Секс, наркотики и рок-н-ролл», Диана пошла к выходу.
 
Уж кого она не ожидала увидеть на крыльце своего дома, так это Келли Райан. Нахмуренную, с растрепанными соломенными волосами, в майке не по размеру.
— Привет, — поздоровалась девочка, спрятав руки в карманы. — У папы ученица. Я сбежала, потому что она завоняла своими духами дом. А Марго уехала куда-то. Можно я у вас побуду? Можем потанцевать…