Последний Шаман 2 (СИ)
В мой рот отправилась оранжевая долька, отвечающая за основу магии Земли.
Глава 16
«С оборотной стороной»
«Когда гора не идёт, гору идущий взорвёт.»
Пиротехника тебя не пощадила, Чёрный.
Энергия текла во мне бурным потоком. Лежащие вокруг камни отзывались своей песней. Земля мелко-мелко дрожала, а огромный кусок скалы прямо на моих глазах… плевал мелкой пылью на все мои попытки его разрушить или сдвинуть. Ничего, совершенно, чёрт побери, ничего с этой огромной глыбой у меня не получалось сделать!
— Семён, оно как-то никак. — подтвердил Медвян, бородищу свою рыжую почёсывая.
— Да вижу я… — с досадой ответил и отлип от серой глянцевой поверхности. И ведь перед этим у меня всё прекрасно получалось. Взяв в руки кусок бетона под ногами, я направил в него новоприобретённую силу и он мелко завибрировал. Спустя пару секунд бетон рассыпался в пыль и я повторил тот же трюк с камнем. Результат получился тот же, только времени потребовалось чуть больше. Отряхивая руки от мелкого крошева, я сквозь зубы процедил. — И я понятия не имею, почему не получается.
Голубокожая ундина вновь забралась на обломки, шурша своим длиннющим хвостом, и протянула скрученный травянистый комок Волчице. Та его слизнула и доселе её хмурое выражение морды разгладилось. Моя вибрация по глыбе не пришлась ей по вкусу, ибо явно отдавалась в израненное тело. Видимо водная дева нашла среди местных трав что-то вроде обезболивающего.
— Эй, брат, послушай, — отвёл меня в сторонку Медвян, пока волчицы к своей большой маме подошли, выражая протяжные лизки сочувствия. — Я конечно твой порыв понимаю и уважаю, но ты на слишком уж крепкий орешек замахнулся.
— Да ты же сам видел, что размер особого значения не имеет. — указал ему на остатки другого строения, которые от проверки возможностей моей силы в труху рассыпались.
— А я и не про размер тебе говорю. Я про крепкость, — он пальцем постучал по глыбе, которая своей глянцевой поверхностью ощутимо отличалась от бетона и продолжил. — Если ты не знал, то это спрессованный ультра-верлит и его даже алмазным сверлом не особо возьмёшь.
Наравне со мной под ногами грустно вздохнул Чёрный. И я был почти уверен, что он тоже знал о свойствах скалы и просто очень уж верил в мои силы. Присев, я по чёрным перьям его успокаивающе погладил и Медвяну заявил.
— Ты так говоришь, как будто что-то путное надумал. Если да, то изволь рассказать, а то чую, времени у нас совсем не много, — на небо взглянув, я указал ему в сторону надвигающегося грозового фронта, который заприметил уже давно. Если раненная волчица ещё и промокнет, то это может стать для неё последней каплей, как бы жестоко и иронично это не звучало. — Какие у тебя предложения?
— Да всё очень простенько, — сказал он гулко и ладони с хлопком соединил, указывая ими на волчиц. — Мы просто берём. И помогаем им обернуться. Человек ведь меньше волка, так что эту седую старушку мы запросто вытащим.
Мы с Чёрным задумчиво на Медвяна уставились, но он предлагал абсолютно серьёзно.
— Хочешь сказать, чтобы я Заклинанием попробовал их обратно в людей превратить? — с сомнением промолвил, прикидывая в уме все нюансы и тонкости.
— Всё так! Именно Заклинанием. — оживился Медвян, вновь безумную улыбку миру показывая.
И второй раз за день мне почудилась, что с его психикой что-то странненькое происходит, но решил это отложить на потом. Сейчас дела гораздо более насущные имеются.
— Но я же их анатомии не знаю. Да и вообще не в курсе, как этот процесс на телесном уровне у них происходит. — поделился своей тревогой, на что он рукой беззаботно махнул.
— А тебе и не нужно знать, Семён. Он у них автоматически протекает и надо только подтолкнуть. Вот только… — он в размышлении губы свои пальцами сжал и погудел. — Пу-пу-пууув… Вот только сил потребуется много.
— На сколько много? — решил всё таки за эту идею ухватиться и получил от него встречный вопрос.
— А сколько ты того Якова удерживал на месте?
— Нуу, минут пять, может быть шесть.
— А насколько сильно его раздуло?
— Уххх, вот это ты спросил, конечно. Раза в полтора, приблизительно, но вот по весу я так прикинуть не смогу. Помню только, что под ним доски прогибались, — неторопливо Медвяну ответил, вспоминая подробности вчерашнего дня. — Вот только я вообще пока не понимаю, откуда он дополнительную массу взял. Ведь закон сохранения…
— Ооо, брат, пока о таких тонкостях не заморачивайся. Не рекомендую, — похлопал он меня по спине и вновь загудел, производя расчёты. — Пу-ру-рууумм… если так прикинуть и подумать, то выходит…пам-пам-пам…что потребуется раз в десять больше, чем ты на Якова потратил. Минимум.
— Я сдохну, — ответил однозначно, увеличивая в десять раз то выматывающее и опустошающее чувство, которое я с Яковом ощутил в процессе творения заклинания. — Не сдюжу.
— А это уже моя забота. — осклабился Медвян, оружие своё с пояса снимая.
Отойдя в сторон, он размахнулся и со всей силой всадил лезвие в землю.
К моему удивлению, его тесак с лёгкостью прошёл сквозь грунт и даже сквозь камень плит, оставляя после себя глубокую канавку. Ударом рядом, он добавил линию покороче и сверху соединил их косой перекладиной.
Справа от этого символа он высек прямую линию, добавив сверху две чёрточки и получилась половинка той простой ёлочки, которую обычно дети рисуют.
Третий символ лёг следом и состоял он из прямой вертикальной линии и двух коротких вверху и внизу, поставленных под углом.
И в целом получилась следующая картина.
Более того, такая же вязь имелась и на лезвии его топоров, но в куда более мелком, витиеватом и разнообразном виде.
— Это что, какой-то код? — спросил у Медвяна и тот засвистел снисходительно.
— Тююю, дерёвня. Это не какой-то код, а Основной. Знакомься, Семён, с рунами. Руны, знакомьтесь с Семёном. — поводил он ладонью между нами и ловким движением извлёк из своего наручного храназа овальный камень.
Точно такой же, какой я из Одержимых доставал, вот только у Медвяна он оказался больше.
А я же хмурился и крепко шевелил мозгами, потому что опять чувство узнавания появилось и покоя мне не давало. Я же уже где-то видел такие знаки. Но не в своей жизни, нет. Скорее всего в жизни Грея, который изучал древнюю историю, вот только в памяти я сейчас наблюдал множество незаметных ранее пробелов. Я будто видел книжки с этими рунами, но не знал их. Словно читал про них и не вникал в суть. В отличие от остальных элементов опыта, информация про них ощущалась как забытый сон.
Наблюдая за моими мучениями, Медвян с улыбкой понимающей произнёс.
— Что, брат, как будто помнишь, но не помнишь? — проницательно он подметил, превращая лезвием овальный камень в искристый порошок. — Могу тебя понять. Меня Чернь с Белкой тоже по дверям водили, так что и сам с таким нюансом столкнулся. Но они не виноваты. Это дело рук того Старца.
— А кто он вообще такой? — поинтересовался у рыжеволосого и тот лишь хмыкнул озорно.
— Спроси что попроще, брат, — ответил он сочувственно, полученный порошок в канавки ссыпая. — Каждому знанию своё время, так что придётся потерпеть.
— Вот жеж понавелось конспираторов, — ругнулся в сердцах, к действиям Медвяна приглядываясь. — Ну коли так, то объясни хотя бы, что это за руны такие и что ты с камнем делаешь?
И хотя бы в этом он мне не отказал.
— Да всё просто. Это символы древнего алфавита. Вот эта, первая, это руна Уруз, она же Бык, имеет значение Жизненной Силы. Вторая, это Ансуз, мудрость, выраженная словом. Третья, Эйваз, руна перехода и открытия нового. И если брать совокупность их смыслов, то получается «Да наполнится силой», «Твоё заклинание», «Для совершения перехода», — он последовательно указал на ряд символов, объясняя словно ученику первогодке.
